Жандарм 3 (СИ)

Собрав наши вещи, он уложил багаж и поднял у двуколки откидной верх, после чего мы поехали обратно в Москву.
— Это был чудесный день, — сказала Лида, когда мы остановились перед поместьем Воронцовых.
— Можно его повторить, — улыбнулся я.
— О нет, — игриво покачала головой Лида. — Хочется чего-то новенького и интересного!
— Хм, новенького и интересного, — задумчиво протянул я.
— Ага — и Лида и стрельнув глазами в выходящего из дома управляющего, ответила. — Григорий, а как ты относишься к небу?
— Хорршо. А к чему...
— Меня заинтересовала одна новинка, — не дала мне договорить вопрос девушка. — Называется — парашют. Скоро будут его представлять. Может быть посмотрим, там и воздухоплаватели будут и другие новшества.
— Обязательно посмотрим, — согласно кивнул я. Главное что бы она прыгнуть с ним не захотела.
— Тогда до следующей встречи, — обворожительно улыбнулась она мне и выпорхнула из двуколки. — Действо воздухоплавателей назначено на субботу. Буду ждать вас у своего дома.
Проследив, как Лида зашла в поместье, я скомандовал извозчику ехать к вокзалу. Прежде, чем приступить к поиску борзописцов, мне нужно было уладить еще одно неотложное дело.
— Сашка! — окликнул я мальца, когда наконец смог выцепить взглядом его фигурку в толпе.
Вот только паренек не спешил идти ко мне. Пришлось снова позвать его. Но когда тот подошел, то вместо приветствия, он чуть ли не выплюнул мне в лицо одно слово:
— Предатель!
  
Глава 2
 
Я смотрел на злого Сашку и терялся в догадках, с чего он вдруг так резко поменял отношение ко мне? И прежде, чем я успел его спросить, он продолжил кидаться обвинениями.
— Прав был Кузьма! Дворянам нельзя верить! Вы нас за людей не считаете, и слово, нам даденное, никогда не держите!
— Стоп-стоп-стоп, — попытался я вклиниться в речь паренька. — Что случилось-то? Можешь объяснить нормально?
— Вы нас обманули! Обещали, что заплатите за помощь, а вас и след простыл!
— Но сейчас же я здесь? — указал я на не состыковку в его логике. — Причем заметь, сам пришел, еще и тебя кричать пришлось.
Сашка насупился, но мои слова заставили его задуматься. И пока он не стал еще в чем-то меня обвинять, я продолжил.
— Ты лучше скажи, с чего ты решил, что я тебя с Василием обмануть решил?
— А что, не так? На складе, вами арендованном, какие-то незнакомцы шуруют. От Марины Сергеевны вы съехали, где вас искать — неведомо. А в жандармерию, вас спрашивать, я сам не пойду.
— Ну, допустим, от Ипатьевой я не по своей воле съехал. Это она меня попросила. А на склад ты зачем ходил? Я же просил вас не появляться там, чтобы внимание не привлечь.
— Да я сначала Кузьме не поверил, спорить с ним стал, что не все дворяне к простому люду плохо относятся. Но заели его слова. Решил проверить, нашли вы покупателя на шкурки, али нет. К вам двинулся — а вы съехали. Я на склад — а там уже незнакомцы мешки таскают, — и Сашка вновь обвинительно уставился на меня.
— На шкурки я вчера покупателя нашел. Сегодня вот расчет получил, да занят днем был. И сейчас как раз сам к вам пришел, чтобы вашу долю отдать. А ты на меня с обвинениями!
Паренек потупился, но в глазах у него еще остались сомнения.
— Так. Ты мне не веришь? А ну-ка, пошли, найдем место поукромнее. Не здесь же деньгами светить.
На площади перед вокзалом хватало народа, но из-за общего гомона наш разговор не выделялся, а вот передачу денег от господина беспризорнику точно заметят издалека. И если ко мне могут поостеречься подойти, то Сашку обязательно постараются или ограбить, или заставить «поделиться с обществом».
Скрывшись в ближайшей подворотне, мы убедились, что рядом никого нет, и я отсчитал мальцу пять червонцев. Тот сглотнул, увидев такие деньги, и тут же спрятал их запазуху, украдкой оглядевшись — не видел ли кто?
— Ну? Теперь веришь, что я слово держу?
— Да, — раскаялся Сашка. — Извините, Григорий Мстиславович, что я напраслину на вас возводил. Все Кузьма этот!
— Ну вот и хорошо. А теперь расскажи мне, с чего сам Кузьма решил, что дворяне так о людях думают и свое слово не держат?
 
Немного помявшись, Сашка все же рассказал.
— Да он на воскресную ходил в церковь, правда не в нашу, а в другую какую-то. Кузьма с родичами туда ходил, вот там и была проповедь. И сказывал батюшка им о засилье, что простому люду житья нет, а злые бояре государю ни чего не сказывают, он то и не знает ничего. И верить им... то есть вам... эээ... короче, нельзя дворянам верить, вот! Я и до этого слышал о той церкви. Многие добрым словом проповеди те вспоминают.
— Тут он не прав. Я к тебе сам пришел, слово сдержать. И сейчас до Василия пойдем, его долю отдать. И я среди дворян не один такой. А насчет того, что дворяне к простым людям плохо относятся — так тут от человека зависит, а не от его положения. Среди рабочих, скажешь, нет тех, кто с другими через губу общается? Или гнобить пытается?
— Есть, — опустил голову Сашка, окончательно признавая, что был не прав.
— Вот то-то и оно, — веско закончил я.
К счастью, с Василием все оказалось проще. Он днем чаще на фабрике пропадал, а вечером к девкам ходил, да в кабак и проповедей разных не слушал. Да и во мне не сомневался и принял пятьдесят рублей как должное. Я же обещал ему!
Напомнив обоим, что рассказывать о происхождении денег не стоит, а если спросят, просто говорить, что барин по пьяни от широт души деньгами сорил, а те в удачный момент рядом оказались, я покинул их. Только Сашке назвал свой новый адрес и попросил зайти завтра, желательно поутру, обсудить его учебу, которую я ему обещал.
Когда добрался до дома, на входе меня встретил Дементий Поликарпович.
— Ох и загуляли вы, Григорий Мстиславович, — покачал он головой. — А я ведь не железный, вас весь день ждать.
— А вы так сутками здесь и сидите? А когда ночуете, дверь закрываете и уже не войти? — тут же напрягся я.
— Сижу, то да, — степенно кивнул консьерж. — И закрываю. И живу здесь же, — махнул он рукой себе за спину, где была дверь, видно в его комнату. — Только публика у нас здесь обретается степенная, допоздна не загуливают и по ночам меня не будят, чтобы двери открыть. Неужто с вашим появлением все поменяется? — спросил он меня, недовольно поджав губы.
— Ничего не могу вам обещать. Жизнь — штука непредсказуемая. Так для чего вы меня ждали-то?
— Договор вот приказчик занес, — поднял бумагу со своего стола мужчина. — О найме. Не передумали?
— Нет, — покачал я головой, принимая бумагу.
Бегло ознакомившись с условиями найма служанки и не найдя ничего нового, чего бы мне уже не рассказал Дементий Поликарпович, я поставил свою подпись и тут же передал мужчине деньги. Об этой возможности тоже было указано в договоре. Причем и за найм, и на продукты, и остаток за квартиру сразу.
Проснувшись, я уже уверенным шагом дотопал до туалета, на этот раз ни обо что не споткнувшись, привел себя в порядок и, одевшись, спустился вниз.
— Григорий Мстиславович! — еще когда я был на лестнице, раздался Сашкин крик, — ну скажите энтому, что вы сами меня утром звали! А то не пущает и грозит полицию вызвать!
Праведному возмущению паренька не было предела, однако Дементий Поликарпович был не преклонен и, пока я не подтвердил слова мальца, дальше своего стола того не пустил.
— Уж извини, что консьержа о тебе не предупредил, — когда мы с Сашкой поднялись ко мне в квартиру, сказал я. — Совсем вчера замаялся, вот и вылетело из головы.
— Да ладно, бывает, — махнул он рукой, жадно разглядывая убранство моего дома. — Так вот как живут дворяне! Бога-а-ато...
— Это вообще-то квартира для среднего класса, — заметил я. — Профессоров там, инженеров и других опытных специалистов. Ну и у меня после нашего дела нашлись на нее средства.
— Ого, — удивился Сашка. — Как же тогда дворяне живут? Небось там вообще все в золоте да серебре?