Больше не игрушка (СИ)

– Хорошо. Что в третьей комнате?
– Пошли, телефон в кухне остался.
Э-э-э, серьёзно? Он предпочёл скандал из-за телефона? Что же такое Алекс скрывает в той комнате? Невольно вспомнилась фраза про трупы жён. Шутка, разумеется, но в каждой шутке есть доля правды... Интересно, а я у него первая супруга?
  
19
 
АЛЕКС.
Зайдя в кухню, я взял со стойки телефон. Сняв блокировку, протянул его супруге, предоставляя ей самой найти свой номер. Задумчиво посмотрев на зажатый в моей руке гаджет, она мотнула головой и произнесла:
– Того номера больше нет, так что просто удали, надеюсь, над новым ты так не надругаешься.
– А новый я не знаю.
Сашка молча вышла в коридор и, тут же вернувшись, отдала мне свой смартфон, смущённо попросив:
– Позвони с него себе, я номер не помню.
Выполнив её просьбу, я удалил дорогой сердцу контакт «стервозина» и с ухмылкой внёс... «Любимая стервочка». Ну а что? Своего мнения я не изменил!
Саша тоже пощёлкала ноготком по экрану, делая запись.
– Я всё! – вскинула она на меня взгляд и, заметив, что я уже отложил айфон на барную стойку, спросила: – Покажешь?
– Нет, это личное! – ответил с улыбкой.
– Тогда и я не покажу! – заявила она гордо, пряча смартфон за спиной.
– Спорим, я узнаю, как ты меня записала быстрее, чем ты сможешь залезть в мои контакты? На желание? – подначил супругу, увидев, с каким любопытством она смотрит на столешницу.
Сомневалась она недолго. Карие глаза вспыхнули азартом и, предвкушающе усмехнувшись, девушка протянула мне свою ладошку, уверенно произнеся:
– Спорим! Тем более уже и так один-ноль в мою пользу...
– В каком смысле?
– Ты же первый признался, что узнал меня. Так что с тебя желание!
– И не мечтай, в тот раз мы не спорили! – отрезал, пряча за серьёзным тоном смех.
Меня буквально вело от того, как быстро она раскрывается. Меняется на глазах, превращаясь в весьма бойкую девушку, оставляя свои страхи за спиной. Не каждая бы смогла так легко отпустить комплексы и обиды. Я всегда знал, что у Сашки сильный характер, только вот ей самой понять этого не позволяли. Сначала старик усердно ломал её психику, а потом она сама, подгоняемая внушёнными с детства установками.
Вопреки мнению супруги я никогда не хотел прогнуть её под себя, поэтому сейчас, наблюдая её преображение, радовался, как мальчишка, которому пообещали новую игрушку. А как иначе? Раньше у меня была фарфоровая статуэтка, а теперь она стала заводной куколкой.
– Беги собираться, ты же помнишь, что мы хотели пообщаться с твоими соседями? В конце концов, я твоему Костику ещё до сих пор перелом должен, – поторопил нахмурившуюся Сашу.
– Перелом?
– Ну ты ведь не думаешь, что я спущу ему с рук попытку поцеловать мою жену? И это блондину ещё повезло, что у него ничего не получилось, отделается чем-нибудь незначительным, – произнёс спокойно, не отводя прямого взгляда от Сашкиного лица.
И нет, я не блефовал – уже кое-что понял. Но пугать её не хотелось, так что пусть сразу настраивается на малоприятное зрелище. Можно было бы, конечно, съездить и разобраться со всем без неё, но... Не отпустит же. Хочет реальной жизни – пусть посмотрит, что действительность не так уж и радужна, как она считает.
– Александр, но он же ничего мне не сделал! – выдохнула она поражённо.
– Стоп!
Прикрыв глаза и сжав пальцами переносицу, устало заметил:
– Как же достали твои «Александр» и «Александр Юрьевич»! Хоть бы раз Алексом назвала или Сашей. Чёрт с ним, от тебя я даже на Шурика согласен! А то меня уже посещали мысли, что однажды тебе надоест во время секса труп изображать, ты откроешь глаза и будничным тоном проинформируешь: «Александр Юрьевич, мне кажется, вы что-то делаете не так!»
И что вы думаете? Эта зараза прыснула со смеху, от чего мои брови изумлённо взлетели вверх.
– Что тебя так развеселило? – поинтересовался хмуро.
– Представила эту картину. Ну правда ведь смешно, не злись. А если серьёзно... Я не замечала, как к тебе обращаюсь. Про себя называю Алексом, а то что вслух этого не произношу... Наверное, защитный рефлекс. Мне не нужно тебе объяснять, что отношения у нас были, мягко говоря, своеобразные. Я не могу так сразу перестроиться, но я обещаю, что буду стараться.
 
– Нет, чего-чего, а вот этого не надо. А то вон до бесчувственной Барби однажды достаралась. Сашуль, давай так: я высказал свои претензии, ты их услышала, а что делать дальше – решай сама, – предложил, грустно усмехнувшись.
Кивнув, она шагнула ко мне и, обвив талию руками, чмокнула в щёку.
– Спасибо за понимание, Алекс! – мурлыкнула и потёрлась носом об обнажённую грудь.
– Иди одевайся, а то мы сейчас никуда не поедем, – пробормотал, целуя макушку, благоухающую моим шампунем.
– Я не против, – прошептала супруга, крепче сжимая кольцо рук и пряча смущённое лицо.
Собрав всю свою волю в кулак, решительно отцепил от себя желанную девушку, развернул на сто восемьдесят градусов и легонько шлёпнул по попе.
– Собираться, я сказал!
Проводив обиженно нахохлившуюся Сашу взглядом, поставил локти на барную стойку и, уронив лицо в ладони, со стоном пробормотал:
– Ненавижу Костиков, Мариночек и Ирочек заодно! Вот почему, вместо того чтобы наслаждаться наконец-то сдавшейся женой, я должен разгребать то, что они наворотили?!
Тяжело вздохнув, поморщился от тянущей в паху боли. С полным ощущением, что до ночи не доживу – скончаюсь от перевозбуждения – пошёл одеваться. Всё же сначала нужно решать проблемы и только потом расслабляться.
Покидали квартиру мы молча. Сашка демонстративно со мной не разговаривала, что грело душу, вызывая желание улыбаться. То, как она отреагировала на отказ в близости, оказалось чертовски приятно: я же думал, что нахрен ей не нужен, а тут...
Загрузившись в машину, подождал, пока супруга пристегнётся. Уже заведя мотор, попросил:
– Не дуйся, у нас действительно нет на это времени, иначе я бы ни за что не выпустил тебя из объятий.
– К чему такая срочность? Так не терпится поработать костоломом? – буркнула она угрюмо, отвернувшись от меня к окну.
– Если всё так, как я думаю, твоё длительное отсутствие может спугнуть эту парочку и, кто знает, сколько мы потом будем их искать? Давай сначала разберёмся со всем этим копошением вокруг твоей персоны, а потом займёмся нашими отношениями? Сашуль? Чего молчишь?
– Считаешь, от них исходит реальная угроза? Как по мне, они просто жулики какие-то, – произнесла она, всё же посмотрев на меня.
По потеплевшему взгляду, понял что прощён и, улыбнувшись, пояснил:
– Люди часто являются не теми, кем кажутся, и преподносят сюрпризы. Зачем рисковать? Не забывай, Ирина была прожжённой и очень хваткой журналисткой. Две нашумевшие статьи, несколько поменьше... Поверь, она нажила себе множество врагов. Честно говоря, я вообще удивлён, что она так долго протянула и её не убрали ещё год назад.
– Почему именно год? – заинтересованно подалась ко мне всем корпусом супруга.
– Дело о сбыте овощей с пестицидами зацепило не только ферму, также тряхнуло рынок, а там свои законы и авторитеты.
– Алекс, а то, что Костя говорил о каком-то Хромом...
– Мы не будем это обсуждать, – отрезал я грубо.
Заметив мелькнувшую в глазах жены обиду, чуть мягче добавил:
– По крайней мере, сейчас.
– Почему?
– Это очень долгий разговор, да и вспоминать свою прошлую жизнь я не люблю. За исключением пары аспектов, вот с ними я даже познакомить тебя могу. Хочешь?
– Очень! – вспыхнуло её лицо любопытством.
– Тогда сначала Костя и Марина, а после мы кое-куда съездим. Но предупреждаю сразу: будет страшно!
– А я с тобой не боюсь!
От такого признания я вздрогнул, недоверчиво покосившись на девушку. Ещё неделю назад она убегала из комнаты, стоило мне в неё зайти, и вот сейчас сообщает, что... доверяет мне? Что-то наши отношения, сдвинувшись с мёртвой точки, слишком стремительно набирают скорость и это пугает. Как бы всё не вышло из-под контроля. Если со стороны Сашки это лишь зарождающаяся симпатия, я – давно безнадёжно влюблённый идиот, уже и не мечтавший о взаимности. Вот так поверить, что жена ответит на мои чувства, страшно. Ведь она единственная, кто может меня сломать.