Лихие. Смотрящий (СИ)

Все началось именно там, где предсказывал многоопытный Андрис. Эта дорога была платной, и группа спортивных и борзых пацанов посчитала, что раз уж родная Псковщина небогата полезными ископаемыми, то прихватить ее единственное достояние — их прямая обязанность, и даже, в некотором роде, гражданский долг.
— Босс! — сказал Колян. — На хвост сели.
— Вижу, — ответил Китаец, моргая фарами девятке, что шла впереди. Та посигналила и прижалась к обочине, а фура повторила ее маневр. Двигаться дальше было опасно. На дороге могли оказаться самодельные шипы или банальные доски с гвоздями. И метнут это счастье под колеса тогда, когда фура просто не успеет затормозить.
Псковская братва культурно остановилась рядом, и из натужно скрипящей девятки вылезло пять парней разного роста, веса и уровня интеллекта. У троих его не наблюдалось вовсе. Четвертый, которому интеллект заменяла повышенная агрессивность, работал торпедой. А пятый, с очень высокой долей вероятности, даже закончил ПТУ. И он, как самый умный из всех, начал разговор.
— Дорога платная, парни, — сказал мелкий и резкий паренек, который двигался как на шарнирах. — Лавэ готовим и занимаем места согласно купленным билетам!
— Кто такие? Под кем ходите? — лениво поинтересовался Китаец. — Мы Лобненские, ходим под Хлыстом. Он людьми поставлен. Прогон был. Если в теме, должны знать.
— Мы воровских понятий не держимся, — вежливо ответили псковские. — И на всякие прогоны нам насрать и растереть. Это наша дорога, и мы ее стережем. Понятно? Будете борзеть, на ободах домой поедете. И это если повезет.
— А не пошли бы вы, ребята, нахуй, — вежливо попросил Китаец. — Вам дорогу показать? Или сами знаете, где это находится?
— Пиздец тебе, косоглазый! — торпеда вытащил нож, резко подскочил к Димону и прижал нож к его горлу.
— Стопэ! Стопэ! — поднял руки Китаец. — Убедили, пацаны! Сколько с нас?
— Спирт везете? Пятьсот зелени и валите отсюда! — небрежно ответили те. — Мы вас проводим, иначе дальше не проедете. Под колеса ежа из проволоки бросят.
— У меня деньги в тачке! — примирительно улыбнулся Китаец. — Пара секунд, пацаны. Я же не знал, что вы тут такие крутые, что на воровские прогоны хер кладете.
Димон, провожаемый разочарованными взглядами собственной бригады, подошел к девятке, открыл багажник и вытащил оттуда АК-47, легендарное «весло». Оружие настолько же безотказное, насколько и жуткое в использовании. Ведь если в человека всадить в упор целый рожок, то он валится не сразу, а сначала трясется мелкой дрожью, словно в припадке. И только потом, нашпигованный свинцом, оседает на землю с выражением неописуемого удивления в стекленеющем взоре. Но не сегодня…
— Танцуйте, черти поганые! — заорал Димон, и очередь из пуль калибра 7.62 вспенила обочину веселыми фонтанчиками, что расцвели прямо у ног псковской братвы.
Те запрыгали, стремясь отскочить подальше от свинцового дождя, который иначе превратит их ноги в костяное крошево.
— На колени! — рявкнул Димон, и пацаны нехотя опустились, глядя на него с затаенным ужасом. Очередь, что он дал поверх голов, прошелестела смертельным ветром, выбив из них последние остатки борзости. Братки стояли, ожидая самого худшего.
— Обыскать!
— Пустые, босс! — ответил Колян, который вытащил из карманов паспорта, кошельки и ножи-выкидухи.
— Что же вы, мальчишки, — удивился Китаец, — на такое дело без оружия ходите?
— Нам без надобности статью на кармане носить, — ответили бледные, как полотно рыцари дороги.
Двинуться они не смели и, словно завороженные, смотрели на черный зрачок автомата и на человека, в глазах которого плясал сумасшедший огонек психопата. Пацанам стало безумно страшно. Они шкурой чуяли, что только служебный долг не дает этому парню расплескать их мозги по асфальту. А так бы он со всем удовольствием…
— Мы водил плющим, — торопливо пояснил второй из местной братвы. — А что не так, колеса режем или пиздим, если водила сильно борзый попадется. До стрельбы не доходило пока.
— Что, вообще ни одного ствола нет? — поразился Китаец.
 
— Есть, — признались пацаны. — Дальше братва стоит. Если машина без пропуска едет, они ее в оборот берут.
— Лопата в машине имеется? — спросил Китаец, втыкая второй магазин, примотанный к первому изолентой.
— Чё? — тупо уставились на него пацаны, до которых происходящее только-только стало доходить во всей своей неприглядной красе.
— Лопата, говорю, в машине есть? — терпеливо переспросил Китаец и дослал патрон.
— Есть, есть, — как заведенные закивали головами братки.
— Тогда берите лопату, — пояснил Китаец, показав своим на того, кто назвал его косоглазым, — и в лес ведите. Пусть это говно яму копает. Не управится за полчаса, завалите его. Если управится, пусть живет, а вы нас догоняйте. Время пошло!
— Слушаемся, босс, — кивнули парни из второй машины и потащили бедолагу в лес.
— Так! — Димон прохаживался мимо братвы, которую колотила крупная дрожь. — Вот ты, мелкий, вместо пропуска поедешь! Колян, садись к нему в тачку. Этот говнюк нас проводит. Дернется, тоже вали его нахуй.
— Есть, босс, — кивнул Колян и показал в сторону машины. Мелкий покорно сел и положил руки на руль, а Колян устроился прямо за ним и дисциплинированно приставил ствол к его затылку.
— Своим передайте, — сказал Китаец троим, которые покорно стояли на коленях, — что к вам претензий нет. А этот конь просто за гнилой базар ответил. Мое погоняло Китаец. Я через пару недель приеду к вашему бугру насчет зеленой перетереть. И еще передайте… Приеду я не один, и не пустой. Если разговор не задастся, я вами, пидоры, раков накормлю. Еще чего не хватало, своим баблом лохов деревенских подогревать. Всосали, ушлепки?
* * *
— Короче, они всосали, — закончил рассказ радостный Китаец под хохот братвы. — А тот борзый копал круче экскаватора. Пацаны животы надорвали. Удачно съездили, в общем.
— Карась, — поморщился я. — В Псков ты поедешь. Дмитрий Александрович у нас резковат для такого рода переговоров. Надо будет туда сначала весть заслать, чтобы люди встретили. Не думаю я, что это простые хулиганы на дорогу вышли. Надо договариваться. И если не платить этим парням, то как-то их интерес учесть. И слава богу, Димон, что этот дебил тебя косоглазым назвал. Нам хотя бы предъявить за него не смогут.
— Да? — Димон явно расстроился. — А я хотел поехать.
— А ты и поедешь, — успокоил его я. — Но отдельно от Вовки. Если разговор не туда свернет, придется делать так, как ты сказал: кормить ими раков. Мне западло провинциальной шпане платить.
— Мне бы костюм купить, Серый, — стеснительно сказал Вовка. — Думаю я, пора на следующий уровень переходить.
— Магазин Хьюго Босс, Тверская, — подсказал я ему.
Да что-то же такое происходит с людьми? — думал я, глядя на людей, которых знал с детства.- Китаец, самый приличный из нас, съезжает с катушек и готов крошить людей налево и направо. Копченый общается на уровне с людьми, которые еще полгода назад в упор его не замечали. А Вовка Карась, выросший в рабочей семье, готов выложить триста баксов за какой-то костюм. В той среде, в которой мы росли, у человека был один костюм. И надевали его только на собственную свадьбу и когда делали фото для доски почета.
— Тебе Лена поможет костюм выбрать, Володь, — сказал я. — И не вздумай покупать блестящие ботинки. Это для черных. Бери классические, на шнурках. И я тебе советую от души, братан, когда будешь смотреть на их цену, закинься сначала валидолом. Поможет, отвечаю.
  
Глава 5
 
— Итак, что у нас по «Истоку»? — спросил я, собрав совещание нашего топ-менеджмента.
Фельдмаршал, Пашка-комсомолец, особист и Штырь. Последний — как ответственный за сбор безнадежных долгов. Сначала работали финансисты, потом служба безопасности, и только убедившись, что контрагенты на том конце провода отморозились наглухо, передавали взыскание на Темную сторону Луны.