Тайный агент Господа

 Annotation 
Конклав по избранию преемника скончавшегося Папы Римского неожиданно превращается в кошмар.
Загадочный преступник не просто убивает кардиналов одного за другим, но и проводит над своими жертвами жестокий древний ритуал.
Дело об убийствах ведет весьма необычная команда: доктор криминологии Паола Диканти и ее партнеры — инспектор полиции, суперинтендант спецслужб Ватикана и их добровольный помощник — католический священник с загадочным прошлым и навыками тайного агента.
Они понимают: происходит что-то странное.
Ватикан отрицает, что убийства кардиналов вообще имели место…
Чтобы найти убийцу, Паоле и ее помощникам предстоит проникнуть в «святая святых» Ватикана — лабиринт мрачных секретов, интриг и заговоров…
Хуан Гомес-Хурадо
Пролог
Dramatis personae[2]
Апостольский дворец
Краткая справочная информация о государстве-городе Ватикане (по данным справочника ЦРУ по странам мира)
Церковь Санта-Мария ин Траспонтина
Институт Сент-Мэтью
Церковь Санта-Мария ин Траспонтина
Институт Сент-Мэтью
Городской морг
Штаб-квартира ОИНП
Статья, опубликованная в ежедневном издании «Мэриленд газетт», выпуск от 29 июля 1999 г
Штаб-квартира ОИНП
Из переписки между психиатром Эдвардом Дресслером и кардиналом Фрэнсисом Шоу
Штаб-квартира ОИНП
Штаб-квартира ОИНП
Приход Сент-Томас
Квартира семьи Диканти
Из переписки между кардиналом Фрэнсисом Шоу и миссис Эдвиной Блум
Институт Сент-Мэтью
Палаццо дель Говернаторато
Церковь Санта-Мария ин Траспонтина
Дворец правительства
Институт Сент-Мэтью
Церковь Санта-Мария ин Траспонтина
Городской морг
Штаб-квартира ОИНП
Институт Сент-Мэтью
Штаб-квартира ОИНП
Штаб-квартира ОИНП
Институт Сент-Мэтью
Гостиница «Рафаэль»
Дом Святой Марфы
Дом Святой Марфы
Дом Святой Марфы
Дом Святой Марфы
Академия ФБР
Дом Святой Марфы
Дом Святой Марфы
Городской морг
Площадь Святого Петра
Зал прессы в Ватикане
Штаб-квартира ОИНП
Штаб-квартира ОИНП
Дом семейства Бастина
Жилой квартал Рима
Гостиница «Рафаэль»
Гостиница «Рафаэль»
Гостиница «Рафаэль»
Штаб-квартира ОИНП
Институт Сент-Мэтью
Квартира семьи Диканти
Психологический профиль серийного убийцы
Квартира семьи Диканти
Институт Сент-Мэтью
Квартира семьи Диканти
Квартира семьи Диканти
Рейтер, телетайп, 10 апреля 2005 г., 08.12
Ризница в базилике Святого Петра
Площадь Святого Петра
Ризница базилики Святого Петра
У парадного входа во дворец Святой службы
Ризница базилики Святого Петра
Эпилог
От автора
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
 
 
  Хуан Гомес-Хурадо  
  Тайный агент Господа  
   
Посвящается Кату, озарившей мою жизнь светом.
«…et tibi claves regni caelorum…»[1]
 Матфей (16:19) 
  Пролог  
   
  Институт Сент-Мэтью (Реабилитационный центр для католических священников, виновных в совершении сексуального насилия)  
  Сильвер-Спринг, Мэриленд  
  Июль 1999  
 Отец Селзник проснулся среди ночи оттого, что к его горлу приставили рыбный нож. Как Кароский ухитрился завладеть ножом, до сих пор остается загадкой. Долгими ночами он терпеливо натачивал лезвие о кромку расшатанной напольной плитки в своем изоляторе. 
 
 В тот раз (предпоследний) ему удалось выскользнуть из тесной клетушки размером три на два метра, разомкнув цепь, которой он был прикован к стене, с помощью стержня шариковой ручки. 
 Селзник оскорбил его. И должен за это поплатиться. 
 — Ни звука, Питер. 
 Кароский по-кошачьи мягко, но надежно запечатал ладонью рот брату во Христе, одновременно легонько прогуливаясь ножом по заросшему щетиной подбородку священника — вверх и вниз, — издевательски пародируя скольжение бритвы парикмахера. Селзник оцепенел от ужаса и неподвижно глядел на ночного гостя широко открытыми глазами; он судорожно вцепился в край простыни, задыхаясь под тяжестью навалившегося на него тела. 
 — Ты знаешь, зачем я пришел, правда, Питер? Моргни один раз, если догадался, и два раза, если нет. 
 Селзник не реагировал, пока не почувствовал, что рыбный нож замер на глотке, прервав плавный танец. Тогда Питер Селзник дважды моргнул. 
 — Пожалуй, больше грубости меня злит лишь твоя недогадливость. Я пришел выслушать исповедь. 
 В глазах Селзника промелькнула искорка облегчения. 
 — Раскаиваешься ли ты в том, что насиловал невинных детей? 
 Селзник моргнул. 
 — Раскаиваешься ли ты в том, что опозорил сан священника? 
 Селзник опять моргнул. 
 — Раскаиваешься ли ты в том, что вверг в смятение души многих верующих, попирая законы Святой Матери Церкви? 
 Селзник еще раз моргнул. 
 — И последнее, хотя и не менее важное. Раскаиваешься ли ты в том, что три недели назад помешал мне продолжить курс групповой терапии, чем значительно отсрочил мою социальную реабилитацию и возвращение на службу Господу? 
 Селзник энергично моргнул. 
 — Твое раскаяние согревает мне душу. За три первых прегрешения я налагаю на тебя епитимью: шесть раз прочитать «Отче наш» и шесть «Аве Мария». Что же касается последнего… 
 Выражение ледяных серых глаз Кароского не изменилось, когда он поднял нож и воткнул его в рот парализованной страхом жертвы. 
 — О, Питер, ты не представляешь, с каким наслаждением я сделаю это… 
 Селзник умирал сорок пять минут, молча, лишенный возможности закричать, не потревожив надзирателей, дежуривших на посту всего в тридцати метрах от его комнаты. Кароский благополучно вернулся в изолятор и закрыл за собой дверь. На следующее утро испуганный директор института нашел его на месте. Кароский был с ног до головы покрыт запекшейся кровью. Но особенно потряс старого священника не вид окровавленного убийцы. Ему стало дурно, когда Кароский с холодной невозмутимостью деловито попросил полотенце и тазик с водой, ибо он «немного испачкался». 
  Dramatis personae[2]  
   
 Священники 
Энтони Фаулер, бывший офицер службы разведки ВВС, американец.
Виктор Кароский, священник, серийный убийца, американец.
Кейнис Конрой, покойный директор института Сент-Мэтью, американец.