Никчемная жена, или супчик на каждый день (СИ)

А еще мою таверну подожгли, но успели потушить. Однако, она находится на реконструкции. Мать Саргона отправили в дальний монастырь, из которого она уже не вернётся или вернется лет так через сто. Отец Саргона подал на развод. А Стеллу закрыли в тюрьме. Она действительно отравила Алисию из зависти и чтобы расчистить себе дорогу к моему дракону. Хотела в нужный момент попасть к нему под руку и утешить. А там думала — дело времени, как он переключится на нее.
  
— А что с Катей?
— Метка не исчезла, но и не стала ярче, — ответил он.
— А Дамиан что?
— Злится, но держится, — вздохнул Саргон.
Мы замолчали.
И что же все-таки будет с этим суровым и мрачным мужчиной, Дамианом Марийским?
Катерина ведь была его истинной… это точно. А Катя тогда тоже? Или все же нет?
— А как там мои заварники? — вдруг вскрикнула я. — Неужели сгорели? — охнула я.
Ответом мне был тихий, хриплый смех моего самого любимого мужчины на свете.
— Будет тебе целая куча завар-р-рников, — пророкотал он, проводя пальцами по моим волосам. — Самых красивых, редких и изысканных, любовь моя.
Я счастливо улыбнулась его словам, и драконица внутри меня заурчала ещё громче, словно подтверждая нашу общую радость.
— Но ни один из них не сравнится с твоей красотой, — добавил Саргон, глядя на меня с теплом и нежностью, а потом склонился к моим губам для самого нежного и волнующего поцелуя. 
  
Эпилог
 
Я иду по дорожке, вымощенной белоснежной брусчаткой. Повсюду лепестки цветов. Не могу поверить своему счастью.
Вокруг, словно в сказке, расцвели красные розы и белые лилии. Они нежно качаются под лёгким ветерком.
Гости, одетые в изысканные наряды, улыбаются и шепчутся между собой, но главное, что я замечаю у них в руках — это подарки.
Мои глаза вспыхивают, наверняка меняется зрачок. Драконица довольна и урчит, потому что у каждого гостя на нашей свадьбе в руках заварник, перевязанный красивой ленточкой.
Они всевозможных форм и размеров: от винтажных до замысловатых, с золотыми и серебряными узорами, керамические и даже хрустальные. Каждый из них уникален, и у меня захватывает дух от осознания, что вскоре все они станут моими.
И вот, в конце живого коридора, у алтаря, стоит он — самый красивый мужчина на свете, мой Саргон.
Он словно сошёл с древнего холста. Его сильная фигура затянута в тёмный костюм с золотыми вставками. Его глаза с нежностью смотрят на меня, а в уголках губ затаилась искушающая улыбка.
У Саргона шейный платок в тон костюму, мы его заказывали вместе перед самой свадьбой. Я снова улыбаюсь.
Ощущаю себя самой настоящей тайной революционеркой, а всё потому, что нам есть что скрывать.
Пока что. Просто сейчас не время для такой правды.
Там под шейным платком, на стыке шеи и ключицы стоит моя метка.
А ответный укус моего дракона прячется у меня под тонким кружевным воротником моего платья. Неделю назад я поставила метку своему дракону, и она, вопреки отличной регенерации драконов, не зажила.
Настоящая, несуразная, с рваными краями и проколами от клыков, но я горжусь этим.
Самая настоящая метка осталась явным напоминанием пусть не об истинности как принято в этом мире, но об истинной любви между нами.
Чудо, не иначе.
Как вспомню запах крови Саргона в этот момент и его глаза. Не человеческие и рык — до сих пор мурашки бегут по телу.
А ведь он ответил тем же, поставив на пике удовольствия мне ответную метку.
И я уверена, что, когда он смотрит на мою ключицу, то думает о своей метке.
Настоящей, а не о том нарисованном узоре, что есть у Кати.
Ведь эта метка, которую мы сами поставили друг другу без посредников и указки, которую поставили наши звери — вот что важно.
А Дамиан обязательно разберется с тем, что происходит в этом мире.
Я опускаю взгляд на руки Саргона и замираю. На подушечке, которую он держит перед собой, сверкает самый восхитительный заварник, какой я когда-либо видела.
Он сияет драгоценными камнями: сапфирами и изумрудами. Его изящные линии кажутся живыми, словно в них заключена магия.
Заварник так искусно сделан, что он напоминает маленькое произведение искусства, созданное специально для меня.
Я чувствую, как внутри меня всё замирает от восторга и счастья. Драконица внутри урчит, как довольная кошка.
Моё платье — вызов нынешней моде на пышные свадебные кринолины. Оно изящное, с тонким кружевным верхом, скрывающим шею и ключицы, а белый шёлк струится вокруг меня. Каждый шаг заставляет ткань мягко колыхаться, словно волны. По подолу и корсету идут тонкие золотые узоры, напоминающие крылья дракона.
Я подхожу к Саргону, сердце бьётся в груди, каждый миг кажется вечностью. Он протягивает мне заварник, и его взгляд полон такой любви и преданности, что я чувствую, как вся вселенная замерла вокруг нас.
— Ты — моё сердце и душа, — шепчет Саргон, и я знаю, что это мгновение будет жить в моей памяти вечно.
Пусть каждый из гостей держал в руках по заварнику — маленькие, большие, разных цветов, их было так много, что внутри драконица зачарованно мурлыкала.
Это все Моё.
Моя будущая сокровищница.
Но самый важный заварник был в руках Саргона. Я прикусила губу.
Хочу-у-у!
Очень хочу схватить его и домой. Ох, не забыть бы тут Саргона только.
Никак не могу совладать со своим зверем. Ведь это для меня в новинку быть драконицей. Но я очень стараюсь.
— Вижу, что тебе не терпится получить… подарок, — засмеялся любимый. Я покраснела, снова закусила губу, внутри порхали бабочки и щекотало в животике.
Так сильно хотелось прикоснуться к заварнику. Ведь дракон и так уже весь мой с потрохами, а вот заварничек еще нет.
Но тут Саргон сам открыл крышечку, и я ахнула.
Мне так хотелось самой снять эту восхитительную крышечку!
А потом Саргон пододвинул мне подушечку еще ближе, на которой держал мой хорошенький заварничек, и я увидела там внутри кольцо.
Боже!
Оно было такое... такое… Да самое лучшее!
И в комплект к нему шёл заварник.
Я расплакалась от счастья.
Саргон снова тихо рассмеялся.
— Саргон, я… у меня нет слов.
— Знаю, любимая. И я так тебя люблю!
***
Девять месяцев спустя 
Я была самой красивой драконицей на свете. Так мне шептал мой дракон, успокаивая. Мне так хотелось взмыть с ним в небо. Как в первые месяцы нашего брака. Но пока что нельзя.
Помню до сих пор свои ощущения, радость своей драконицы, что она наконец обрела крылья. Восторг Саргона.
Тогда я отказывалась становиться человеком, и только голод и нежелание есть добычу, которую мне приносил дракон Саргона, заставляли меня менять облик.
Шутка ли? Всю земную жизнь читать о таком чуде как оборот и вот так обрести его!
И вот уже последние пять месяцев целитель не разрешает мне оборот до того времени, как я не рожу.
На свет должен появиться наш мальчик. Детралион Драговер.
И я так счастлива!
Ой!
— Саргон, кажется, у меня отошли воды!
Я разбудила своего дракона, тот сонно моргнул, а потом подскочил с кровати. Меня скрутило дикой болью.
  
Хотя, чего я ждала, ведь беременна настоящим драконом.
— Сейчас, сейчас, любимая!
Я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Меня, конечно же, предупреждали, что у дракониц всё не так, как у людей, и роды будут быстрыми. Но всё равно как-то я оказалась не готовой.