Никчемная жена, или супчик на каждый день (СИ)
— Ты языкатая. Но это тебе не поможет, — усмехнулась леди Элайза с презрением.
— Конечно, не поможет. Что вы собираетесь со мной сделать?
— Избавиться от тебя, — прозвучало холодно.
— Радикально как-то. А что скажет ваш сын, когда узнает обо всём?
— А он не узнает, — ответила она, полная уверенности.
— Пожалеете ведь, — сказала я тихо, качнув головой.
— Ничего мне не будет, — с высокомерием ответила она.
— И, наверное, замену мне уже нашли?
— Стелла вполне подойдёт. Она амбициозна, умна и из достойной семьи. Мы нашли с ней общий язык.
— Так она помогла вам всё это устроить?
— Слишком много вопросов, — отмахнулась леди. — Но да, это наш маленький секрет со Стеллой. Когда-то Саргону она нравилась. До всей этой истории с истинностью.
— Думаю, ему было просто удобно с ней. Не более того.
— Пока этого достаточно.
— А не боитесь, что Стелла от вас отвернётся, как только достигнет своих целей?
— Что ты имеешь в виду? — спросила леди с настороженностью.
Я била наугад, но нужно было тянуть время. Одновременно ощутила, как нервно дрожит рядом со мной связанная Катя. Сжала ее руки.
— Ведь она отравила меня… вернее, настоящую Алисию, а потом только я заняла её место.
Я умолчала о деталях, что мы так похожи с Алисией, но заметила, как её лицо исказилось сомнением. Брови нахмурились, и этого было достаточно, чтобы посеять зерно сомнения.
— А что будет с вами, когда достанете её, а? У вас крепкое сердце? Всё-таки возраст… Ведь даже молодость Алисии её не спасла.
— Замолчи, — прошипела она сквозь зубы.
— Я говорю правду. Вам стоит задуматься.
— Нужно было избавиться от тебя ещё на пути сюда, — произнесла она, раздражённо прищурившись.
— Значит, это вы организовали нападение на омнибус? — выдохнула я.
— Нет. Я только приказала не сопровождать тебя охране, — сказала она ледяным тоном.
Приказ Саргона саботировали его же люди. Теперь стало ясно почему. Это мать вмешалась.
— А сейчас ты лишь тянешь время, не стоило мне приходить, — она вернула себе самообладание.
— Выпустите Катерину. Она не виновата.
— Нет. Мне уже сообщили, что мой младший сын неравнодушен к этой девице. Но я не позволю. Моему мальчику не стоит связываться с такими, как она.
Я бы посоветовала Роберто бежать от такой матери без оглядки.
— Он мой, ясно? Он останется со мной! Мой последний сыночек.
— Но он рано или поздно женится, — возразила я.
Она усмехнулась, но в её взгляде было что-то безумное.
— Довольно с тобой возиться. Уведите её.
Она махнула рукой, и в комнату вошли двое амбалов в черном. Они подошли к нам, и Катя вскрикнула, когда один из них схватил её.
Меня грубо ухватили за плечи, вывели из комнаты в коридор, и я попыталась сопротивляться, упираясь ногами, но сил было мало. Ещё один неизветсный шагнул к Кате, и её крик пронзил сердце. Внутри что-то перевернулось.
Я боролась, ощутив, как по рукам пробежала странная боль. Пальцы непроизвольно сжались, и вдруг я заметила… когти.
А дальше почти ничего не помню. Только рычание, которое, кажется, вырвалось из моей же груди. Слышала крики вокруг.
Меня уронили на пол.
Но… вдруг распахнулась дверь, и вошёл… Саргон. За ним Дамиан и Роберто.
А потом я почувствовала прикосновение Саргона, но боль не проходила.
— Ты обращаешься, — услышала я от него.
Что? Как? Во что?
— Лис. Лис. Милая, отпусти драконицу. Всё будет хорошо… хорошо…
Но мне казалось, что ничего хорошего уже не будет.
Сознание погасло от боли. А когда я смогла распахнуть глаза, то увидела лицо… Вадика.
Глава 47
— Алисочка, радость моя. Ты пришла в себя? — гладил меня по лицу Вадик. Мой муж. Предатель и изменник.
— Уйди, — прохрипела я, и ударила его по руке.
— Куда же я уйду? — хлопал этот идиот глазами.
— К Светке, может, свалишь, а?— Я оглянулась и поняла, что нахожусь в Саратове, в квартире бабушки. —И что ты тут делаешь?
— Я же говорил тебе уже утром, что эта шлендра нагуляла ребёнка! — всплеснул руками. — Он не мой!
— И ты решил по старой памяти прибежать ко мне обратно под крыло? — язвительно усмехнулась я. Села на диван, оглядела себя. Выглядела вроде бы нормально, значит, меня не убило на той остановке. И судя по оговорке этого гада, именно Алисии он это и рассказывал.
— Я уверен, что ты всё поймёшь. Ты ведь всегда была такой понимающей.
— Да иди ты, Вадик, отсюда! И ключи оставь на комоде. Я видеть тебя не хочу.
Толкнула предателя в грудь, чтобы он наконец отошёл и я могла встать. Стала осторожно оглядываться вокруг. Заметила вышитую салфетку на столе. Огляделась — да они были тут повсюду. На стенах, на всех поверхностях.
Сколько я отсутствовала в этом мире? Как это узнать? Точно — телевизор.
— Алис, ну, Алис…
— Ты еще тут? — Я увидела, что время в наших мирах течёт одинаково, и выдохнула. Потом взяла под руку Вадика и вытолкала его за дверь. Забрала ключи из его кармана и захлопнула перед ним дверь.
А потом расплакалась.
Я хотела обратно к своему дракону.
И что же случилось, что меня так перекинуло обратно? Как мне вернуться? А потом с ужасом поняла, что Алисия может не захотеть возвращаться. Она ведь может остаться с моим Саргоном.
Боже мой.
Как же так… Я бессильно опустилась на пол в коридоре и расплакалась.
Мой оборот там спровоцировал очередной прыжок из тела в тело. Я, конечно, рада, что выжила, но как же я теперь буду? Без своего дракона…
И снова разрыдалась.
А потом раздался звонок в дверь. Я не хотела открывать. Но этот Вадик всё звонил и звонил. Пришлось вытереть слёзы и послать его как следует.
Пришёл он, видите ли, мириться, сволочь!
Распахнула дверь, шмыгнув носом, и увидела мужчину. Лет тридцати пяти, привлекательного, ухоженного, в свободных брюках и рубашке. Темноволосого, коротко стриженного, он был… в домашних тапочках.
— Эм…
— Лис, ты плачешь? Что случилось?
— Э-э…Мы знакомы? — шмыгнула я носом. А потом заметила, что у него в руке коробка, из которой через прозрачное окошко выглядывали вышитые бисером салфетки. Крафтовые. Ручной работы.
— Вы Алиса? — вдруг уточнил мужчина.
— Да.
— А я ваш сосед. Поговорим?
Я посторонилась. Мужчина, словно у себя дома, прошёл на мою кухню. Я следила за ним. Он щёлкнул чайником — новым, а ведь у меня тут был старый, нерабочий. Потом достал новые чашки и дорогой чай на развес.
— Присаживайтесь, Алиса. Нам нужно поговорить.
— Нужно… А как вас зовут?
— Дмитрий.
— Я вас тут не помню…