И в горе, и в радости (СИ)

Что за бред несет эта старуха? Из всего ей сказанного я поняла, что какой-то мужчина спас меня, выловив из реки. Вот только не помню я такого, чтобы вблизи Зюраткуля протекала река. Рядом с этой горой было лишь одноименное озеро. И да, замков здесь также не было. Хотя допускаю, что незнакомка так называет дом нанимателя. Я еще раз внимательно присмотрелась к своей собеседнице.
Невысокая, слегка сгорбленная сухопарая фигура. Лицо, покрытое множеством глубоких морщин. Пергаментно-сухая желтовато-бледная кожа. Слегка крючковатый нос. Редкие, серо-грязные седые волосы были собраны на макушке в подобие пучка. Тонкие губы все время странно шевелящиеся и причмокивающие. Не первой свежести и чистоты темно-серого цвета балахон и коричневая кожаная жилетка с внутренней опушкой и деревянными пуговицами. Встреть я такую женщину на улице, решила бы, что она бездомная. А если бы поговорила с ней, то еще посчитала бы ее слегка невменяемой. Остается надеяться, что в этом доме есть кто-то еще.
Кстати, насчет других. Помимо того, что мне хотелось понять, где я, необходимо было узнать, что с моими студентами. Вот этот вопрос я и попыталась задать.
— Со мной были…
Не успев закончить фразу, я вновь раскашлялась, но незнакомка и так поняла, о чем говорю. И в тот же миг улыбка сошла с ее лица, от чего я внутренне напряглась. А моя собеседница, окинув меня полным сожаления взглядом, еще и покачала отрицательно головой.
— Они попали под обвал и все погибли. Нам никого не удалось больше ни найти, ни спасти.
От услышанного известия у меня в глазах потемнело. Как погибли? Нет! Не может быть! Эта старуха что-то путает. Видно же, что у нее не все в порядке с головой. И тут я вспомнила, что Чечевичная была со мной внутри горы. Когда произошел последний толчок, она только зашла в проход. Так что был шанс, что ее, вместе со мной, сбросило во внутренний водоем. А это значит, что девушку, как и меня, могло вынести течением наружу.
— А Света?
— Вам надо больше света? Сейчас зажгу еще несколько свечей. На улице все еще бушует непогода, поэтому открывать ставни не буду. Да и темно там.
— Нет, — я отрицательно покачала головой и, так как женщина меня явно не так поняла, уточнила. — Со мной… — кхе-кхе. — Была… девушка Светлана.
Говорить мне было все сложнее, еще и одышка появилась, как будто я не в кровати лежу, а бегу марафон.
— Девушка? С вами была компаньонка?
Вместо ответа я лишь слегка кивнула. Какая разница как она называет мою ученицу, студенткой или компаньонкой, главное, чтобы ее спасли.
— Мне жаль…
Окончание фразы еще не прозвучало, а я уже поняла, что мне хотят сказать. И тут же слезы застлали мои глаза. Как же так? Они все были такими молодыми и делали лишь первые шаги в самостоятельной жизни. Этого не может быть! Эта старуха что-то путает.
От переживаний мне стало еще сложнее дышать, из-за чего перед глазами пошли темные круги. В какой-то момент мое сознание не выдержало и вновь погрузило меня в благодатную тишину.
______________________________________________________________________
Баннерет* — рыцарь, имевший право вести в бой группу людей (часто также рыцарей) под собственным знаменем с изображением его собственных геральдических символов.
7
В этот раз я очнулась резко, от громкого стука, как будто деревянная дверь со всего размаха ударилась о стену. Вслед за ударом послышался грозный рык.
— Гвида, ты мне сказала, что леа очнется в течение суток. Уже пошел второй день, а от тебя все еще нет никаких новостей. Она, вообще, еще жива? Или все наши старания и затраты были бессмысленны?
— Я не сказала, что она очнется в течение суток. Если вы вспомните наш разговор, хозяин, то речь шла о том, что в течение одного дня решится судьба госпожи, жить ли ей или отправиться в святые чертоги к богам.
— И? Каков же результат?
— Леа очнулась и мы с ней смогли даже немного поговорить.
— Что?! И почему я об этом только сейчас узнаю?!
Я прислушивалась к уже знакомым голосам, отчетливо начиная понимать, что это никакой не фильм и не мыльная опера. А все потому, что голос женщины полностью соответствовал голосу старухи, с которой я уже общалась. Да и в принципе я осознавала, что разговор доносится не из динамиков, а звучал рядом с кроватью, на которой я лежу. Это понимание пришло сразу, как и то, что говорят обо мне, при этом явно принимая за кого-то другого. И то, что это не сон, я также уже догадалась, так как все было чересчур реальным. Как правило, во сне ты воспринимаешь все как должное. Я же понимала абсурдность происходящего. Да и доносившееся пение птицы, а еще теплый ветерок, идущий от окна и нежно ласкающий мое лицо, так же намекали на реальность происходящего. И, конечно же, на всякий случай, я слегка ущипнула себя за ногу, тут же почувствовав легкую боль, благо руки лежали под одеялом. Так что да, это точно был не сон.
 
— Потому, что узнав, что все ее сопровождение и компаньонка, к которой, по-видимому, девочка была сильно привязана, погибли, она переволновалась и вновь потеряла сознание.
Девочка? То, что старухе где-то лет сто, я уже поняла. И на ее фоне, мои без малого шестьдесят — это ничто. Как-никак разница почти в сорок лет. Но называть меня девочкой — это уже нонсенс. И ведь незнакомый мужчина, которому, судя по голосу, лет тридцать, ничего по этому поводу не сказал, воспринимая все прозвучавшее как должное. Он что, тоже считает меня девочкой?
— Она сказала, как ее зовут? Имя рода назвала? Или хотя бы какой магией обладает? Отвечай же. Мне некогда возиться с юными, болезненными созданиями. Поэтому будет лучше поскорее отправить ее домой, к мамкам, нянькам и гувернанткам. Тем более, что Его Величество, вскоре может вновь меня призвать под свои знамена. Артийцы последнее время что-то совсем обнаглели. Слышал, что они совершили несколько набегов на наши восточные границы. Так что мне совершенно не хочется задерживаться в Дюршарсе, из-за непонятной особы.
Юная? Артийцы? Магия? О чем они вообще говорят? Я что попала к сумасшедшим или в какую-то секту? Помнится, в свой первый разговор они что-то такое же обсуждали. Хотя я тогда была не в том состоянии, чтобы адекватно воспринимать все услышанное. От осознания, что все гораздо хуже, чем я думала до этого, внутри у меня похолодело. Но в то же время я порадовалась, что смогла скрыто то, что уже очнулась, благодаря чему у меня появилась возможность подслушать этот разговор. Как бы там ни было, а любая дополнительная информация будет для меня полезной.
Так и что же мне делать дальше? Судя по ощущениям, сегодня я себя чувствую гораздо лучше. Слабость, пусть и не полностью, но прошла. Дышалось уже легко. Да и горло перестало болеть. Вот только я сомневаюсь, что буду в состоянии самостоятельно передвигаться. Значит, в этом доме мне придется провести еще несколько дней, чтобы окончательно встать на ноги. Осталось лишь выработать безопасную технику поведения для общения с этими людьми. Как там говорят: с психами нельзя спорить и им нельзя противоречить. Хорошо, значит, буду пока улыбаться и со всем соглашаться. А еще им ни в коем случае нельзя рассказывать о себе. Мало ли, вдруг они не только психи, но еще и маньяки. Хотя тогда непонятно зачем они меня спасли и выхаживают. Надеюсь, я им не нужна буду для каких-нибудь жертвоприношений или еще какой гадости такого рода?
— Нет. Леа ничего мне рассказать о себе не успела. Да я и не спрашивала. Она слишком еще была слаба и говорила с трудом. Но, раз она смогла очнуться, значит, самый опасный период уже позади и девочка идет на поправку. И если вы, хозяин, не хотите пересудов и не желаете ее скомпрометировать и жениться в дальнейшем, то к госпоже надо приставить компаньонку или леру. Также ей не помешает личная горничная. Все же у меня уже не тот возраст, чтобы бегать по поручениям молодых девиц. Уже молчу о том, что мне надо пополнить запасы трав и снадобий. Так что, как только девушка окончательно придет в себя, я покину ее покои и займусь своими делами.