Тигры Редфернов (СИ)
- Конечно.
- Ты цел? – спросил комиссар у детектива. Тот отрешенно кивнул: похоже, все пережитое потрясло его настолько сильно, что почти лишило дара речи. – Доложишься лично Бройду. Остальным – молчок. Ясно?
- Да, сэр, – меланхолично отвечал Двайер.
Глава 27
Маргарет замаячила на лестничной площадке, едва рябь портала перестала мелькать в глазах Бреннона. То ли девчонка караулила возвращение наставника, то ли в замке имелась система оповещения об открытых порталах.
- Энджел! – в возгласе Пегги смешались тревога, облегчение и еще почему-то – возмущение. Она ринулась вниз по лестнице, на последних ступеньках вдруг замерла, уставилась на пиромана, точнее, окинула его взглядом с головы до ног, и покраснела, как вишня. Может, наконец заметила дядю, а может – потому, что за эти дни перестала быть невинной девицей. Энджел кашлянул и сказал:
- Ройзман мертв.
- О! – откликнулась девушка, и ее глаза вспыхнули от мстительной радости. Она скользнула к пироману и обхватила ладонями его лицо.
- Увы, это сделал не я, – сознался Редферн, обвивая девчонку руками, как осьминог – щупальцами. – А потому едва ли заслуживаю ваших благодарных поцелуев.
Маргарет перевела вопросительный взгляд на комиссара.
- И не я, Пег. Ройзмана убил его мазандранец. Джадугар.
- Колдун! – с изумлением воскликнула Маргарет. – Как Джен?!
«Откуда она все это знает?» – горестно подумал Бреннон. Впрочем, тут же есть библиотека, под завязку набитая кучей книг про магию, колдовство и все то, что совершенно ни к чему знать приличной девушке.
- Да, – кивнул Энджел. – Ройзману каким-то образом удалось поработить одного из ее мазандранских сородичей… однако мы поговорим обо всем позже. Я грязный, как черт, да и вашему дяде тоже не помешал бы душ.
- Я распорядилась насчет вашей ванны и ужина. Дядя, идем, я провожу тебя в одну из спален. Ты ведь уже пользовался душем?
- Угу, – буркнул комиссар. Хотя чему тут удивляться? Наверняка грехопадение состоялось через пару дней после того, как Редферн оклемался после целительных ванн в этом своем пруду.
- Тогда пошли скорей. Я распоряжусь, чтоб твое тряпье... одежду привели в порядок. Энджел…
- Со мной все в порядке, – мягко сказал пироман. – Никто не пострадал… кроме моего самолюбия. Я, конечно, хотел принести вам его шкуру, но у джадугара тоже недурно вышло.
Глаза Маргарет заискрились от любопытства, но она сумела удержать в себе дюжины вопросов, которые, очевидно, роились в ее голове, и жестом пригласила комиссара следовать за ней. На втором этаже Энджел свернул к своей спальне, а Бреннон пошел за племянницей. Что-то неприятно царапало его каждый раз, как он видел их вместе, но Натан пока никак не мог понять – что. Может, то, с какой радостью Пегги перенимает жестокость Энджела? Но разве она вела бы себя так, если бы от природы в ней не было такой склонности?
«Может, мы просто не замечали?» – размышлял он; и все же тут было что-то еще, нечто настолько неприятное, что Бреннон даже не мог понять причину, которая вызывает у него такое чувство.
- Заходи, – Маргарет открыла перед ним дверь спальни, почти такой же, как та, которой комиссар пользовался в прошлый визит. – Ванна с душем там, ну, ты знаешь. Дядя, тебе тут нравится?
- В смысле? – пробурчал Бреннон. Комнатка вполне ничего, а такое изобретение как душ он оценил превыше всего.
- Энджел говорил, что показал тебе лаборатории, библиотеку и вообще почти все.
- Ну, впечатляет.
- Лучше, чем в твоем департаменте?
- Пег, – сурово сказал Натан, – ты к чему меня склоняешь?
- Я? – она невинно распахнула огромные карие глаза. – Да совершенно ни к чему! – и упорхнула, как фея, оставив Бреннона наедине с тягостным чувством, которое вызвало в нем сходство ее глаз с другими, такими же большими, темными и выразительными.
Ужин был накрыт в той же комнате, где пироман угощал Бреннона в прошлый раз. Он застал Редферна за тем, что тот держал Пегги за руку и, поглаживая пальцем ее пальчики, о чем-то увлеченно ей рассказывал, а девчонка воодушевленно внимала.
"Наверняка о лопнувшем Ройзмане", – кисло подумал комиссар; очевидно, Энджел считал растерзанный труп врага лучшим доказательством любви, которое можно предъявить женщине...
Вплоть до десерта ужин проходил в молчании: Натан изрядно проголодался, да и пироман тоже – он умял вдвое больше, чем помещается в мужчину такого сложения, и к десерту откинулся на спинку стула, напоминая сытого удава.
- Ну так что, – осведомился этот змий-искуситель, – вам понравилось командовать консультантами?
- Я был абсолютно бесполезен, – ответил Бреннон, смягчившись, тем не менее, после отличного рагу из ягненка. – На кой я вообще вам нужен? Как приманка?
- Я заинтересован в вас как в руководителе, а не в пушечном мясе.
- Угу, много я там наруководил... сами бы справились.
- Но с вашей помощью они справились лучше.
- А что до пушечного мяса, – желчно заметил комиссар, – то вы сами убедились, насколько дурная это идея. Видели, что было с Двайером? А уж он-то навидался всякого за свою жизнь, да и с последствиями разгула нежити дело имел. Как вы себе представляете вербовку обычных людей для такой работы?
- Никак, – честно ответил Редферн. – Но надеюсь, что вы представляете. Поэтому и предлагаю вам...
- А кто компенсирует им их разрушенную жизнь? Как вы сможете оплатить то, чего они лишатся по вашей милости? У них никогда не будет ни семьи, ни нормальной жизни, и вряд ли кто-то из них доживет до старости. Об этом вы подумали?
Энджел опустил взгляд в чашку с кофе и пробормотал:
- Нет.
Маргарет сжала его руку и осуждающе посмотрела на Бреннона.
- Вы ведь не придаете этому значения, верно? – сухо спросил комиссар. – А зря. Нанимая людей на службу, вы должны ответить на их закономерный вопрос – что они с этого получат. А если их служба – это рисковать своей шкурой, то одним жалованьем вы не отделаетесь. Так что я могу предложить им, а? Кроме того, что они увидят больше адских тварей, чем в состоянии придумать поповский стеномаз для картинки Страшного суда?
Редферн поднял на него глаза:
- А вы будете? Ну, предлагать?
- Тьфу ты, – Бреннон с досадой отхлебнул кофе. Вот же упертое существо! – На кой че... зачем я вам сдался? Мне уже пятьдесят! Старость на пороге, а вы... вот, кстати, служащим полиции положена государственная пенсия. Чем дольше выслуга и выше чин – тем больше. А вы что предложите?
- Нууу, старость... – пироман окинул комиссара взглядом и переглянулся с Маргарет. – Пусть вас это не заботит. У вас, в конце концов, будет исключительная супруга.
Натан чуть не захлебнулся кофе.
- Чего?! – грозно спросил он.
- Ну, дядя, перестань, – вмешалась малолетняя нахалка, – все же знают, что миссис ван Аллен вот-вот загонит тебя в церковь. Вот ты вернешься и...
Бреннон вцепился в сладкий кренделек. Впервые в жизни он поймал себя на том, что хочет осмотреть замок пиромана несколько раз от подвала до крыши.
***
Перед уходом Энджел, как и обещал, оставил ей книжку с заботливо размещенными закладками, подписанными "Мужчины", "Женщины" и "Процесс". Маргарет послушно начала читать, и не позднее чем через пять минут весь ее мир рухнул. Анатомический атлас открыл ей такие бездны, о которых она и не подозревала! Сперва она в ярости бросилась на поиски наставника – как он мог ТАКОЕ от нее скрывать?! Однако Энджел предусмотрительно исчез, не оставив ни единого намека на то, куда именно.
Пришлось дочитывать, то и дело заливаясь жгучей краской. Тем не менее, невзирая на бунтующую стыдливость, любопытство в конце концов оказалось сильнее, и Маргарет, изрядно потрясенная тем, как на самом деле устроена каждая женщина, перечитала все дважды, а отдельные места – и трижды. К третьему разу пошло легче.
Изучив анатомический атлас вдоль и поперек, Маргарет к вечеру готова была вцепиться в наставника, как хорек в курицу, но когда он вернулся, весь в пыли, грязи, потрепанный, хоть и довольный – все это напочь вылетело у нее из головы. Живой, целый и невредимый – остальное неважно. Тем не менее, вопросы, терзающие девушку, никуда не делись, и она, преодолев смущение, после ужина пришла к кабинету Энджела. Особенно ее мучил один…