Тигры Редфернов (СИ)

Ведьма кивнула и опрометью выскочила из каюты. Комиссар подошел к кровати. Вид у него был суровый и недружелюбный.
- Как вы?
Маргарет уложила Энджела на подушку. Он был таким белым, словно ведьма пила его кровь, а не боль.
- Как видишь. Что там наверху?
- Приближается шторм. Одна мачта треснула, поэтому оставаться на корабле небезопасно, и я решил, что мы проведем всех людей через зеркала, которыми пользовался Рагнихотри.
Энджел приподнял голову и уставился на Бреннона:
- А вы хоть знаете, как ими пользоваться?
- У нас есть консультант. Вы выдержите переход?
- За кого вы меня принимаете? – с холодком осведомился Энджел. Ну когда они наконец перестанут цапаться по любому поводу?!
- За человека, который помрет от плевка, – проворчал комиссар. – Вы хоть знаете, насколько погано выглядите?
- Догадываюсь, – процедил Энджел. – Все еще обо мне заботитесь?
- Люди иногда так делают. Заботяться друг о друге, знаете ли.
В каюту вошел Лонгсдейл, пригнувшись, чтобы не врезаться в низкую переборку. За ним следом с достоинством ступал пес.
- Можете что-нибудь сделать? – дядя кивнул на Энджела. Маргарет почувствовала, как наставник весь окаменел от напряжения, едва увидел консультанта.
- Не вздумайте! Не смейте ко мне прикасаться!
Лонгсдейл присел на край кровати, взял его раненую руку и несильно сжал. С лица Редферна схлынули последние краски.
- Вы сейчас не можете адекватно воспринимать действительность, – мягко увещевал консультант, разгибая его скрюченные от боли пальцы. – Не бойтесь, это совершенно безболезненно.
Энджел стиснул зубы так, что под кожей желваки выступили. Маргарет уложила его к себе на грудь и обняла, хотя сейчас больше хотела хорошенько стукнуть его по гениальной голове за ослиное упрямство. Консультант склонился над ладонью Редферна и забормотал заклятия, рисуя пальцем знаки над ранами. Энджел сверлил его ревнивым взором. Маргарет вздохнула. Причина, по которой взрослый мужчина ведет себя хуже пятилетнего мальчика, для нее так и осталась загадкой.
Дядя тем временем изучил дверь, которая так волновала Маргарет, и переглянулся с псом. Зверь обнюхал замок и щель у пола, отступил на несколько шажков и прыгнул. Дверь рухнула внутрь вместе с косяками. Внутри оказались ряды закрытых прозрачными дверцами полок и книжных стеллажей, три больших зеркала, привинченных к полу и бортам. Энджел зашебуршился в объятиях девушки и подался вперед, как кот на запах валерьянки.
- Цыц, – нежно мурлыкнула ему в ухо мисс Шеридан. – Не то удавлю подушкой.
- Вот отсюда он их и выпускал, – сказал Бреннон; склянки за дверцами угрожающе позвякивали в такт корабельной качке. – Как думаешь, Кусач, успеем протащить всех в Блэкуит? Двадцать два матроса и шестеро нас.
Пес покосился на иллюминатор. За ним сгустилась чернильная темнота, и корабль качало все сильнее.
- Здесь готово, – Лонгсдейл отпустил ладонь Энджела: шрамы выглядели жутко, зато на лицо наставника вернулись хоть и бледные, но живые краски, и дышал он гораздо ровнее.
Консультант протянул руку к ожогам и встретился с Энджелом взглядом. На миг Лонгсдейл замер; вдруг в его глазах загорелся огонек. Консультант поднялся, опираясь на колено, и угрожающе навис над Редферном. Рука Лонгсдейла сжалась в кулак, лицо потемнело от ярости. Энджел ударил первым – ребром ладони в горло, коленом в живот. Консультант увернулся, поймал его руку, выкрутил за спину и повалил Редферна ничком на кровать.
- Какого черта?! – рявкнул Бреннон.
- Эй! – закричала Маргарет и вцепилась в плечи и локоть Лонгсдейла. Его мыщцы были просто каменные, и девушка втиснулась между ним и Энджелом. – Прекратите! Что на вас нашло?!
Лонгсдейл перевел взгляд на нее – и смотрел неотрывно, словно боялся отвести глаза, с такой нежностью, что у Маргарет сердце сжалось. Выпустив Энджела, он обнял ее одной рукой, а другой притронулся к запекшейся ране на ее щеке. Он прошептал заклинание; по щеке протянуло приятным теплом, и боль исчезла. Маргарет притронулась к щеке и невольно коснулась его руки. Взгляд консультанта задрожал и стал рассредоточиваться.
 
- Нет, нет-нет! – вскрикнула девушка и вцепилась в Лонгсдейла. Опять! Как в прошлый раз! – Куда вы уходите?!
Внезапно Энджел вцепился в нее и зашипел:
- Оставьте его!
- Вы, трое! – заорал Бреннон; справа в корабль как будто ударил кулак, и судно резко накренилось на левый борт.
***
Пес метнулся в сторону, пропахал когтями тлеющие борозды в полу и вытянулся вдоль борта. Комиссара с такой силой впечатало в мягкий бок, что вышибло из груди весь воздух. Мимо него почти единым клубком прокатились Лонгсдейл, Маргарет и Редферн. Грохнул об стену графин, опрометчиво забытый кем-то на столике у кровати, следом посыпались подушки и постельное белье. Мимо Натана со свистом пронесся поднос с едой, оставляя за собой след из мазандранского острого рагу и пряных хлебцев, и украсил иллюминатор длинной трещиной.
- Комиссар! Сэр!
Бреннон кое-как приподнялся на локтях. В дверном проеме висела ведьма, обеими руками вцепившись в притолку и упираясь ногой в дверной косяк.
- Мы в порядке! Ты цела?!
- Да! Началось! Шторм!
- Где матросы?!
- На палубе! Сейчас спустятся!
- Тащи всех сюда!
Комиссар обернулся на зеркала. Они, слава Богу, были целы и работали: в них ничего не отражалось, кроме синего неба с россыпью звезд. Он заскреб руками по полу, пытаясь встать, и быстро признал бесполезность всех усилий. Корабль страшно скрежетал, кренясь на левый борт все круче.
- Скорей! Нога здесь, нога там! Лонгсдейл, вашу мать!
- Тут! – бодро, хоть и несколько сдавленно отозвался консультант из-под Пегги и пиромана.
- Займитесь этими чертовыми зеркалами! Пока они еще целы!
Консультант послушно отодвинул в сторону Редферна и Маргарет и перебрался к зеркалам. По счастью, все шкафы и полки были крепко прикручены к полу и стенам, а дверцы – заперты на ключ. Они с честью выдержали град книг и склянок, обрушившихся на них изнутри от резкого наклона судна. Правда, теперь в стеллажах что-то клубилось и булькало. Лонгсдейл забормотал заклинание над первым зеркалом, а Натан обернулся к племяннице:
- Пегги, ты в порядке?
- Относительно, – немного сипло ответила девушка. – А ты?
- Ничего. Редферн, вы можете помочь Лонгсдейлу?
- Нет, – раздраженно сказал пироман и поднял руку с браслетом. – Пока на нас эта дрянь – никакой магии.
- А если его распилить? Лонгсдейл как-то избавился от цепей с похожими рисунками.
- О, да чтоб вас! – рявкнул Энджел. – Похожие рисунки! Это ничерта не похожие рисунки! Дефо нанесла руны на первый попавшийся предмет, а это, – он потряс рукой, – специально изготовленная вещь, с интегрированными в ее состав менди, которые...
- Не орите, я уже понял, – оборвал его комиссар, подумав, что это весьма недурная штука. Поймал колдуна, надел – и вперед, в камеру, на допрос, в суд...
- Не надо рассуждать о том, в чем ни черта не понимаете, – пробурчал Редферн, но гораздо спокойнее. Может, дело было в Маргарет, которая нежно притулилась ему под бок. Энджел заботливо ощупал ее и зашептал что-то по-иларски. Корабль мотало, как пьяного, и Бреннон немного завистливо заметил, что пироман с редкой прозорливостью устроился в единственном углу, в котором меньше всего бултыхало. Даже пес цепко впивался когтями в пол, чтобы устоять на месте.
- Они настроены на театр, – сказал Лонгсдейл. По одному шкафу рядом с ним уже пошла трещина, из которой сочится дым.
- До сих пор?
- Да. Видимо, Рагнихотри не пользовался зеркалами с того дня.
 
- Ладно, не будем терять время. По сколько человек сможет пропустить каждое?
- Оптимально – по двое.
Комиссар поскреб бородку. В иллюминатор с силой хлестала вода, и трещина на нем быстро расширялась. Корабль выровнялся, но от каждого удара волн казалось, что он вот-вот расколется, как орех. Угрожающее шипение и бульканье в стеллажах тоже не радовали. Пес перебрался к ним и напряженно принюхался.