Тигры Редфернов (СИ)

- В Блэкуите объявилась свора бааван ши, – буркнул Бреннон. – Они следили за мной и напали в поезде, когда мы – я и Бройд – возвращались из Бресвейн, где должны были встретить делегацию наших коллег из Доргерна. Которая плыла вот на этом дырявом корыте.
Глаза пиромана изумленно расширились. Маргарет оторвалась от своего зеркала и воскликнула:
- Энджел, ведь тогда получается... – и бегло заговорила на иларском. Бреннону вдруг стало тяжело. Какой в этом, черт побери, смысл?! Девчонка четко и определенно дала понять, где теперь ее место и с кем она хочет быть рядом. Если уж ни мысли о семье, ни переживания насчет репутации ее не остановили...
Энджел коротко что-то ответил – за две недели в Иларе Натан выучил всего несколько фраз и понял только отдельные слова – и сказал уже на риадском:
- Некий тип, вероятно, из Доргерна, с некоторых пор проявляет к нам нездоровый интерес. Он управляет бааван ши, а пару дней назад его наемники пытались меня похитить.
Пес уставился на пиромана, а Лонгсдейл перестал тыкать кинжалом в кусок мачты.
- Вас? – удивленно переспросил Бреннон. – Но с какой стати… Так. Давайте разберемся по порядку. Начните с начала – когда вы впервые его заметили?
***
Комиссар поскреб бородку. После обмена ценными сведениями обе стороны выглядели озадаченными и неприятно удивленными.
«Если хозяин нежити взялся преследовать и пиромана (аж украсть пытался, как мазандранскую девственницу), и меня – то по какому, черт побери, принципу он нас объединил? – подумал Бреннон. – У нас же нет ничего общего… кроме знакомства с Лонгсдейлом. Но именно консультант проклятого гада вообще не интересует! Чего же этот тип добивается?» 
- Вампиры, – сказала Пегги. – Бааван ши в поезде вели себя почти так же, как те, что нашли на меня в библиотеке. Но что их хозяину от нас всех нужно?
- Меня больше волнует, как этот недоносок вообще узнал о нашем существовании, – буркнул Редферн. – Я не болтаю о своей работе на каждом чертовом углу. В отличие от некоторых консультантов.
Пес ткнул Бреннона лапой. Лонгсдейл кашлянул:
- Мне кажется, что этот человек – своего рода охотник. Может быть, он выслеживает все, что связано с магией, и события в Блэкуите вполне могли привлечь его внимание.
- Это нелогично, – возразил комиссар. – Что, во всем мире больше не происходит ничего потустороннего? Только в Блэкуите? Да прямо.
Кусач схватил его за брючину и несколько раз яростно дернул. Добившись от Натана внимания, пес сел перед Лонгсдейлом и обличительно указал на него лапой.
- По-моему, – с насмешкой заметил Редферн, – животное на что-то намекает.
Бреннон уставился на пса, перевел взгляд на Лонгсдейла, сложил два и два и отрывисто спросил:
- Сколько людей знают о существовании консультантов?
- А при чем здесь я? – с изумлением отозвался Лонгсдейл. – Он же не за мной охотится.
- Может, за вами охотится слишком страшно. Но вы – единственное, что связывает нас двоих, – Бреннон кивнул на пиромана. – Потому что я не знаю о магии ничего, и понятия не имею, чем мог заинтересовать этого заводчика нежити.
Консультант задумался.
- А вы? – комиссар повернулся к Редферну. – Вы могли проколоться с поставками каких-нибудь штук для охотников? Если хозяин вампирок узнал о том, что кто-то штампует амулеты на заводе – еще бы он не заинтересовался.
- Мог, – неохотно признал пироман. – Я рассылаю заказы по всему миру. Невозможно проследить за конфиденциальностью на всех этапах.
- А теперь представьте, как обрадуется такой тип, узнав о ваших возможностях. Наверняка спит и видит, как бы наладить фабричное производство всякой падали.
Судя по тому, какой кислой стала физиономия Редфера, эта идея его не обрадовала.
- Изучать корабль мы уже не будем? – недовольно спросила Маргарет. – Все это, в конце концов, можно обсудить потом.
- Кстати, он не ответил на ваш вопрос, – ядовито добавил Редферн. – Скольким людям он проболтался так же, как и вам?
Пес оскалился; Лонгсдейл с обидой взглянул на пиромана и довольно резко сказал:
 
- Я не разглашаю этого первому встречному. Но люди обращаются ко мне, когда потустороннее вмешательство становится очевидным. Разумеется, они рассказывают друзьям и знакомым...
Редферн фыркнул, придвинул к себе кусок якорной цепи, достал из сумки на столе лупу и склонился над разорванным звеном.
- Не оправдывайтесь, – тихо сказал Лонгсдейлу комиссар. – Я имел в виду, скольким людям вы рассказывали о себе. Ведь за шестьдесят лет таких могло набраться немало.
- Так много – никому, – ответил консультант, и Бреннон на миг почувствовал себя польщенным.
- Ее откусили, – сообщил пироман. – Якорная цепь перекушена. Маргарет, возьмите слепки зубов.
Девушка послушно зарылась в сумку, пока комиссар удивленно переваривал услышанное.
- Откусили? – повторил он. – Но зачем? Это же значит, что якорь был спущен, но для чего... Кусач, найди якорь, – пес исчез во тьме. – Зачем им спускать якорь где-нибудь в открытом море?
- Необязательно в море, – сказал Лонгсдейл. – На фрегат могли напасть во время стоянки в порту. Жаль, мы не знаем, где он останавливался по пути в Бресвейн. Все документы пропали в море.
- А кто мог откусить якорь? Бывает нежить такого размера?
- О Боже, – страдальчески сморщился Редферн. – Кроме нежити и нечисти существуют кракены, морские змеи, гарпии, горгоны, гидры, ледяные псы…
Бреннон содрогнулся и тут же спросил:
- Кого из этих тварей хозяин нежити мог растить в трюме "Кайзерштерн", подкармливая моряками и пассажирами?
- Они слишком велики для трюма, но могли следовать за фрегатом по воде, – ответил Лонгсдейл. – А пропажа людей наверняка обеспокоила бы капитана.
- Именно. Если из-за этого капитан решил обратиться за помощью к властям в каком-нибудь порту, то вот и причина для уничтожения корабля, – заключил Бреннон. – Но какого дьявола хозяин нежити вообще это затеял? Какой у него мотив?
- Да к черту мотив, – раздраженно сказал Редферн. – Мотивы у таких ублюдков всегда одинаковы. Меня больше занимает то, чем он на этом корабле занимался и с какой стати взялся преследовать меня... и вас. А не его, – пироман кивнул на консультанта.
- Я, честно говоря, вообще не понимаю, зачем он уничтожил корабль, – заметила Маргарет, снимая слепки зубов с цепи. – Вот он превратил половину моряков и пассажиров в нежить, а половину ей же и скормил. К чему крушить фрегат, который и так уже никуда не доплывет? И куда, простите, они все потом с этого фрегата делись?
- Ну, эта, как ее – телепортация... – пробормотал комиссар.
- Маргарита права, – ответил Редферн. – Для портала нужна подготовка, при чем весьма серьезная. Нельзя перенестись в пространстве, просто щелкнув пальцами. Для места назначения необходимы строго определенные точки выхода и входа, при чем неподвижные, то есть на плывущем корабле это заклятие не сработает. Зеркальной тропой толпу нежити не провести – чем больше тел, тем выше расход энергии на переход. У человека просто не хватит на это сил.
Бреннон потер бородку. Ему не хотелось плодить воображаемые сущности, но...
- Другой корабль. Самое простое. У хозяина нежити был другой корабль, на который он и перевел свое стадо. Он превратил людей в нежить, перешел с ней на другую лоханку, а фрегат... – тут мысль Натана останавливалась. – Но ведь он же мог его попросту сжечь!
- Не мог, если дело происходило в порту, – возразил Лонгсдейл. – Пожар привлечет слишком много внимания.
- Да без разницы! Вывел бы посудину в открытое море и спалил бы там. Что ему могло помешать, черт возьми? Но нет же, отправил фрегат по месту доставки, как посылку, словно... хотел привлечь внимание, – Бреннон смолк: это предположение уже не казалось ему таким диким. Редферн пристально посмотрел на него, и комиссар с досадой подумал, что, похоже, их размышления в чем-то совпадают.
 
- Чье внимание, Натан? – спросил пироман. – Мое или ваше?