Развод. Ты пожалеешь, что потерял меня (СИ)

Она печально посмотрела на меня и глубоко вздохнула:
— Я не знаю. Мама ушла от него, и нам ничего не сказали. И папа всю жизнь мне твердил, что любящие сердца заключают брак навсегда и разбивать такую любовь нельзя.
Ладно, я понимал, что у Василия Ивановича свои предрассудки. Раз Яра просит, сделаю, как ей надо. Я всё равно в процессе развода, и кольцо давно не ношу. Тесть никогда не узнает о нашей маленькой лжи. А ей волноваться нельзя.
Через два дня я уже встречал Василия Ивановича на нашей новой кухне. Крепкое дружелюбное рукопожатие и добрый взгляд. Тесть явно был меня рад видеть. Он расположился на стуле и, отпивая кофе, добродушно произнёс:
— Я говорил Ярочке, что скрывать от тебя рождение Васи неправильно. Но дочка была упряма и горда. И всё равно случай вас свёл. Я рад, Роман, что вы вместе. Вижу, раз ты купил квартиру, у тебя серьёзные намерения к дочери?
— Да, мы собираемся скоро пожениться. Но торжество устраивать не будем. Просто пойдём и распишемся. Мы во второй раз нашли любовь, и пышная свадьба нам не нужна.
Василий Иванович кивнул, и его внимательный взгляд задержался на моём лице:
— Роман, три года прошло. Неужели успешный и богатый мужчина, как ты, не был женат? Я знаю, что твои пекарни по всему городу. Знаешь, у меня есть пункт по этому поводу. Никогда и ни с кем не делился, кроме Томы, сам переживал мою боль, но может быть придёт время, и я тебе расскажу, почему мать Ярочки меня бросила.
Яра предвидела этот вопрос, и вот он прозвучал. Ладони моментально вспотели, а сердце бешено заколотилось. Вмиг подумалось, что Василий Иванович обо всём догадается. Даже не думал, что соврать будет так тяжело. Последний раз сделал это в десять лет. Случайно разбил мамину любимую вазу, но боялся в этом признаться и свалил вину на кошку Мурку. Знал, что мама её не обидит, но и я не буду виноват.
— Яру не мог забыть, и тяжело переживал наш развод. Пекарни надо было развивать, не до отношений было. А потом узнал, что у меня есть Василия. Стали с Ярой проводить вместе время, и я понял, что она моя судьба.
Даже почти не солгал. Ведь действительно тогда тяжело переживал развод и развивал пекарню, но просто я думал, что Снежа моя судьба, но ошибся.
Глаза бывшего тестя заблестели от удовольствия, и он пожал мне руку. Я перевёл дух. Кажется, мой ответ его устроил.
— Ты трудяга, Роман, и я спокоен за Ярочку. Она за тобой, как за каменной стеной. Береги дочку. Рожайте нам внуков, а мы с Томочкой будем помогать. Скоро уже и на пенсию выйдем. Я, когда узнал эту новость, сразу захотел узнать твои намерения. Теперь уверен, что всё в порядке. Пойду к дочке и внучке.
— Я тоже был рад вас видеть.
Когда Василий Иванович ушёл, мне показалось, что я в сауне, и весь мокрый от липкого пота. Значит, она и о беременности не сказала. Но в этом вопросе я доверял Яре. Пусть сама скажет, когда ей удобнее будет.
Когда тесть уехал, Яра подошла ко мне, и я услышал её облегчённый вздох.
— Спасибо, Ромка. Папа уехал довольный, а это главное.
Целый месяц мы жили, как обычно. Однажды мы гуляли втроём. Я обнял Яру, жадно и требовательно поцеловал. Она тяжело дышала после поцелуя, а потом её глаза расширились, и она прошептала:
— Мама?
Я заметил пожилую женщину, которая смотрела на нас. Она не пыталась приблизиться, но её взгляд прожёг меня неприязнью и ледяной стужей. Женщина что-то пробормотала и ушла. И я вспомнил, что редко, но замечал её на площадке, когда гулял с Василией. Яра тогда ещё жила по старому адресу съёмной квартиры. Но у неё не было таких неприятных взглядов. Она просто сидела в сквере и читала книгу.
— Яра, кто это был?
— Ромка, это точно мама. Я её не видела девять лет, но не узнать её невозможно. Непонятно, почему она не подошла к нам.
— Давай в следующий раз сами подойдём и спросим. Я не хочу, чтобы ты тревожилась. Думай о нашем ребёнке.
Она взяла меня за руку и крепко сжала. Но женщина больше не появилась, и Яра успокоилась.
Через неделю, когда судья передал конверт с результатами ДНК-теста, я чувствовал себя идиотом, который поверил словам бывшего мужа Снежи. Он специально так делал и говорил, чтобы рассорить нас. И у него это получилось.
 
Снежа не обманывала меня. Это был мой ребёнок. Но сейчас я даже не понимал, радоваться ли мне в текущих обстоятельствах? Как теперь скрывать этот факт от тестя? Про алименты он не узнает, но визиты к ребёнку придётся постоянно прикрывать и можно попасться. От этого голова шла кругом, и я только надеялся, что Василий Иванович будет редко интересоваться нашей жизнью.
После суда в глазах Снежи плескалась ненависть, и бывшая жена была похожа на айсберг. Я попросил прощения, но потом понял, что оно мне не нужно, и решение принято. Три месяца назад я оказался на развилке судьбы и сделал свой выбор. Яра беременна, и у нас есть дочь. Можно уже подавать заявление на регистрацию брака.
Пусть Снежа сейчас меня не хочет видеть. Это справедливо, и я не буду обивать порог её квартиры. Через шесть месяцев я приеду к ней и договорюсь о посещении ребёнка и алиментах, возможной помощи, если она будет просить. И тогда я просто ушёл.
Я приехал домой и показал штамп о разводе. Яра обняла меня и счастливо улыбнулась. Я понимал её радость. Теперь надо было сообщить неприятную для неё новость.
— Яра, результат ДНК-теста показал, что ребёнок у Снежи от меня.
Она отстранилась, и на её лице отразилось недовольство.
— Ромка, хорошо, пусть будет так. Хотя это и неприятно. Что это будет означать для нас?
Я тоже об этом думал. Ничего особенного. У меня просто есть ещё один ребёнок.
— Мы поженимся, как и хотели. Я буду выплачивать Снежане алименты, а насчёт посещений я ещё не знаю. Она не идёт на контакт.
В глазах Яры начали наливаться слёзы:
— Ты будешь ребёнка каждый день навещать, как Васю?
Она истинная мать, и ей главное, чтобы дочку не обидели. То, что я буду видеться с бывшей женой, её почему-то не волнует.
— Яра, буду навещать, но нечасто. В моей жизни сейчас ты, наша дочка и будущий малыш.
Она подошла ко мне ближе и положила руку на свой живот. В её глазах затаился страх, и она прошептала дрожащими губами:
— Мы правда тебе нужны, Ромка?
Капризы и страхи беременных женщин мне были незнакомы, но слышал о них от Вовки, который ради жены и её прихотей бегал по всему городу, чтобы угодить.
Я обнял её и зарылся носом в волосы, ласково прошептав:
— Очень. Только рядом с тобой и дочкой я счастлив.
На мою рубашку потекли неудержимые потоки слёз. Я даже растерялся и не знал, что делать. Но вот Яра отстранилась и легко улыбнулась.
— Ромка, я так счастлива. Прости, меня раздирает на части от твоих слов, я и плачу, и смеюсь одновременно.
Омут воспоминаний медленно отпускал, и я открыл глаза, понимая, что ещё в офисе. Встал, чтобы ехать домой. Меня ждёт Василия и жена. Я кинул в последний раз взгляд на отчёт аналитика. Не покидало ощущение, что я где-то ошибся, но не понимал где.
  
Глава 11
 
Ярослава
Прошла неделя после разговора с папой, и наша жизнь с Ромой потекла своим чередом. Сегодня у меня выходной день, и я радовалась, что можно никуда не спешить и посвятить время себе. Зинаида Аркадьевна увела Васю на прогулку. Она уже знала о моей беременности и очень обрадовалась этой новости. Мы оказались с Ромкой в её объятиях, и свекровь заверила, что будет помогать, и она самая счастливая на свете.
Теперь можно пойти на кухню и выпить холодного яблочного сока. С детства его любила. Ромка уже давно уехал в офис. У него снова проблемы в бизнесе, но я его поддерживаю и всегда говорю, что он найдёт решение. И вижу, как ему это помогает. Он гордо приосанивается и начинает верить в себя, а я верю в него.
Я почувствовала, как любовь разливается в сердце, и становится хорошо на душе, словно меня ласкает вода тёплого моря. Так было всегда, когда я думала о моём любимом муже.