Код красный (СИ)

Точно, мягкая имбирная печенька.
Люк тяжело сглотнул и моргнул, сбрасывая оцепенение. Бесшумно шагнул за дверь, прикрыл её за собой и сильно сжал кулаки. Как там? «Если болит голова, ударь по пальцу и будет болеть палец». На руках выступили вены. Порез заныл, отрезвляя голову.
Вот так. Пусть лучше болит рука. Это безопаснее.
  
Глава 23
 
Как и ожидалось, у всех нашлись свои дела. Никто не захотел задерживаться в подвале, чтобы поиграть для Айды. В другое время их можно было бы осудить, но в этот раз она сама виновата.
— У мамы день рождения, я не останусь, — спокойно и чётко припечатал Эд, пакуя тарелки.
— А у меня подработка, — бросил Илай, поправляя воротник бомбера.
— Я еду смотреть квартиру, — Артур развёл руками и забрал с дивана кофры.
Ну конечно. Ничего нового. Люк прищурился и скрестил руки на груди.
— Удобная отмаза, да?
— Не веришь? — выгнул брови Арт. — Показать переписку?
На этом спор и закончился. Шарить в его мобильнике не нашлось желания, так что все они свалили минут пять назад, и Люк остался в подвале один. Ну и чёрт с ними. Пусть катятся. Он на них почти и не рассчитывал. Кое-какие мысли, конечно, мелькали, но все они быстро развеялись, стоило увидеть перекошенные морды, когда он заговорил об Айде.
Люк вышел из маленького, тёмного помещения, закрыл железную дверь на ключ и пробежал за угол, к мини-кофейне. Кофе там дерьмовый, но другого поблизости не найти, так что приходится перебиваться тем, что есть. Бежать дальше по улице времени нет: Айда уже должна быть где-то рядом. Они договорились на три… сразу после того, как Люк принял утром холодный душ и смог соображать настолько, чтобы написать пару связных сообщений.
На самом деле Айда, оказывает ему услугу. Находиться рядом с Печенькой становится сложно: мозг превращается в желе, и это отвратительное состояние. Она стала слишком красивой. Умной и смешной была всегда, но сейчас к этому прибавился третий зфактор, и он не перестаёт сносить башню. Так что в подвале, с мерзким кофе, может быть даже неплохо. По крайней мере нужно себе это внушать.
Люк быстро расплатился, забрал стаканчик с прилавка и широким шагом двинулся в обратную сторону. За это время никаких короткостриженых брюнеток возле спуска в подвал не появилось. Хотя, если бы Айда явилась и никого не обнаружила, от её звонков уже раскалился бы мобильник.
Он добрел до ступенек, спустился на две вниз и уселся на верхнюю. Сделал глоток горькой дряни и поморщился. И тут за спиной по пустым задворкам разнесся стук каблуков. Вот теперь точно явилась. Люк отставил стаканчик на ступеньку и обернулся через плечо.
К нему приближалась миниатюрная брюнетка, похожая на мультяшную Белоснежку. Ярко-желтое, свободное платье, развевающееся на ветру, красные туфли, такие же красные губы и огромные солнцезащитные очки на пол-лица. Типичная Айда. Американка, которая приехала сюда учиться, осталась жить, но так и не научилась одеваться в серость и посредственность.
Люк поправил на голове капюшон, снова подобрал стаканчик, сел вполоборота и привалился спиной к стене дома. Хоть за очками и не видно глаз, но Айда точно нашла его взглядом. Её походка стала чётче и увереннее, траектория скорректировалась, став траекторией пикирующего ястреба.
Красивая Айда. Уверенная в себе. И такая же недоступная.
Он сделал ещё глоток кофе и поморщился. Был ли у него, двадцатиоднолетнего прыща, шанс не поплыть от этой яркой, неординарной личности, когда он только пришел к ней работать? Никакого. Понимал ли он, что это бесперспективно? Не очень. А она понимала и не дала отношениям испортиться. Плюсик ей в карму.
Только вот среди окружающих девушек-ровесниц Люк так и не встретил такую же яркую, неординарную личность. То есть… Чёрт, ладно, одна есть. Но она почти как сестра, так что не считается. Правда, сёстрам обычно не суют язык в рот, и это усложняет дело.
Он хмуро уставился в стаканчик на чёрную, остывающую нефть. Воспоминание о рассыпавшихся по подушке медных волосах некстати пронеслось в мозгу, и по позвоночнику прошла мелкая дрожь. Но вот каблуки достучали до ступенек, и фигура в жёлтом платье перекрыла солнце. Хватит рефлексировать.
 
— Я уже думала, что заблудилась, — раздался сверху голос с ярким американским акцентом.
Люк пригубил кофе и задрал голову. Айда успела поднять очки на лоб, и теперь смотрел на него сверху вниз, уперев один кулак в бедро. Явление рабовладелицы.
— Позвонила бы, — он прищурился от светящегося солнечного ореола вокруг платья и приставил ладонь козырьком ко лбу.
Айда резко отмахнулась, очки снова упали на нос.
— Меня вёл навигатор, я в него верила, — она сделала пару шагов вниз по ступенькам и с любопытством посмотрела на железную дверь. — Так здесь и есть ваша репбаза?
— Ага, — Люк отхлебнул кофе.
— Я войду?
Ну нет. Она не заставит его вернуться в холодный подвал раньше, чем закончится перерыв на нефтенапиток.
— Там заперто. Парни ушли, у всех были свои планы.
— Но ты-то здесь, — Айда оберуналась.
— Но выступать я буду не один, — Люк отставил стаканчик, сорвал с головы капюшон и прочесал волосы пальцами.
Сорвал с запястья красную резинку, которая уже прочно поселилась на руке, и связал чёлку в хвост на макушке. Айда тем временем фыркнула.
— Не прибедняйся. Ты поёшь, играешь на гитаре и пианино. Чем не человек-оркестр? Сегодня мне хватит тебя одного, — она скрестила руки на груди и продолжила спускаться к подвалу. — Просто быстро прогонишь программу и всё. Что-то частично, что-то я хочу услышать целиком, чтобы понять, впишется оно в мою свадьбу или нет...
Тиран. Женщина-каток. Еще одна в его жизни.
— Ты невыносима, — Люк снова натянул капюшон, подхватил стаканчик и всё-таки поднялся на ноги.
Не заставлять же ее топтаться у двери.
— Я плачу тебе деньги, — она снова обернулась.
— Которых хватает только на…
Он не закончил.
— …конфетки и презервативы, я помню, — Айда ухмыльнулась и остановилась в самом низу.
Точно, помнит. Слово в слово. Люк хмыкнул, нашарил в кармане джинсов ключ и быстро сбежал вниз по лестнице.
— Ладно, на зарплату у тебя я покупаю еще сиги и жвачки. Считай, что ты обеспечиваешь меня всеми мирскими грехами, — он оттеснил фигуру в жёлтом к стене, вставил ключ в замок и провернул. По подвальной нише разнеслось эхо. — Пойдём. — Люк рванул на себя дверь, мотнул головой и первым вошёл внутрь.
Хорошо бы здесь проветрить и впустить немного солнечного тепла… Но тогда музыка будет слышна далеко по улице. Люк включил свет и хлопнул по кнопке радиатора. Придётся обойтись без солнца. За спиной снова застучали каблуки, дверь закрылась и раздался оценивающий свист.
— Боже, что за преисподняя, — Айда медленно прошла по мрачному помещению. — Не зря Эрик не хотел меня отпускать...
— Не хотел? — Люк бросил на неё удивлённый взгляд.
— Неа, — она плюхнулась на диван и забросила ногу на ногу. — Приказал положить в сумку перцовый баллончик.
— Серьёзно?
Айда развела руками.
— У меня была такая же реакция.
Хорошее же мнение у ее будущего мужа относительно их группы.
— Он ненормальный? — Люк протащился к стулу возле электронного пианино и оседлал его.
Остаток кофе в стаканчике поднялся волной.
— Ну вы же рокеры… — Айда пожала плечами.
Классный аргумент.
— Это значит, мы психи? — Люк выгнул брови. — А если бы играли блюз, носили котелки, но при этом так же трахали баб в туалетах, его бы устроило?
Кажется, её это встряхнуло. Выражение лица сделалось виноватым… насколько у Айды оно вообще может таким быть.
— Не обижайся, милый, — она сложила руки на коленях. — Я сказала, что мой Люси не даст меня в обиду.
— Но баллончик всё-таки взяла, — он прищурился.
— Мне пришлось! Я не могла отказать огромному, заросшему баскетболисту! Он вообще хотел меня сопровождать, но я его чудом отговорила!