Солнечный луч. По ту сторону мечты
Наконец Ашит остановилась. Перестав озираться по сторонам, я посмотрела вперед и охнула, потому что вдруг увидела самого прекрасного во всем свете мужчину, сидевшего на ледяном троне. Я ясно увидела его пронзительные глаза, показавшиеся мне в первое мгновение серыми. Однако спустя миг мне подумалось, что они все-таки голубые, а еще спустя один удар сердца налились насыщенной синевой. У мужчины были длинные белоснежные волосы, а еще высокая корона на чистом челе. Задержав дыхание в немом восхищении, я сделала к нему шаг и… растеряно моргнула. Передо мной не было человека. Была наледь, спускавшаяся по камням, словно застывший в одно мгновение водопад. И сколько бы я снова ни моргала, мое видение так больше и не появилось.
– А где же он, где?! – воскликнула я, и эхо прокатилось под сводами, зазвенев множеством льдинок. Их чистый перезвон на мгновение заполнил пещеру, а затем всё стихло.
– Что ты видишь? – спросила меня Ашит.
– Здесь был мужчина, – уже тише произнесла я, слабо отдавая себе отчет, что вновь перешла на родной язык. Слишком сильны были эмоции, чтобы следить за тем, что и как я делаю. – Он был невероятно прекрасен! Я так хорошо рассмотрела его! Но потом он исчез. И теперь я вижу застывшую воду. Ах, как бы мне хотелось говорить на твоем языке, Ашит! Ты ведь ни слова не понимаешь, а я так хочу услышать ответы на свои вопросы. Ашит, что же это такое? Куда делся мужчина в короне? Я же видела его, видела!
И вновь хрустальный перезвон наполнил пещеру, почти заглушив мои последние слова. А когда воцарилась тишина, шаманка улыбнулась:
– Белый Дух услышал твое желание. Я понимаю тебя.
– Но куда он делся? Я же видела… Желание? – осеклась я. – То есть я могла попросить, о чем угодно?
– У молитв и просьб нет границ. Лишь Отец решает, какие из них исполнить, – ответила Ашит.
– И я могу еще попросить? – насторожилась я.
– Можешь. У людей всегда есть много просьб, но Белый Дух слушает лишь те, которые идут от сердца. Твое желание было именно таким, и Создатель его исполнил. Попробуй попросить еще раз, но не обижайся, если Он тебя не услышит.
Итак, что я заполучила? Знание языка. Неплохо, но не то, чего бы мне хотелось на самом деле. Не совсем то. Больше всего, мне хочется понять, что со мной произошло, и как я тут очутилась. А лучше всего – вернуться домой. Да, это было бы просто замечательно. И я, поклонившись, заговорила:
– О, Повелитель снегов и льдов, молю тебя исполнить мою просьбу. Верни меня туда, откуда я пришла.
И замерла, ожидая чуда. Его не случилось. Я осталась стоять там, где стояла. Ашит развела руками, показав, что ничего не вышло, но это я поняла и без нее.
– Я говорила, – улыбнулась шаманка.
Раздосадованная неудачей, я едва не плакала. Мне ведь и вправду хотелось бы вернуться домой. Поджав губы, я некоторое время пыталась справиться с раздражением, а потом воскликнула:
– Я прошу тебя! Верни мне память! – ничего не изменилось. – Верни! – закричала я, едва не плача, и несколько сосулек, упав на пол пещеры, разлетелись с противным дребезжанием, ничем не напомнив тот мелодичный перезвон, который я слышала раньше.
– Не гневи Его! – Ашит схватила меня за руку. – Нельзя приказывать Отцу всего сущего. Можно просить, можно молить, можно надеяться, но нельзя приказывать. Он – весь мир, ты – снежная пыль под его стопами. Проси прощения, проси!
– Не буду, – буркнула я, но это было больше обидой, почти детской, чем упрямством.
Я и вправду захлюпала носом. Затем стерла со щеки слезу, скользнувшую из-под ресниц, и прошептала:
– Прошу, верни мне воспоминания. Помоги понять, кто я, откуда, и почему оказалась здесь. Мне это нужно.
Иней, до того лежавший на стенах, вспорхнул, закружился в воздухе и осел на моих волосах. Я продрогла в один момент, и также быстро согрелась. Что бы это ни было, память не вернулась. И, разочарованно вздохнув, я склонила голову:
– И на том спасибо. Хотя бы могу теперь разговаривать.
– Идем, – шаманка взяла меня за руку. – Повелитель дал тебе всё, что посчитал нужным. И если мы чего-то не поняли, однажды Его ответ станет ясен. Идем.
Не возражая, я бросила взгляд на застывший водопад, но мужчина так больше и не появился. Да и был ли он вообще? Или это мираж, которое соткало мое воображение? Оставалось только гадать… или дождаться, когда Ашит решит объяснить мне произошедшее. И из пещеры я выходила, больше не любуясь на ее красоты. Хотелось вернуться в уютный дом шаманки, сесть у очага, обнять Уруша и немного пожалеть себя. Так что дело я себе нашла на ближайшее будущее. А как жить в этом белом мире, я подумаю, когда буду готова двигаться дальше. А пока мне было горько, обидно и стыдно за свою вспышку.
Шаманка не укоряла меня, даже не покачала головой. Та ее небольшая речь о величии Белого Духа так и осталась единственной. Она вообще не спешила заговорить, лишь пару раз обернулась, скользнула взглядом по мне и чему-то довольно улыбнулась. Я заметила это, но пока спрашивать не стала – было не до этого. Однако стоило нам покинуть сверкавшую пещеру, как я вспомнила о стае неизвестных мне тварей, ждавших у границы запретных земель… или священных, раз тут находилась обитель хозяина снежного края.
Ощутив прилив беспокойства, я всмотрелась вдаль, звери никуда не делись. Мне даже показалось, что их стало больше.
– Наша зима сурова, – вдруг произнесла Ашит, словно подслушав мои мысли. – Зверью приходится нелегко. Они рады даже грызунам, а уж человек – настоящее пиршество. Нас двое.
– А-а… – протянула я и закрыла рот, не зная, как реагировать на слова шаманки.
Она полуобернулась, хмыкнула и сказала:
– Не бойся. Мы им не по зубам.
Мне оставалось лишь довериться. Только это и оставалось. Не бояться не могла, звери были большими, голодными, а значит, злыми. И их было много, слишком много на двух женщин, одна из которых была стара, а вторая не в своем уме и совсем не жаждала умирать. В эту минуту я отчаянно жалела, что не прихватила с собой даже ножа. Отдавать свою жизнь просто так было еще обидней, чем неисполненное желание.
Я сверлила взглядом спину Ашит, потом переводила его на зверье, и мое сердце трепетало. Чем ближе мы подходили, тем отчетливей я видела их рост – в холке каждый из них достигал моей талии, а я была, хоть и невысокой, но и миниатюрной меня вряд ли можно было назвать. У этих хищников были мощные лапы, и силы им было не занимать. Наверняка и когти тоже были большими и крепкими. Я видела их лобастые головы и оскаленные морды. Могу признаться честно, при виде клыков я испытала уже не трепет – это был настоящий страх.
– Иди за мной, Ашити, – не обернувшись, велела шаманка. – Не вздумай закричать или сбежать от них. Только за мной. Ты поняла, Ашити?
– Кто? – переспросила я, почти прослушав, что она сказала.
– Дочь Ашит – Ашити, – ответила женщина. – Теперь это станет твоим именем. Белый Дух позволил тебе войти в Его мир и начать жить среди других детей. Велика милость Белого Духа.
Ну, вот я и обзавелась матерью и именем, а еще благословением местного божества. Можно, наверное, сказать, что сегодня я родилась во второй раз. И какой бы ни была там, здесь мне предстоит начать свой путь заново.
– Ашити.
Я вскинула голову и едва не вскрикнула, потому что стояла одна в окружении диких тварей. Они принюхивались, скалились, порыкивали, но не трогали. Задумавшись, я не заметила, как мы пересекли границу, за которой заканчивалась запретная для зверья территория.
– Ашит, – позвала я дрогнувшим голосом. – Ашит, что мне делать?
– Иди, – ответила она. – Просто иди и всё. Они тебя не тронут. Только не беги, помнишь?
Я гулко сглотнула, и один зверь придвинулся ближе. Я опустила взгляд на его лапу и уверилась в своей догадке – она была мощной, когти тоже. Если он хоть разок ударит меня, то снимет мясо с костей. Зверь оскалился и зарычал громче. Медленно выдохнув, я подняла голову и встретилась взглядом со светло-голубыми, почти прозрачными глазами.