Угроза мирового масштаб 4 (СИ)

Оказалось, что на город уже опустились сумерки, и над дорогой загорелись уличные фонари. Они мелькали над головой, и это постоянное мельтешение отблесков по визору слегка отвлекало от вождения, поэтому я максимально сосредоточился на дорожной обстановке, чтобы не пропустить ничего опасного.
Вот и четыре пары фар, висевших у меня на хвосте уже половину пути, тоже не укрылись от моего взгляда.
И ведь они не отстали даже после того, как я намеренно четыре раза повернул направо, вернувшись на первоначальный маршрут…
  
Глава 2
 
Я заложил еще несколько поворотов, следя за фарами в зеркалах, и убедился, что они никуда не пропали.
Фары продолжали преследовать меня, держа дистанцию в десяток метров. Сомнений не оставалось — меня пасут. Причём преследуют недавно, буквально две-три минуты, но явно намерены довести это дело до конца.
До какого именно — вопрос.
Или хотят убить меня, или ждут, чтобы я довел их до особняка Тюудор. Оба варианта неприятные. Оба варианта мне не подходят.
Поэтому я резко сменил маршрут, направившись в пустые промышленные районы вместо того, чтобы ехать туда, куда ехал. На то было сразу две причины.
Первая — там более свободные дороги, и я смогу дать мотору полную свободу, и, возможно, получится оторваться от преследователей.
Вторая — если же мне это не удастся, а мне скорее всего не удастся, намного сподручнее будет дать бой в пустой промышленной зоне, где людей намного меньше, чем в центре города.
Впрочем, был еще и третий вариант — что преследователи, поняв, что я их раскусил, поняв, что я веду их совсем не туда, куда должен был, благоразумно отвалят и предпримут новую попытку как-нибудь в другой раз… Но вероятность этого стремилась к нулю.
Поэтому я даже не удивился, когда увидел, что фары свернули за мной на объездную и разделились. Кто-то уехал налево, по эстакаде, кто-то направо — по кольцу. Дальше все три дороги должны были соединиться вместе, а, значит, они собираются взять меня с трех сторон. Возможно даже перекрыть мне дорогу, чтобы некуда было деться, и атаковать, когда я вынужден буду остановиться.
Я до отказа открутил газ, заставляя мотоцикл приподняться на заднем колесе, низко пригнулся к баку, удерживая его от переворота, и понесся вперед по дороге. За спиной резко взревел мощный многолитровый двигатель, и улетевшие было куда-то назад фары резко начали приближаться…
Проклятье, что там у меня на хвосте — реактивный самолет, что ли⁈
Дорога пошла на изгиб, я еще ниже пригнулся к баку, оттянув задницу назад, чуть поджал задний тормоз, и наполовину свесился с мотоцикла, заваливая его в сторону изгиба.
Асфальт чиркнул по складке штанов, в свете головной оптики в дециметре от переднего колеса несся обрез асфальта, за которым тянулась земляная обочина. Чуть перекручу руль, чуть колесо попадет на нее — падение обеспечено. Но я все равно держал ручку акселератора все в том же положении, помня, что практически любая манипуляция с газом в повороте — это почти гарантированное падение.
Наконец изгиб закончился, я сместил вес тела обратно в седло и плавно подкрутил газ, заставляя мотоцикл выпрямиться.
За спиной раздался яростный свист шин, и по зеркалам снова ударили лучи света фар.
Значит, меня преследует машина. Из мотоцикла вытащить такой звук почти невозможно, поскольку довольно проблематично его пустить в дрифт, а так надолго — невозможно вовсе.
А если это машина, то судя по реву ее мотора — машина мощная. Мощнее моего мотоцикла, как минимум больше по объему двигателя. Я быстрее разгоняюсь, но на длинной дистанции он меня нагонит как нечего делать.
Да к тому же впереди, в свете фонарей, было видно, как на ближайший перекресток сворачивают четыре мотоциклиста — по два с каждой перпендикулярной дороги. Они перегородили путь, так, что ни объехать, ни проскочить не было никакой возможности, и слезли со своих коней, явно ожидая, как же я себя поведу.
А я резко дал по тормозам.
Мотоцикл даже потянуло встать на переднее колесо, но я почти мгновенно замедлился. Машина, преследующая меня, судя по звуку, тоже дала по тормозам, водитель еще и руль дернул, судя по тому, что фары исчезли из зеркала.
 
Я выжал сцепление, раскрутил двигатель, опустил ногу на асфальт, наклонил мотоцикл и бросил сцепление. Наклоненный байк шлифанул задним колесом, стремясь вырваться из-под меня, но я тут же отпустил газ и провернулся следом за ним на опорной ноге, разворачиваясь спиной к перегороженной дороге и лицом к преследующей машине.
Машина остановилась тоже.
Судя по следам на асфальте, этот желтый угловатый автомобиль, чем-то напоминающий катафалк, из-за слишком резкого торможения несколько раз развернуло на дороге, но водитель все же справился с управлением, и теперь машина стояла мордой ко мне.
Можно было с уверенностью сказать — ничего хорошего все эти господа для меня не несли. Они даже не были безвредными промоутерами, распространителями, агитаторами какими-нибудь. Они здесь однозначно для того, чтобы сделать мне плохо. С другими целями подобные схемы охоты, будто на волка или медведя, не организуют.
Фары машины несколько раз насмешливо моргнули, будто водитель приглашал меня попытаться проскочить мимо него…
А я не будь дурак и соглашусь.
Я тоже поморгал ему дальним, переключился на первую передачу и начал неспешный разгон в сторону машины. Она тоже дрогнула и покатилась мне навстречу, а за спиной мотоциклисты, поняв, что что-то пошло не плану, снова расселись на своих коней, и один даже успел тронуться, выворачивая мне вслед.
Вот и отлично. Наконец-то все грибы собраны в одну корзину.
До машины оставалось метров пятьдесят, как вдруг что-то изменилось. Я прищурился, добавляя увеличение к зрению, и разглядел, как смутный силуэт водителя высовывает через окно левую руку, в которой что-то сжимает… Что-то ужасно похожее на оружие!
А вот это уже серьезная заявка.
Конечно же, водитель авто не собирался сталкиваться со мной — двести килограмм на такой скорости, влетевшие в капот, с гарантией убьют и меня и его, а он на это вряд ли рассчитывал.
Он просто хотел заставить меня ехать по прямой, чтобы как следует прицелиться в трясущейся машине! И если до этого момента я еще допускал возможность того, чтобы пощадить этих недорослей, то теперь…
Я резко дал по газам, заставляя мотоцикл приподняться на заднее колесо, и машина тоже ускорилась — ее передние колеса отчетливо приподнялись, демонстрируя реально впечатляющую мощь под капотом!
Мотоциклист в зеркале тоже поддал газу, но благоразумно держался не в моей колее, а чуть сбоку, чтобы продолжить преследование, если вдруг водитель автомобиля умудрится меня пропустить.
Но я не собирался позволять ему пропустить меня.
Мотор на предпоследней передаче медленно набирал обороты, стрелка спидометра уже подползала к ста двадцати, машина противника летела навстречу, как пущенный из пращи камень!..
И в последнюю секунду я слегка повернул руль, перестраиваясь точно перед преследующим меня мотоциклистом, а потом кинул перед собой нож, вспарывая пространство точно так же, как делал это в гонке с Винсентом Анкилом!
Резко дав по тормозам и практически уложив мотоцикл набок, с жутким шлифом заднего колеса по асфальту, я едва-едва разминулся с передним бампером застывшего в Изнанке автомобиля, и практически остановился — двигатель чуть не заглох.
Еле разогнув сведенные судорогой руки на рычагах, я полностью остановился возле водительский двери автомобиля и, пока разминал пальцы, заглянул внутрь через боковое стекло.
За рулем был человек.
Больше ничего сказать про него нельзя было — его лицо, как и когда-то лицо Вермилиона, скрывала маска, только на этот раз — носорога. Но самое неприятное было даже не это, а то, что он держал в левой руке, выставленной через окно.
Это был маномат.
Точно такой же, как у меня, по крайней мере, по виду.