Темные числа
– Я на прошлой неделе отнес макет в мастерскую, но поставка медной проволоки… – Ногов взмахом руки отправил его обратно в темноту.
– Наша новая цель намного превосходит возможности любой вычислительной машины. Говоря кратко, мы создадим экспериментальный лагерь, положив в основу главную идею вашего макета. Это будет лагерь, который легко приспособить к любым формам работы и размещения. С помощью него – своего рода экспериментального города – мы сможем с научной точностью определить, какое пространственное расположение позволяет оптимально достичь желаемых результатов. Только в повседневной практике раскрывается потенциал управления социальным пространством. Таким образом, наши заключенные на пути к исправлению будут способствовать оптимизации управления общественными процессами.
– Но ведь городское планирование должно соответствовать положениям…
– Прямо лучший ученик Паукера [4], а, Кедрин?
– И правда, Константин Иванович, иногда я удивляюсь, как вообще возможен прогресс.
Ногов пропустил и это дерзкое высказывание мимо ушей, зажег трубку и выпустил несколько колец. Сквозь дым он посмотрел прямо в глаза Дмитрию:
– Вопрос, на который необходимо ответить здесь и сейчас: когда вы сможете закончить разработку планов строительства? Над всем остальным будут ломать голову люди поумнее.
•Бетпак-Дала, 1957 год
На вопрос, вызвало ли бурю почти одновременное снятие тысяч сталинских портретов, уже можно было ответить отрицательно. Вместе с тем удаление отдельных экземпляров, высота которых превышала человеческий рост, в отдельных советских учреждениях привело к несчастным случаям на производстве; к прочим побочным эффектам можно было отнести скоропостижную кончину заместителя председателя Совета министров, безрезультатные народные восстания и бесчисленные мелкие сокращения и казусы, не вошедшие в учебники истории.
– Это отбросит нас назад на несколько десятилетий, – констатировал инженер-подполковник Ногов, который не знал теперь, куда направить взгляд. Сотни заключенных, необходимых для бесперебойного функционирования ЛОН-101, освободили на основании указа об амнистии.
Оттепель ударила и по архитектору-экспериментатору, заместителю секретаря райкома комсомола Дмитрию Фроловичу Совакову. Заблуждения прошедших лет все же кое-чему научили, для него не стало неожиданностью, что Железнодорожный, куда его направили в этот раз, находился не в Московской области и не на просторах Русского Севера, а в Бетпак-Дала, так называемой Голодной степи. На картах Казахской ССР упомянутое место никак не выделялось на расплывчатом фоне цвета охры, в справочниках тоже не было упоминаний. И даже когда Дмитрий приблизился к нужной станции на девяносто девять километров, в поезде ни один проводник или попутчик ничего не слышал про здешний Железнодорожный.
– Ничего удивительного, – заметил младший сержант, который встречал Дмитрия на перегоне у одинокой трансформаторной башенки, – место назначения находится в закрытой зоне.
Он поведал, что временные жители предпочитают называть город «Центрнигде» или «Гделибоград», что имеет больше смысла, нежели наименование «Железнодорожный», населенный пункт не связан с сетью железных дорог и даже с близлежащими магистралями. Словно в подтверждение сказанного внедорожник свернул в направлении, на которое указывал лишь компас, и два часа они ехали мимо кустарников, камней и русел талых вод к горизонту. Дмитрий тщетно пытался принять удобное или хотя бы устойчивое положение на сиденье. Заменив пробитое колесо, они ехали еще час по направлению к гряде пологих холмов. На фоне закатного неба вырисовывались силуэты сайгаков, которые бродили по степи в поисках корма и временами поднимали к небу хоботки.
Когда опустилась темнота, за холмами вырос колокол света, озарив перистые облака. Это не может быть лунной радугой, подумал Дмитрий… и действительно: когда они перевалили через гребень холма, в открывшейся перед ними низине раскинулось озеро электрических огней. Нет, не озеро – постепенно вырисовывались контуры улиц в окружении фонарей. Там сияла огнями – Дмитрий изумленно протер глаза – Москва.
Да, это московские улицы, которые он в годы учебы изо дня в день видел на картах, схемах, моделях и с которыми сроднился: паутина, окружавшая Кремль, на нитях мерцали тысячи капель росы. Нити огней густой сетью тянулись над бульварами и сходились у широкого Садового кольца. Только радиальные улицы, как затяжки на полотне, километр за километром устремлялись к пригородам. Отдельные ячейки сети тонули в темноте, словно там пролегали железнодорожные линии, излучины Москвы-реки или лесопарки. А вот там, на берегу, ниже предполагаемого места впадения в реку Водоотводного канала, помигивал, как запутавшийся в сети светлячок, его любимый парк Горького. И все это в размерах оригинала; напоминает, конечно, эскиз, но все равно: Москва. Внедорожник тем временем остановился в темноте, по подсчетам Дмитрия, на Ленинских горах, у башни главного здания МГУ.
Младший сержант глотнул из фляжки, прополоскал горло от пыли и только потом сказал:
– Добро пожаловать в Систему М, Дмитрий Фролович. И помните о клятве, которую дали.
Дмитрий воздержался от вопросов, поскольку (это он тоже усвоил за прошедшие годы) бесполезно надеяться на ответы, когда момент неподходящий. А сейчас момент, несомненно, был неподходящим, младший сержант напряженно смотрел на часы и тихо вел обратный отсчет секундам. Когда он дошел до нуля, все огни резко погасли, и от Москвы остался лишь размытый отпечаток на сетчатке глаз. Через несколько секунд исчез и он.
Темное число
Темный (прил.) – лишенный света, мрачный, сумрачный, затемненный, близкий по цвету к черному, печальный, смутный, подозрительный, неизвестный.
Число (сущ.) – происходит от древнейшего основного корня *kwei- («чета, пара») и дополнительного (суффиксального) древнего корня *lъ, придающего именам существительным значение «орудие для совершения действий, названных основным корнем», к примеру, «точило, сверло». Такие русские слова, как «чет», «четыре», «квадрат», «читать», «считать», «сочетать», «чтить», «честь», этимологически однокоренные с «число». В близком родстве с числом и другими многочисленными словами этого корня находятся местоимения «кто», «который», «что», «чей». В санскрите – однокоренное слово चेतति /четати/ («думать»; ср. русские синонимы «я так считаю» = «я так думаю»). В латинском языке – однокоренное вопросительное слово quantus («сколько»); в английском – quantity («количество»). Сейчас обозначает понятие, служащее выражением количества, то, при помощи чего производится счет предметов и явлений (математ.); знак для обозначения числа; тот или иной день месяца; совокупность, ряд известного количества чего-либо.
Темное число – I. фразеологизм, встречающийся в языках индоевропейской группы. Логика: чем больше число, тем недоступнее оно пониманию. Происходит от древнецерковнослав. *tьma, от которого в том числе произошли: др. – русск., ст. – слав. «тьма» (греч. σκότος), русск. «тьма», укр. «тьма», белор. «цьма», болг. «тъма», «тма», сербохорв. «та́ма» («мрак, туман»), словенск. tǝmá, tmà, чешск., словацк. tma, польск. ma и т. д. и которое обозначает большое количество (тысяча или сто тысяч), а также бессчетное, несметное количество, огромное множество (например, капель воды в облаке или зерен на поле).
II. В статистике: а) в эмпирической и математической статистике часто выступает синонимом термина «статистическая погрешность»; б) в криминальной статистике (от англ. dark number) отражает проблему соотношения статистических данных о совершенных преступлениях и социальной реальности; в) в некоторых областях науки (например, эпидемиология, транспортные перевозки и др.) понятие «темное число» необходимо для разграничения статистических и зарегистрированных случаев.