И восстанут Злые

— Хорошо прокатились, а? — спросил Ярк, поигрывая бровями.
— Бывало и хуже. И в основном на этой неделе, — ответила я, отряхиваясь и смахивая с тела радужные капельки.
От открывшегося нам пейзажа у меня челюсть отвисла. Мы стояли на парящем в воздухе острове не более тридцати футов в ширину, который висел высоко над облаками. Портал, из которого я только что выкарабкалась, занимал большую его часть, растянувшись до самого края, кроме клочка травы, где мы стояли. Его мерцающий свет через бортик выплескивался в небо, словно вода в бесконечных бассейнах, которые можно увидеть только в рекламах шикарных отелей. Сейчас из него как раз вылезала Озма, а я могла лишь стоять и разглядывать пейзаж.
Небо было усеяно сотней парящих островов, некоторые из них были огромные, другие — крошечные, как мой старенький трейлер в Канзасе. Они лениво скользили по воздуху, словно уносимые легким бризом. А пока острова парили, между ними то тут, то там вспыхивала переменчивая сеть радуг, на мгновение соединяющая острова друг с другом, прежде чем исчезнуть.
На самом верхнем и большом острове высилась кристальная крепость с четкими угловатыми гранями, отражающими и преломляющими свет миллионами углов, будто бриллиант. Три сверкающих шпиля устремлялись так высоко, что казалось, они достают края открытого космоса.
— Идем, — позвал Ярк, указывая на крепость. — Цветка уже знает, что мы здесь.
Словно предугадывая наши намерения, прямо у ног появилась радуга и устремилась к цитадели, создавая длинный крутой мост.
— Не волнуйтесь, она очень прочная, — заявил Ярк, вставая на мост, — но адски скользкая, так что все равно идите осторожней.
Собравшись с духом, я шагнула в ожидании долгого, нервного подъема к крепости, а оказалось, что мне ничего не нужно делать, только удерживать равновесие: стоило поставить ноги на радугу, и та сама понесла нас наверх.
Я тихонько хихикнула. Это напоминало поездку на эскалаторе по самому сюрреалистичному в мире торговому комплексу. Словно бы я просто направлялась от закусочной к дорогому магазину одежды. Я вздохнула и постаралась расслабиться. В воздухе витал аромат жимолости, наполнив мою душу глубоким, сильным чувством. Лишь под конец пути я смогла определить его. Надежда.
Вблизи крепость была даже прекрасней, с замысловатым цветочным узором, выгравированным на каждой поверхности. Радужный мост перенес нас через ров с облаками прямо к величественной арке входа, а двери сами распахнулись, не успели мы и шагу ступить.
За ними стояла девушка, столь прекрасная, что я даже вздрогнула при виде нее. Высокая, величественная и изящная, одетая в свободную подпоясанную тунику неонового цвета с узором из турецких огурцов. Хотя туника размером и формой напоминала крупный холодильник, она была прозрачна почти до абстрактности, словно сама ткань была соткана из нитей света и цвета, и совсем не скрывала формы изящного худощавого тела девушки.
Но самыми впечатляющими были ее волосы. Они развевались вокруг, словно раздуваемые одним из тех гигантских фенов, что используют в клипах, и казались такими длинными, что сложно было сказать, где заканчиваются. В них были вплетены бусины, цветы и яркие нити, изменяющие цвет в зависимости от того, с какой стороны посмотреть.
У меня было предчувствие, что это и есть Многоцветка.
— Добро пожаловать в мое королевство, гости! — неземным голосом воскликнула она.
— Что, а меня не поприветствуешь? — спросил Ярк, выступая вперед и обвивая рукой ее талию.
— Ох, привет, — проговорила она, кокетливо взмахнув ресницами.
— Хай, детка, — сипло отозвался Ярк.
— Тебя так долго не было. Полагаю, опять потерялся?
— Ага. Столько всего безумного повидал. Сейчас на земле серьезные дела творятся — нам многое надо обсудить.
— Не сомневаюсь, — согласилась она, мгновенно завлекая его в такой откровенный поцелуй, что мне даже захотелось отвести взгляд.
Он что, издевался надо мной? Ведь на земле Ярк определенно приставал ко мне, а сейчас было ясно, что Многоцветка — его подружка. Он пытался смутить меня или просто сам по себе игрок азартный, который не может удержаться? Наверное, и то и другое.
 
Нокс, должно быть, знал, что творится у меня в голове, потому как наградил самодовольным взглядом «а я что говорил?» и закончил жестом «о, пристрелите меня». Влюбленная парочка этого не заметила. Их поцелуй все длился. И длился, и длился. И длился. Минуты через две после того, как уже стало совсем неуютно, я все же прочистила горло, и Многоцветка отстранилась от своего непрекрасного принца, залившись румянцем.
— Прошу прощения, — сказала она, вспоминая о нас. — Какой плохой хозяйкой я показала себя перед вами. Иногда я просто не могу устоять — мы, радужные жители, искренне наслаждаемся чувствами. Но прошу! Проходите и присоединяйтесь к нам в игровой комнате. Я с таким нетерпением ждала вашего визита.
— Она знала, что мы придем? — прошептала я Ноксу, когда мы вошли в крепость, но, полагаю, слишком громко, потому что ответила на вопрос сама Многоцветна.
— Конечно, мои спрайты [14] сообщили о вашем прибытии, — воскликнула она, проводя нас по богато украшенному фойе. — Они были в таком восторге, когда увидели, как вы поднимаетесь по мосту. Здесь, на водопадах, раньше было много путешественников, но правление Дороти всему положило конец. Теперь у нас никогда не бывает посетителей. Особенно таких королевских кровей, как вы. — Она оглянулась на Озму и присела в скромном реверансе, даже не сбившись с шага.
— Да ладно тебе, Цветка. Здесь все королевских кровей, — заявил Ярк. — Нельзя и шагу ступить, чтоб не врезаться в кого-нибудь, претендующего на неприкосновенное господство над клочком травы. Действительно ли такая редкость — встретить в наших землях еще одну принцессу?
Я готова была с ним согласиться, но Многоцветку эти слова не убедили.
— Прошу, простите моего принца-консорта, — сказала она, начиная подъем по винтовой лестнице с полупрозрачными парящими ступенями и тонкими серебряными перилами. — От него не оберешься мороки, а еще он самый ленивый человек, которого вам посчастливилось встретить на своем пути. Но согласитесь: он горяч.
— Виновен по всем пунктам, — подтвердил Ярк.
Лестница поднималась все выше и выше, на самую верхушку крепости, и завершалась полностью застекленной просторной круглой гостиной, из которой открывался сногсшибательный вид на триста шестьдесят градусов вокруг. Я была почти уверена, что отсюда можно было бы рассмотреть всю Страну Оз, от края до края, если бы зрение было достаточно острым.
Озма просеменила к окну и завороженно уставилась на королевство. Она повернулась ко мне.
— Время приближается! — воскликнула принцесса.
Я удивленно посмотрела на нее. Моменты прозрения начали случаться все чаще и стали заметно логичнее.
— Время для чего? — поинтересовалась я, но Озма не ответила.
В одном конце комнаты стоял изогнутый хромированный бар, его стеклянные полки ломились от сотен крошечных баночек и бутылочек со странным содержимым, которое я даже распознать не могла. Другой мебели здесь не было, зато все оставшееся пространство занимали огромные мягкие подушки разнообразных оттенков белого. Ярк мгновенно плюхнулся на одну из них и лег на спину, томно потягиваясь. Майка его задралась, обнажая тонкую полоску кожи на животе.
Осознав, что пялюсь на него, я быстро отвела глаза в надежде, что никто этого не заметил, и тут же сама засекла, как Многоцветка тоже пожирает парня взглядом. Почувствовав мой взор, она дерзко тряхнула волосами, многозначительно подмигнула, словно сообщая, что это «только между нами, девочками», и зашла за барную стойку.
— Кто-нибудь желает закусить? — спросила она.
— Мы ищем Орден, — заметила я. Легко было забыться из-за происходящих вокруг странностей, но я не имела права выбрасывать из головы мысль, что пришла сюда по делу. — Момби сказала, мы можем найти кого-нибудь из них здесь.