Ал'Терра: Магия Крови (СИ)
— А это не связано с...
— Нет! — Эри выкрикнула это настолько резко и поспешно, что сама смутилась. — Нет, то есть... Это еще раньше началось, так что я не думаю.
— А кошмары вам не снятся? Про... инцидент, например?
Эри побледнела еще больше. Он что, мысли читает? Ну не зря же он столько лет личным доктором княжеской семьи работает — выучил всех лучше себя самого. А по ее лицу, наверное, можно не только читать, но и книги писать.
«Ну почему я такая... Киан бы на моем месте и бровью не повел, а я... »
Княжна сжала кулачки. Шриал бы побрал этих дэвовых фанатиков! Что они с ней сделали?
— Княжна? — мягко позвал Михаэль. — Вам нехорошо?
— Все нормально. Просто я не выспалась, я же говорила.
— Ладно. Подождите минуту.
Михаэль еще раз поклонился и вышел в соседнюю комнату, где, видимо, хранил лекарства. Эри помассировала пальцами веки — ей одновременно было стыдно и противно. Ей пристало людьми повелевать, а она... Выпрашивает лекарство, как нашкодившая девчонка.
Груз тайны давил на душу. Больше всего на свете она желала поделиться печалью хоть с кем-нибудь, но страх и нежелание показаться слабой прогоняли спасительные мысли. Но... Неужели будет лучше, если она промолчит? А вдруг помощь ей нужна здесь и сейчас, а если она затянет, то будет поздно? Да и, если подумать, разве не для того нужен личный доктор, чтобы доверять ему и здоровье, и жизнь? Ведь было бы легче, если бы...
Когда Михаэль вернулся в приемную со стеклянной бутылочкой в руках, Эри уже почти решилась. Она даже рот раскрыла и чувствовала, как поток слов готов потечь из нее со скоростью горной реки, но тут в коридоре раздался знакомый голос.
— У себя? Спасибо, Дейвен.
Бэрон! Раал всемогущий, ну почему он собрался к доктору именно сейчас?
Дыхание замерло, сердце застучало галопом.
— Вот, княжна, — Михаэль протянул ей бутылочку. — Пейте ложку перед сном, как соберетесь ложиться. Но не раньше, хорошо? И только ложку — этого более чем достаточно. Княжна?
Эри не замечала маячившей у носа бутылки с сонным зельем — она неотрывно следила за дверью. Вот он постучит, и... Конечно, доктор не пустит его, пока она здесь, но Бэрон станет ждать в коридоре и она все равно с ним столкнется. Это ужасно!
Пауза затянулась. Но в дверь так никто и не постучал.
Неужели пронесло?
— Княжна Эрианна, мне кажется, вы не все мне говорите, — сказал Михаэль. — Если вас что-то...
— Да-да, — Эри встрепенулась, буквально вырвала бутылочку из рук лекаря и поспешила к выходу. — Если что-то не так, я обязательно скажу.
— Но княжна, — запротестовал Михаэль. — Поймите, я буду вынужден поговорить с вашим отцом. Он не простит, если я пропущу...
О, нет! Об этом-то она не подумала. Михаэль сразу доложит отцу! Ну отчего все так сложно?
— Михаэль, милый, — залепетала она, схватив доктора за манжету рубашки. — Не говорите ничего папе, хорошо? Со мной все в порядке. Я не хочу, чтобы он волновался.
Михаэль растерянно поправил пенсне. Удивленный, он смотрелся еще забавнее, чем обычно.
— Но княжна, я должен быть уверенным, что вам не нужна моя помощь.
— Ну... — Эри лихорадочно соображала, что бы такого наплести доктору, чтобы тот отцепился. — У меня есть секретик. Мне... Мне нравится один мальчик! Но я ему, видимо, не очень, — на этих словах княжна потупила взгляд и скромно шаркнула ножкой. — Вот я и переживаю, и сплю плохо. А папе говорить стыдно... Понимаете?
— О! — оторопел доктор, но через секунду его губы тронула неловкая улыбка. — Я... э-э-э, понимаю. Хорошо, княжна, будьте уверены — я никому не скажу.
— Спасибо, Михаэль! Вы самый лучший! — Эри быстро обняла смущенного доктора и побежала в коридор.
— Но только больше ложечки не пейте! И не дольше недели! — неслось ей вслед, но княжна уже не слышала.
Она аккуратно выглянула за дверь и, не обнаружив ни Бэрона, ни кого-либо еще, поспешила к себе в крыло, прижимая бутылочку к животу.
Ну хоть сегодня она нормально поспит!
Интересно, куда шел Бэрон? Наверное, к отцу, если спрашивал у кого-то у себя тот или нет. Ну да, к кому еще — скоро же переезжать, хлопот куча, все и так носятся как заведенные. Грустно покидать Гаард-Хаз, но с другой стороны — в Лаиноре спокойнее. Там никаких культистов нет. Может, на новом месте и кошмары ее уйдут? Было бы здорово.
Эри галопом взлетела по центральной лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Поднявшись на второй этаж, она бросила взгляд в южное крыло, в глубинах которого прятался отцовский кабинет. О чем они с Бэроном говорят? Чего обсуждают? Наверняка опять дэвовых культистов — Эри слышала от слуг, что фанатики Изгнанного бога прошлой ночью облепили дурацкими листовками весь Фрионский холм. И как их никто не поймал? От мысли о том, что кровяные маги подобрались так близко к ее дому, Эри стало тревожно. Кошмары кошмарами, но кто знает, чего этим безумцам взбредет в больные умы?
Развернувшись в сторону галереи, Эри замахала свободной рукой, чуть не свалившись на пол — мир как будто дрогнул и сильно пихнул ее в бок.
Эри поймала равновесие и собиралась идти дальше, но вдруг поняла, что уже пришла. Она стояла у окна в собственной комнате, крепко сжимая в ладони бутылочку с сонным зельем.
Крышки на бутылке не было, а ее гладкое горлышко касалось губ - с него сорвалась первая капля, обожгла кончик языка.
Вскрикнув, Эри выронила бутылку — та плюхнулась на ковер и откатилась к столу, оставляя мокрый след.
«Спаси меня Раал, опять! Опять!!!»
Спохватившись, княжна подобрала бутылочку и потрясла ее перед лицом — еще больше половины осталось, не беда. Но... Как теперь быть? Если сонное зелье и подействует, то решит лишь одну проблему. А что со второй? Она же чуть зелье не выпила! А если бы всю бутылку осушила — чего тогда?
От нахлынувших ужасных образов Эри затрясло — она села на кровать, обхватив плечи руками. Она могла умереть. Вот так просто. Может, Михаэль и успел бы ее спасти, но она ведь от такой дозы могла свалиться прямо на месте — пока бы ее хватились.
«Надо что-то делать. К дэвам гордость! К дэвам все!»
Княжна убрала опротивевшую бутылку в верхний ящик стола и принялась мерить шагами комнату. А что если... Что, если у нее началось то же, что и у мамы?
Эти думы донимали ее с самого первого приступа, но она упрямо их отвергала. Даже размышлять о них не хотела. По простой причине — они пугали ее хлеще любого ночного кошмара.
Ей только исполнилось восемь, когда мама заболела. Эри была мелкой и смешной девчонкой с тонкими косичками, которая днями напролет носилась по Гаард-Хаз и приставала то к слугам, то к гвардейцам — в общем, от нее доставалось всем. Но больше всего, конечно, Киану — старший брат любил с ней возиться и никогда не отказывался поиграть, если только его не заваливали учебой. Ей было невдомек, что с мамой что-то не так — мир был прекрасен, удивителен и совершенно прост. Так ей казалось. И ни о каких болезнях она не думала.
О том, что случилось после, Эри запретила себе вспоминать. Именно так — запретила. Раз и навсегда.
До сегодняшнего дня. Осознание навалилось на нее горным селем. Неужели это оно? Неужели она пошла в маму?
«Нельзя говорить папе, нельзя! Меня закроют в комнате, и...»
По щекам заструились соленые слезы. Эри с размаху ударила кулаком в подушку. Прыжком влетела на кровать и неистово застучала по мягкому пуху, глотая рыдания. От гнева покраснело в глазах.
«За что это мне?! За что?! Почему я, Шриал всех побери!»
— Эри?
Звук постороннего голоса слился со стуком пульса в ушах, но княжна его услышала, зло обернулась к двери.
Курт стоял на пороге и глядел на нее спокойно и решительно. Подмышкой он зажимал пухлый томик.
— Чего тебе?! — рявкнула Эри, забыв, в каком неприглядном виде застал ее брат. А когда вспомнила, то спешно вытерла слезы рукавом, но только их размазала.
— Эри. Давай поговорим, — сказал Курт тем же твердым тоном. — Что с тобой?