На дальних рубежах 2 (СИ)

— Это кто? - тут же поинтересовался любопытный Реджи.
— Друг, - коротко ответил Джейс. - Сидели в одной клетке в последний раз. Черт, не успел разглядеть, где он.
— Я срисовал их нашивки, Кибер, не парься. Найдем твоего дружка как нехрен делать, - заверил его Эшер.
У снайпера глаз был наметанный и зоркий, если он сказал, что успел разглядеть все, что надо, его слову можно было верить. По иронии судьбы и прихоти армейского юмора позывной у Эшера был "Слепой". Джейс с благодарностью поднял вверх большой палец и кивнул.
В казарме он растянулся на своей койке, едва сбросив с себя обвес. В душевую уже была очередь, но Джейс как раз не торопился. Реджи, подсуетившийся чуть ли не первым, копошился, собираясь на свидание. Какая-то из медсестер ответила ему благосклонно на все ухаживания, и теперь Редж на скорую руку чистил ботинки, клянчил одеколон у Грея и попутно пел хвалебные песни прелестям своей последней избранницы.
— Кибер, а хочешь, я ее спрошу, может, у нее подружка есть? - великодушно предложил "токующий дятел", он же "олень в гоне" и "кот мартовский", как уже успели "приласкать" Реджи старшие товарищи.
— Редж, отвянь, - лениво отмахнулся Джейс. - Я сам себе найду, если приспичит.
— Ну так не ищешь же! - возмутился Реджи. - Ну ладно, насчет проституток и стриптизерш у тебя пунктик, но медсестры это же....
Реджи попытался выразить восторг словами, но слов не нашел, поэтому сделал неопределенный жест руками.
— Значит, еще не приспичило, - философски пожал плечами Джейс.
Против медсестер никто ничего не имел. Эти женщины пользовались особым статусом, их окружал совершенно особый ореол вожделения и почитания. Тот же Райан после последнего ранения во время особо болезненных процедур получал дополнительную анестезию в лице пышногрудой и крутобедрой медсестры, вокруг которой потом бегал кругами, распуская перья не хуже Реджи. Ребята даже боялись, что он нарвется на еще одно ранение, лишь бы снова попасть к ней.
Кроме медсестер были еще "полевые королевы", были и просто женщины, работавшие на разных направлениях и должностях - от административных, до боевых. С ними у солдат складывалось по-всякому, но в их случаях Джейс держал дистанцию. Разрушительную силу женщины, надеявшейся на офицера, а переспавшую с рабом, было легко предсказать, но сложнее вычислить в полной мере.
А вот с "ночными бабочками", которые отирались у каждой базы и которых так любили все молодые бойцы, Джейс не связывался принципиально. Конечно, Редж не мог знать этого, но Джейс слишком хорошо понимал обратную, темную сторону бизнеса "жриц любви" и видел, что на самом деле скрывают их фальшивые улыбки и притворная страсть. Его этим было не обмануть и не привлечь.
Женская часть личного состава базы, однако, становилась для него все большей проблемой. Они обращали на Джейса внимание и, в силу характера, он отвечал на это шутками и ни к чему не обязывающим флиртом, чтобы поднять настроение и себе, и им. Бывали даже ситуации, когда, сильно перебрав в баре после какого-нибудь тяжелого задания, он вдруг понимал, что целуется с какой-то незнакомкой, и дело вот-вот перейдет к самому горячему. Джейс тут же трезвел, тормозил и включал обратный ход. Иногда получалось сделать это мягко и не обидно, иногда он портачил и получал по морде.
Собственное поведение ставило его в тупик, разобраться в чудовищном бардаке в своей голове Джейсу было трудно. Четыре года непрекращающегося насилия отбили у него всякую охоту к сексуальным приключениям, на которые он был когда-то падок. Плоть восставала и требовала своего, за что иногда Джейс просто ненавидел самого себя. Уже не первый раз тело предавало его, выдавая чисто физиологическую реакцию без подлинного, осознанного желания.
Когда-то Джейсу внушали, что физиология и раскрывала его подлинные чувства, оправдывая таким образом творимое над ним насилие и попутно глумясь над жертвой. Он почти поверил в это тогда, но сейчас уже прекрасно понимал, что механическое возбуждение и настоящее влечение - вещи разные и не всегда совпадающие. В этом совпадении и была его истинная потребность, но женщина, с которой это было возможно, была абсолютно недосягаема.
 
Кора, всегда Кора. Он пытался спрятать ее образ в самый дальний потаенный угол, но она была сильнее. Любую женщину он неосознанно сравнивал с ней, его стремление к свободе было крепко привязано к Коре и дому, где его не ждали. Ее жизнь шла дальше без него, и его вело вперед своим путем, но все равно каким-то чудом призрак Коры преследовал Джейса неотступно.
Он не обещал хранить ей верность, не сомневался, что и она тоже не будет заморачиваться на этот счет. Два взрослых расставшихся друг с другом человека все прекрасно понимали. И все-таки Джейс не хотел никого другого. Может быть, этим он прикрывал свои незажившие травмы и выторговывал у самого себя время на их заживление, может быть, дело было в чем-то другом. Копаться в себе Джейс не любил и не умел.
— Редж, отстань от человека! - буркнул строго штурмовик Курт Финнли. - Кибер, а ты не миндальничай, построже с ним.
Финнли был человеком чрезвычайно солидным и имел крепкую любящую семью, состоявшую из красавицы жены и двух детей, последний из которых родился как раз в последнюю отсидку Джейса в "остойнике". Теперь любящий отец зарабатывал "гробовые" на подгузники и детское питание. Любопытно было, что своей жене Финнли не изменял, говорил, что нафиг ему нужны эти шмары, когда дома его ждет такая красота. Он даже клал фотографию жены в шлем и часто смотрел на нее на привалах, когда можно было не очень сильно опасаться пули или осколка в голову.
Когда он впервые озвучил свою позицию по половому вопросу, ребята подняли его на смех, называя монахом и единорогом. Потом кто-то заметил, что на единорога Финн за отсутствием подходящих выступающих частей тела не тянет, а вот на бигфута - в самый раз. Кличка прицепилась, Финнли не обиделся.
— Кто бы говорил, - огрызнулся Редж, уворачиваясь от ленивого взмаха тяжелой лапой Финнли. - Это ты в железных трусах из дома уходишь, а Джейс мог бы и побыть моим вторым пилотом!
— Во-первых, юноша, с хорошей женщиной и железные трусы не нужны, - назидательно произнес Бигфут. - Во-вторых, у меня тоже сегодня свидание.
Все, кто был в комнате, разом бросили свои дела и накинулись на Финнли с расспросами. Даже Райан Льюис, бывший в душевой, высунул из-за двери намыленную голову, чтобы послушать. Видимо, такие новости проникали даже сквозь стены.
— Да что вы галдите! - рыкнул честный семьянин. - Сейчас уезжал когда, она мне сказала, что ради нашего брака и психологического здоровья готова закрыть глаза на необходимость получать разрядку в тяжелых боевых условиях! Сама так и сказала!
— Святая женщина, - выдохнул изумленный Грей.
— Счастливый сукин сын, это ж надо ж! Получил разрешение жены на левак! - завистливо протянул Лиам. Жены у него не было, но это не мешало завидовать товарищу.
— Чтоб я так жил, - буркнул Райан, снова прячась за дверь душевой. Со своей девушкой он не дошел до алтаря именно по причине военно-полевого романа.
— А это только в одну сторону работает или она тоже может "укреплять брак"? - поинтересовался Джейс. Сторонником измен он не был, но с таким "легитимным адюльтером" сталкивался впервые. Бигфут насупился, видимо, этот пункт он у жены забыл прояснить.
— Да у нее грудничок на руках, она и мужа-то в командировку сплавила. На кой ей мужик? - хохотнул Грей. - Ей сейчас час сна - верх эротических фантазий!
— А потом муж вернется, виноватый, нашкодивший и тихий. Под ногами не путается, подлизывается! - добавил Лиам, убедившись, что Апокалипсис ничто не предвещает, а друг остался верен себе, пусть и таким нестандартным способом. - Умная у тебя жена, Бигфут! Иди уже, выполняй супружеский долг!
— И с кем свиданка? - поинтересовался Реджи.