Колючая удача для Пуговкиной (СИ)

Сама хозяйка особняка, не обращая внимания на своих гостей, немедленно вызвала максимально возможное магическое зеркало и пристально всматривалась в тропическую растительность, надеясь зацепить где-то хоть одного жазотуса, а потом с помощью Ежова наладить связь с королевой.
Только вот всего этого не потребовалось, поскольку зеркало вдруг потемнело и словно взорвалось изнутри, выплескивая фиолетовые нити паучьей магии. Старушка отшатнулась к дивану, сделав несколько шагов назад и вскинув руки в защитном жесте, зеркало схлопнулось, и на его месте, израненная магическими осколками, в дымке магического щита возникла сама королева.
— Жузниарисса! — Лайрскан угрожающе оскалился, показав немаленькие, почти акульи зубки.
— Пляхбуль! — Шипение королевы было не менее угрожающим и презрительным, а мелкие игольчатые зубы, которые она продемонстрировала, внушали не меньшее опасение.
— Ого! Вы знакомы?! — Удивленный возглас хлопающей глазами Люси немного снял напряжение, но парочка, стоя в нескольких метрах друг напротив друга, все равно казалась готовой сцепиться в бою не на жизнь, а на смерть.
— Конечно, знакомы, дитя, не одну сотню лет заключения здесь. По правде говоря, я думала, что из старейших в этом мире только я, но, похоже, магия острова решила иначе. — Жузниарисса чуть повернула голову и как-то устало вздохнула. — Не знаю, откуда взялся здесь этот мерзавец, но хорошо, что мои подданные вовремя меня оповестили и я смогла прорваться через ослабленную защиту острова.
— Конечно, только через ослабленную и смогла! После того как я прошел сюда на призыв моего осталмена, которого спасла добрейшая хозяйка этого дома и смог соединить со мной мой некровный брат, — презрительно заметил лайрскан. — И тебе ли называть меня мерзавцем, если это ты прокляла мой народ, разделив нас на отдельные, гибнущие друг без друга половины, паучья ведьма! Много лет прозябания в беспамятстве и постоянный тоскливый поиск себя, от которого спасала только смерть! Спасала всех, кроме меня, и после этого ты смеешь меня обвинять?!
— А как тебя называть, палач моего народа?! Когда-то меня называли Жузниарисса Прекраснокрылая, а мои подданные были совершенны, как я тогда. А сейчас эти застрявшие в паучьей форме существа даже не помнят нашего величия, а я утратила крылья и застряла между двумя обликами! — пронзительно взвизгнула женщина и сжала шипастые кулачки на всех шести руках. — Мы первые пришли в этот мир и предстали перед проводником! Мы и только мы имели право на использование межмировых троп и сотрудничество с их открывателем!
— Лайрсканы всегда были сильны. По праву силы только мы могли взять проводника под защиту и сделать межмировые тропы достоянием нашей расы и мира!
Пуговкина с открытым ртом смотрела, как два невероятнейших существа делят то, что им никогда не принадлежало, и даже великая жертва сородичей их не образумила.
— Вы?! — Жузниарисса неожиданно задрожала, и воздух заволокло фиолетово-сиреневой паутиной, в которой всполохами сверкали разряды. — Да вы упустили проводника! И именно из-за вас мы прозябаем на этом острове, как в тюрьме! Я даже не смогла связаться с материнским миром! И только появление этих людей и договор, который они заключили с магичкой, помог мне покинуть лесное узилище! Но тут опять появилась твоя рыбья рожа, и ты явно что-то замышляешь!
Ежов, который с интересом и некоторым злорадством наблюдал за недовольным злым Пляхбулем, не преминул вставить в разговор свои пять копеек, несмотря на подаренное оружие и почетное звание некровного брата.
— Конечно, замышляет! Прости, братан, но у нас с ней магический договор! Очень уж домой надеемся вернуться, — пожал он плечами на хмурый взгляд рыбочеловека. — А твоя идея забрать у Людочки кровь мне совсем не нравится. Так что я предпочитаю безопасность своей невесты братанию. Что до моих врагов, то, думаю, я и без моря лайрсканов как-нибудь с ними справлюсь.
— Кровь? Вы докатились до человеческих жертвоприношений в надежде открыть тропу домой? — Паучиха скрипуче засмеялась. — Как же низко пала ранее гордившаяся своим благородством раса. Теперь настоящим противникам вы предпочитаете юных дев.
 
— Глупая плетельщица, в ней кровь проводника! Это шанс все вернуть, и он мне нужен!
Темно-синие глаза русала засверкали, за спиной взметнулись крыльями щупальца, натянув тонкой пленкой радужные плавники, и заструилась, серебрясь и текуче всплескивая вокруг мужской фигуры, магия лайрсканов.
— Да уж… — Тихий голос госпожи Альданской прозвучал неожиданно и эхом разошелся по малому залу приемов, заставив всех вздрогнуть. — Вы, гости дорогие, почему-то забыли о хозяйке дома. Мне, конечно, было увлекательно узнать из ваших препирательств эту занятную историю, но придется вам выслушать и третью сторону, к слову не меньше пострадавшую. Сторону магов этого мира!
Пожилая дама опустилась на мягкие подушки дивана и сделала жест всем присутствующим последовать ее примеру. Она чуть прикрыла глаза, словно раздумывая, с чего начать, и перебирала свои многочисленные украшения, настраиваясь на разговор. Совершенно неожиданно для окружающих Юфимия вдруг с легкой усмешкой ткнула в сторону жующего кота, отчего тот замер, испуганно сглотнув.
— Наверное, началось все с таких вот зверьков, — негромко проговорила она. — Об этом говорят хроники семьи Эстерблисков, проводников, как все стали их называть. Маги нашего мира не знали других миров. Ходили легенды о богах, народах, ушедших в никуда, и могущественных существах, когда-то нас посещавших, но все считали это лишь легендами. Пока в семье Эстерблисков не родился мальчик со странным даром.
Госпожа Альданская легким взмахом руки подняла в воздух небольшой графинчик с изумрудной жидкостью и следующим жестом налила себе небольшую рюмочку. Оценивающе пробежалась взглядом по Люсе с котом, королеве жазотусов, лайрскану, устроившемуся в фонтане, и, решительно налив еще одну, протянула ее Константину.
«Дама хочет, чтобы ей составили компанию, — хмыкнул про себя Ежов, но счел, что отказываться не стоит. — Видимо, рассказ Юфимии будет не особо веселым, а одна рюмка для мужчины моей комплекции роли не сыграет».
Однако, выпив, Костик крякнул и, выдохнув, торопливо подцепил с сервировочного столика что-то съедобное.
«Мать твою... чистый абсент! И старушка проглотила его как водичку, даже не поморщившись!»
А тем временем Шавермур не выдержал паузы и намека на причастность его кошачьего племени ко всяким магическим неприятностям.
— Так причеум здесь коты? — подозрительно осведомился он у замолчавшей мадам.
— Коты? Ах, коты... — Дама нервно рассмеялась. — Сами коты тут ни при чем. Мальчик рос, и странным было то, что вокруг него внезапно появлялись всякие непонятные предметы. Что-то было полезным, что-то так и осталось ненужной диковинкой. А однажды у наследника появился необычный питомец, вот такой вот меховой зверек. И зверек разговаривал!
— Я тоулько тут говорю, — фыркнул кот и, выпустив когти, стянул с ближайшей тарелки небольшую тоненькую колбаску. Люся едва успела подложить салфетку на колени, чтобы нагло жующая морда не заляпала ей платье. — И моужет, это был не кот! Мало ли меховых зверей?
Хозяйка дома спорить не стала, а просто позвонила в колокольчик. Вместо ожидаемого лакея в зал пузатой тенью скользнул Клостус. Правда, при виде Жузниариссы и Пляхбуля толстяк побледнел, кляня себя за любопытство.
— Клостус? — Юфимия удивилась, но, впрочем, на данный момент ей было все равно, кому отдавать поручение. — Принеси-ка мне, голубчик, хроники семьи Эстерблисков. Полное издание с портретами. Оно на третьей полке седьмого стеллажа в библиотеке.
Опасливо косясь на гостей старухи и подозрительно щурясь на сидящего рядом с почему-то потемневшей блондиночкой странного мужика с зеленой растительностью на теле, босого и одетого как отшельник западных островов, Клостус бочком выскочил за дверь.
«Вот ведь память у старухи! — злился он. — Королеву в гости зазвала и еще кого-то. Видно, не из нашего мира! Неужто у нее вышло найти сердце острова? И ведь хроники не зря запросила! Родовой камешек, видать, не так прост, и что-то еще требуется. А я, значит, зря, что ли, стараюсь? Все переговоры с Чапис-Слоуками теперь бесполезны? Годы работы, интриг, слухов и планов! Нет, нет! Я еще поборюсь! Я еще вам устрою! Девка моя, и остров будет мой, и денежек вы мне заплатите! Я буду владетелем и спасителем! Ведь понятно же, что эта милашка тут замешана. Пока она не появилась, ничего не происходило!»