Колючая удача для Пуговкиной (СИ)
Люся посмотрела на стул, до сих пор привязанный нитками к тележке кактуса, и хоть она намеревалась раньше от него избавиться и тащила на помойку, но вдруг пустить мебель на дрова показалось ей неправильным.
— Знаешь, Костя, мне его жалко. Стул ведь тоже вместе с нами попал. Вдруг мы без него домой не вернемся? Может, он волшебный! Лучше я другие дрова поищу.
Летающие рядом Взз и наконец отпущенный Пуговкиной Бзз пытались объяснить, что магии в странной сухой деревяшке нет, но девушка уперлась.
Ежов не стал смеяться над наивностью Люси и фантазиями о волшебном стуле, но посоветовал поторопиться и, внимательно выслушав все, что он скажет, как можно скорее закончить дела.
— В тропиках темнеет внезапно и быстро, надо поторопиться! Люда, тебе нужна более-менее нормальная постель и дрова. Сейчас я объясню, что для этого надо, и в первую очередь постарайтесь все найти и принести. Потом шалаш, костер и только после разделка рыбы. Это можно сделать и при свете костра. Только сейчас ее на веревку нанижи и в воду положи, жарко, может быстро испортиться. Я покараулю с котом на пару.
Лекция минут на десять была с трудом прослушана девушкой, но, судя по растерянно хлопающим глазам, совсем не усвоена. Хорошо, что паучатам, которые, похоже, были подростками в своей стае, было все в новинку и диковинку, а интересное запоминается хорошо.
— Мы з-запомнили! С-сводим! Покаж-жем! — зажужжали и загудели они, наматывая круги вокруг блондинистой головы Пуговкиной.
И только благодаря их помощи Люся чудом успела до темноты.
Она сидела у костра, уставшая и вымотанная до крайности, реальность начала накрывать девушку с головой. Похоже, волшебная сказка — не очень-то и волшебная конкретно для нее, Люси Пуговкиной. Нет у нее ни принцев, ни академии, и магии у нее тоже нет. Низкий, что только лежа заползать, шалашик из наломанных с трудом веток, вместо постели — тонкий слой земли на нагретых в костре камнях снизу и сухие листья толстым слоем сверху, и все это добро накрыто дождевиком, чтобы не остыло быстро. Им же придется и укрыться за неимением лучшего.
Сама она сидит у немилосердно дымящего костра и пытается жарить на палочках выдранные плоскогубцами куски рыбьего мяса. Вспоминать, как она пыталась почистить эту гадость маникюрными ножницами, было совсем невесело. А еще дотошный Ежов велел ей вырыть себе ямку для естественных нужд в стороне от воды и опасных растений, хорошо, что кот, помня о рыбине и дележке ее только после завершения дел, помог с этим справиться. Девушка рыхлила спицей, а кот, изображая крота, копал рыхлую землю лапами.
Съев лишь чуть-чуть несоленой, плохо прожаренной рыбы, уставшая Пуговкина без сил заползла в свой шалаш и растянулась на шуршащем ложе.
Она не видела, как в бархатной черноте ночного неба загорались яркие звезды, не слышала, что где-то мелодично звенели местные насекомые, и до нее не доносился запах распускающихся ночных цветов.
Засыпая, она чувствовала лишь запах дыма и горелой рыбы, а все звуки заглушало утробное чавканье кота, получившего в свое распоряжение всю остальную часть Люсиной добычи.
Глава 9. А где-то там...
Поздний вечер Юфимия Альданская любила встречать у камина в библиотеке. Кресло-качалка, маленький кофейный столик и пушистый плед, укрывший вечно замерзающие, худые, как спички, ноги пожилой мадам, были непременными атрибутами этого времяпрепровождения. Так же как и бокал пряного подогретого лиогунского ломаго. Дама могла позволить себе немного пригубить вечером, если не выезжала и не ожидала гостей. В конце концов, в ее возрасте и в ее положении это простительно — вот так немного выпить в одиночестве, прислушиваясь к треску поленьев в камине.
— Госпожа! — В библиотеку, даже не удосужившись постучать, ворвался невысокий толстячок с тщательно зализанными на обширной лысине несколькими волосками. Жестко накрахмаленный воротник рубашки подпирал второй подбородок и лоснящиеся щеки, а нос картошкой неожиданно резко контрастировал с большими бледно-зелеными, мутного бутылочного оттенка, глазами в опушении длинных ресниц. — Госпожа! На вашем острове посторонние!
— Клостус, это не повод портить мне вечер своими мерзкими воплями! — Тонкая, тщательно выщипанная бровь на ее лице надменно вздернулась. — Ты же знаешь, что перед отходом ко сну мне просто необходимо привести в порядок свои расшатанные нервы, а твое появление этому не способствует. Может, отдать тебя Теодору и Четлику?
Мужчина в панике метнул взгляд в темный угол, где зашевелились, услышав свои имена, питомцы и телохранители госпожи Альданской.
Его до дрожи пугали эти полурастения-полуживотные. Массивные круглые туловища на коротких тумбообразных лапах, покрытых чешуей, венчались лиановидными шеями с мощными, вечно распахнутыми пастями. С виду каждое, замерев, напоминало чешуйчатую, странной формы вазу на ножках, из которой росли бледно-красные цветы с тремя зубчатыми по краям мясистыми лепестками. Когда эти лепестки собирались в бутон, Клостус знал, что твари что-то сожрали и переваривают.
— Госпожа, но это очень подозрительные личности! У девицы, которая там шастает, есть охранник, почти как у вас. Он ездит на деревянной повозке с колесами и не только понимает речь, но и разговаривает! — Толстяк с поклоном боязливо сделал шажок назад и громким шепотом, неуверенно заикаясь, продолжил: — Мне даже показалось, что это говорящее растение там главное!
Юфимия прищурила глаза и задумчиво покачала в руке бокал, глядя, как по стенкам растекается золотисто-коричневый напиток.
— Что-то мне кажется, ты заврался, хотя... — она перевела взгляд на сжавшегося и испуганно замершего мужчину, — я, пожалуй, посмотрю, что там происходит. Где, ты говоришь, объявились эти нарушители границ моей собственности?
— Где точно — сказать не могу, но сейчас они у Зеркального озерца. И еще, госпожа, — он осмелился опять сделать пару шажочков к креслу, в котором расположилась мадам, — с ними говорящий серый зверь, который ловит рсмуров, и они все общаются с мерзкими насекомыми, от которых мы не можем избавиться.
— Хм… Даже так? — Сморщенное личико дамы сложилось в гримаску и стало напоминать засушенную мордочку летучей мыши в седом парике. — Что ж, возможно, из этого удастся извлечь какую-то выгоду. Только надо узнать, как они попали на остров и кто их подослал. Пусть юристы будут наготове. Тот, кто затеял со мной эту странную игру, очень пожалеет! Альданские всегда побеждали в тяжбах, ибо это приносило прибыль! Ступай и не порти мне вечер своей глупой физиономией!
Клостус, пятясь, покинул библиотеку, а женщина, поставив бокал, сложила пальцы в замысловатую фигуру, шепча при этом какую-то гортанную тарабарщину.
Казалось, в помещении сгустились тени, огонь в камине прижался к поленьям, вместо того чтобы рваться вверх к дымоходу, задорно рассыпая искры. Перстни на пергаментно прозрачных и тонких, как паучьи лапки, пальцах старухи заискрили, переливаясь и светясь, формируя над кофейным столиком небольшой овал магического зеркала.
— Посмотрим, что там творится. Надеюсь, летающие твари залегли в своем гнезде и не исказят мне картинку своей недомагией.
Серебристая темнота зеркала сменилась картинкой ночного леса с шорохами и звуками, со звездами в черноте неба и блеском озерной глади.
— Куча веток и листьев с кем-то внутри, колючее растение на повозке и нечто мохнатое в кустах, поедающее предположительно рсмура. — Альданская с недоумением разглядывала обещанных нарушителей. — Тот, кто их отправил, или совсем туп, или решил от них избавиться. Хотя выводы, пожалуй, делать рано, надо понаблюдать. К тому же странно, что они не рванули к бунгало искать наследственный камень управления. Если уж решил захватить чужое, то делай хотя бы это. Ничего у них не выйдет, конечно, но может получиться хорошее развлечение. И возможно, удастся решить мою проблему руками этих идиотов, или что там у них. В обмен на их жизнь и свободу, разумеется. Теодор! Четлик! Завтра у нас после обеда намечается прогулка, думаю, будет весело.