Дело Гронского (СИ)

— Арсений Игоревич, вас беспокоят из канцелярии императора Михаила Павловича. Вы получили автомобиль?
— Да, получил. Передаю сердечную благодарность императору за этот подарок.
— Простите, но это ещё не подарок, а всего лишь компенсация за ту машину, которую вы потеряли из-за беспорядков. А что касается подарка, проверьте баланс вашего счёта.
Бежать прямо сейчас в банк не было возможности — через пару часов должно состояться торжественное открытие восстановленной академии, на котором должен был оказаться сам император. Зато есть возможность позвонить и узнать состояние баланса.
— Добрый день, Арсений Игоревич! — прозвучал в динамике вежливый женский голос, когда от меня поступил звонок. — Наши артефакты отмечают, что вы несколько взволнованы. У вас всё в порядке?
— Да, я в полном порядке, — поспешил я заверить девушку-оператора, а сам удивился тому, насколько большие возможности могут давать артефакты. Могу ли я узнать состояние своего счёта?
— Четыре минуты назад на ваш счёт поступил перевод в размере десять миллионов рублей с личного счёта императора Михаила Павловича, — голос девушки звучал немного удивлённо, и было отчего. Не каждый день приходится озвучивать такие суммы, тем более, от таких адресатов. — К переводу было добавлено примечание. Озвучить его?
— Будьте так любезны! — попросил я девушку.
— «Выбор подарка вызвал у меня затруднение, поэтому я решил отправить деньги. Предоставляю возможность самостоятельно решить, куда их направить».
— Благодарю, — ответил я и отключил звонок.
Десять миллионов! Да за такие деньги можно купить себе катер и бороздить просторы Арктики, или организовать экспедицию на несколько месяцев. Куда мне тратить такие деньги? Хотя, хорошо, что они у меня есть, а куда их направить — это уже другой вопрос. К слову, у меня есть отличная помощница в лице жены. А уж девушки всегда найдут куда потратить деньги, у них к этому талант. Я ведь могу даже не подозревать, как сильно не хватает штор в гостиной, насколько удобнее спать на новой мягкой кровати с ортопедическим матрасом и как тепло ходить по мягким коврам. А насколько светлее может быть в комнате, если повесить новую люстру с тремя лампочками? Да, пожалуй, даже десяти миллионов может оказаться недостаточно, если развернуться на полную.
— Арс, ты где? — крикнул Кеша и застыл, заметив меня возле машины.
— Да, Кеша, это именно то, что ты подумал. Жизнь понемногу возвращается в прежнее русло. Мы теперь будем ездить на работу, а не ходить пешком.
— Отлично, — пробормотал Уваров, всё ещё отходя от потрясения. — Я зачем пришёл, там всё начинается…
— Идём скорее, что же мы стоим? Нас ждать не будут!
Кеша посмотрел на меня, всем видом пытаясь сказать, что именно поэтому он и пришёл меня звать, но промолчал и поспешил следом за мной. В актовый зал мы успели буквально за пару минут до начала торжественного собрания. Сейчас здесь были все студенты, которые решили продолжить обучение, преподаватели и почётные гости. Разумеется, самым важным гостем на этом празднике был сам император.
Его Величество Михаил Павлович выступил перед полным залом, а рядом стояли люди из числа телохранителей: ратник, предсказатель, целитель и артефактор.
— Дамы и господа! Почётные гости, преподаватели, студенты! С особой радостью объявляю о восстановлении Арктической академии! Ваши выпускники и студенты не раз доказали на деле, что являются щитом империи на Севере и готовы отстаивать безопасность государства.
Бурные аплодисменты встретили речь императора.
— Я считаю, что нужно поддержать молодых людей, которые ставят перед собой цель защищать Заполярье. Отныне обучение в Арктической академии станет бесплатным для всех студентов, а заработная плата преподавателей возрастёт в полтора раза. Понимаю, что это крупная сумма, но вам не стоит беспокоиться об этом. Финансирование академии будет осуществляться напрямую за счёт государства. Однако, это не значит, что в ряды академии будут принимать всех подряд. За приём квалифицированных студентов отвечает приёмная комиссия во главе с Арсением Игоревичем Чижовым, а за прилежной учёбой будут вести контроль преподаватели под руководством Петра Николаевича Аверина…
  
Я слушал о планах на академию, а сам прокручивал в памяти события последних лет. Сколько всего мне довелось пережить в этих стенах и за их пределами! От неопытного новичка, который попал в чужой мир, я превратился в сильного таланта и востребованного специалиста, а моё имя известно далеко за пределами Мурманска и губернии. От размышлений меня отвлекли слова императора:
— Теперь, когда с официальной частью мероприятия покончено, предлагаю перейти к самому приятному — наградам. За верную службу и защиту интересов государства медалями «За заслуги перед Империей» награждаются преподаватели и студенты академии…
Дальше император принялся зачитывать фамилии, а мы поднимались с места, выходили к Михаилу и получали награду из его рук. Мы с Кешей обновили ступени своих медалей, но были и те, кто получал награды впервые. Так, свои первые медали получили Арина, Лёня Аксёнов, Лада Эдлин, Мира Наумова и ещё около сотни человек. Посмертно наградами «За мужество» были отмечены семьдесят два студента и четверо преподавателей. Их память мы почтили минутой молчания. Если я правильно помню, это самое массовое награждение медалями такого уровня за последние годы.
— Как бы не обесценить значимость медали, — шепнул мне Кеша, стоявший рядом со мной.
— Брось, — осадил я товарища. — Мы все знаем какие трудности нам пришлось преодолеть. Каждый из награждённых отличился и заслужил право быть отмеченным. А что до их количества, лучше пусть больше не будет поводов выдавать их снова.
По окончании мероприятия император отправился возлагать цветы к памятнику «Защитникам Заполярья», а мы направились в кабинеты на первое занятие после долгого перерыва. Начинать эту неделю мне предстояло с занятия у второго курса.
— Арсений Игоревич! — воскликнул Аксёнов, когда я вошёл в аудиторию, и мгновенно переместился ко мне, а затем меня облепили и все остальные студенты.
Как же приятно было видеть их в стенах академии! Что ни говори, а каждый выпуск особенный, но этих ребят я запомню навсегда. Жаль только, что за университетской партой больше никогда не будет сидеть Исидор Волков, Гордей Слуцкий, Ефим Белкин, Клим Мадьяров… Сколько ещё ребят погибнет, выполняя свой долг? Конечно, я могу уйти из академии и наверняка смогу реализовать себя в жизни, но разве я имею право оставить этих ребят? Я просто обязан работать с ними и максимально подготовить, чтобы повысить их шансы на выживание в такой суровой и опасной местности, как Арктика.
— Друзья, начинаем! Я подсмотрел несколько интересных тактик, и хочу поделиться с вами. Но сначала разберём их в теории…
Как же здорово проводить занятия, особенно, после такого длительного перерыва! Я даже не заметил, как прошла пара, а студенты были не против продолжать. Но меня уже ждал первый курс, поэтому пришлось закругляться. Между собой мы договорились, что возобновим занятия на факультативе и работу волонтёрского движения, но немного позже, когда разберёмся с насущными проблемами.
Уже вечером мы с Кешей встретились на выходе из академии. Я ждал артефактора в салоне машины, потому как уже здорово похолодало, и торчать на улице не было никакого желания.
Уваров примчался бешеный, его зрачки были расширены, и он дышал так, словно за ним гнались гончие псы. Всё указывало на то, что в гениальную голову Кеши пришла очередная блестящая идея.
— Арс, я придумал! — воскликнул артефактор, шлёпнувшись на пассажирское сидение рядом со мной.
— Выкладывай! — спокойно произнёс я, понимая, что мне всё равно не отвертеться от длинной лекции, которая вполне возможно растянется на всю дорогу домой.
— Существуют ведь одноразовые защитные артефакты, верно? — начал Кеша, на что я утвердительно кивнул. — А почему бы не сделать такие же артефакты, только с другими свойствами? Мы ведь можем позволить любому человеку, даже не владеющему талантом, почувствовать себя стихийником, ратником или целителем.