Дело Гронского (СИ)

— Паша, а ты так и не научился смотреть опасности в глаза и прячешься, как крыса! — произнёс я, а Медин вздрогнул и повернулся ко мне.
— А ты не подумал, что нет смысла рисковать головой, когда можно заманить вас в западню и перебить без особых усилий? — ухмыльнулся стихийник.
— Все твои дружки уже мертвы, так что западни не получилось. А ты не дёргайся, иначе придётся тебя пристрелить.
— Попробуй! — выпалил Павел и направил на меня пистолет, но я оказался быстрее. Два выстрела прозвучали как один, вот только вокруг Медина образовался энергетический щит, который принял на себя обе пули. Ничего себе! Артефакторы здорово постарались, чтобы создать такую защиту. Интересно, а третью пуля эта штуковина выдержит? Проверять не хотелось, потому как я уже перекатился от плечо и отодвинулся от края крыши, а возвращаться на эту огневую позицию было глупо — Медин наверняка ждёт, когда я высунусь, чтобы выстрелить. Такого энергетического щита у меня нет, поэтому придётся разыгрывать запасной вариант.
Трофейную гранату, отобранную у напарника Яковлева, я берёг до последнего. Рассчитывал использовать, когда мы вернёмся обратно на свой участок, но придётся пустить в ход сейчас. Осторожно выдернул чеку и швырнул так, чтобы она аккурат угодила в центр кузова. Снизу послышался сдавленный возглас и отборное ругательство, по днищу кузова застучали тяжёлые шаги, а затем на всю округу прозвучал взрыв.
Я перепрыгнул на соседнюю крышу и только теперь осмелился посмотреть на то, что происходило внизу. По всей видимости, Павел пытался выпрыгнуть из кузова, чтобы избежать смертоносных осколков, но не успел. Взрывной волной его тело вышвырнуло вон, а тело изрешетило осколками. Медин лежал на животе, уткнувшись лицом в грязь, а от его тела во все стороны расплывались алые пятна.
— Вот и встретил ты свой конец, а ведь судьба могла сложиться совсем иначе, — произнёс я, спускаясь на землю.
Артефакт Медина оплавился и пришёл в негодность, поэтому я забрал пистолет, надорванную пачку с патронами и наградной кортик с гравировкой. На лезвии красовалась надпись: «Павлу Медину от дома Беловых за верную службу». Что же, пусть побудет у меня. Возможно, сегодня он мне ещё пригодится.
— Вы справились? — поинтересовался Кеша, вынырнув из-за гаражей. — Сюда идёт ещё один отряд. Нам лучше поторопиться, иначе нарвёмся прямо на них.
— Много их?
— Точно не скажу, но десятка два будет!
— У меня есть идея получше. Встретим их здесь!
Тела поверженных врагов мы расставили по округе, чтобы они хоть отчасти бросались в глаза. То рукав торчит из-за угла гаража, то ботинок видно из-за поленницы, то чья-то макушка торчит из-за кузова. Пусть думают, что нас много и поражают ложные цели. Сами мы расположились на крышах, чтобы получить преимущество в высоте. Пока пытался застать Медина врасплох, я успел оценить прелесть такой засады. Лишь бы только поблизости не оказалось снайперов врага, иначе нас перещёлкают, как семечки. Хотя, где им тут взяться? Во всей округе нет ни одного достаточно высокого здания, а сами гаражи обнесены высоким забором и деревьями. Пусть они давно скинули листья, но обзору здорово мешают.
Кеша не обманул, когда говорил о размере отряда. На территорию гаражей заходило двадцать два человека, но не все они были талантами. Впереди шагали шесть человек без таланта. Я чувствовал это на ментальном плане. Как же мерзко со стороны талантов! Нет бы использовать свои силы, чтобы защитить союзников, наоборот, они прикрываются ими, словно живыми щитами! В этом вся суть сторонников Владислава — жить хорошо за чей-то счёт.
Те, что были в середине цепочки, однозначно владели талантом. Среди них было трое артефакторов с энергетическими щитами, парочка стихийников и кто-то ещё. Скорее всего, целители. Учитывая, что наше присутствие до сих пор не раскрыли, всё-таки нам здорово повезло, и предсказателей среди них нет. Замыкали цепочку простолюдины. Разумеется, эти подлецы поставили их в хвост для того, чтобы обезопасить себя со спины. Жаль этих людей, но какие у нас варианты?
  
Я встретился глазами с Кешей, который расположился на крыше через два гаража от меня и показал, что нужно атаковать тех, что в центре. Подходящий момент выдался буквально через пару секунд. Первые бойцы заметили торчащий ботинок Яковлева и остановились. В это же мгновение бойцы открыли стрельбу и бросились врассыпную в поисках укрытия, но мы этого ждали. В первые же секунды боя нам удалось вывести из строя обоих стихийников и всех целителей. Артефакторов решили оставить напоследок, потому как пробить их защитные экраны не так-то и просто. Мы бы просто потеряли драгоценное время.
Пока наши противники расстреливали укрытия мертвецов, мы сокращали численность их отряда. За минуту боя на ногах осталось меньше половины. Пусть многие пытались скрываться за стенами гаражей, сверху их было всё равно хорошо заметно.
— Они на крышах! — заметил один из артефакторов.
И вот тут нам стало туго. В нас полетели гранаты, а высунуться для выстрела просто не представлялось возможным. Когда одна из гранат упала на крышу рядом со мной, я остановил время и швырнул её обратно. Выиграл всего три секунды, но они стали решающими. Граната упала рядом с одним из артефакторов, и он навсегда выбыл из строя.
— Сдавайтесь, сопротивление бесполезно! — закричал я, меняя позицию. Если прилетит ещё одна граната, сил, чтобы остановить время, у меня уже нет.
— А что с нами будет? — послышался голос снизу, но тут же утонул за серией одиночных выстрелов.
— Если кто решил предать своего императора, скажите сразу, я вас прикончу, как и этого труса! — проревел один из артефакторов. Ответом ему стали выстрелы. Мы даже не вмешивались в перестрелку, наблюдая за происходящим со стороны. Очень хотелось помочь в устранении обоих талантов, но они скрывались так, что с наших позиций в них было не попасть. Через пару минут стрельба стихла, а из укрытия вышел человек с поднятыми руками.
— Не стреляйте! — взмолился он. — Нас всего семь человек осталось. Если вы даёте слово, что нам сохранят жизнь и не отправят умирать на рудники, мы готовы сложить оружие и сдаться на милость победителей!
— Слово дворянина, что мы сохраним вам жизнь! — крикнул Уваров.
— Простите, сударь, но слово дворянина для нас значит меньше, чем увещевания торговцев на рынке. Эти тоже были дворянами, но повели нас на убой!
Мужчина кивнул в сторону артефакторов, чьи безжизненные тела лежали на земле. Кажется, пора брать инициативу в свои руки. Я поднялся и подошёл к краю крыши, не пытаясь скрываться. Да, меня могли подстрелить, но ведь и этот человек осмелился выйти, а значит, мы в равных условиях.
— Я — Арсений Чижов, исполняющий обязанности декана факультета недавно закрытой Арктической академии, участник нескольких экспедиций и человек, который всегда держал своё слово. Я обещаю, что если вы сложите оружие, лично заступлюсь за вас и буду ходатайствовать о помиловании перед истинным императором Михаилом Павловичем.
— Это нам годится, — согласился мужчина и махнул рукой. — Выходите, ребяты, хватит на наш век кровопролития!
Мужчина не обманул, их осталось всего семеро. Грязные, уставшие, некоторые даже были ранены и нуждались в помощи целителей. Хотя, мы были такие же! Битва шла уже полдня и силы были на пределе.
Победа не далась нам легко. Я едва дышал, каждый вдох отдавался дикой болью в груди. Кажется, в суматохе боя я даже не заметил как пуля угодила мне в бок, но спас нагрудник. Силы были на исходе, и максимум, на что приходилось рассчитывать — остановка времени на пару секунд, но что это может изменить в глобальном плане? Кеша выглядел ещё хуже. Раненая ещё в начале сражения рука теперь плетью безвольно свисала вдоль тела. Арина порвала на лоскуты рубашку на одном из поверженных врагов, чтобы сделать перевязь.
— Доберёмся до лазарета, там сделают лучше, — пообещала она, но Уваров лишь отмахнулся.
— Если мы ещё доберёмся туда! Линия обороны прорвана. Слышите? Наши ребята бьются уже на территории ремесленного района. Нам остаётся только ударить врагам в спину и попытаться оттянуть неизбежное.