Дело Гронского (СИ)

— Не торопитесь тратить силы, нас пока пробуют на прочность! — скомандовал я, устроившись возле баррикады.
Наши противники особо не спешили. Некоторые залегли прямо на дороге и пытались перебраться в более безопасные места. Другие искали спасения в окрестных домах. В скором времени эти хлипенькие на вид домики стали надёжным укрытием для стрелков.
— А вот и сюрприз! — выпалил Кеша и зажал несколько кнопок на устройстве, отдалённо напоминающем пульт управления.
Два взрыва прозвучали одновременно, а ближайшие к нам строения сложились, словно карточные домики. Не представляю как можно было выжить в таком кошмаре.
— Теперь они дважды подумают, прежде чем скрываться в домах! — воскликнул Уваров.
— Ты что, успел заминировать все дома?
— Нет, только эти два. Но ведь наши гости об этом не знают!
Первая волна захлебнулась. На руинах домов остались две дюжины врагов, которые не давали нам расслабиться, а остальные отступили, чтобы собраться с силами и атаковать снова. Когда шведы снова пошли в атаку, я заметил среди них ушкуйников. При огромной поддержке стрелков они смогли закрепиться и подобраться вплотную к нашим укреплениям
— Исидор, готов? Как только они возьмут первую линию укреплений, а последний наш боец окажется на второй линии, используй талант!
Волков кивнул, давая понять, что принял мои слова к сведению и сделает всё как нужно. Мы не стали терять людей, а отступили на заранее подготовленные позиции, которые всё это время готовили наши ребята. Как только ушкуйники перемахнули через баррикаду, Волков использовал талант. Человек шесть запаниковали, бросили оружие и заметались, с остальными мы сошлись в ближнем бою. Шведы, которые должны были обеспечить огневую поддержку нашим врагам, замешкались.
— Артефакторы, щиты! Стихийники, проморозьте их хорошенько!
Враги столкнулись с жёстким сопротивлением и замерли. Я остановил время и расстрелял двоих оборотников, которые обошли Кешу со спины и опасно приблизились. Аксёнов взял Настю и Никитского за руки, переместился метров на двадцать в сторону, чтобы ударить с фланга и обратить шведов в бегство. Побитые и израненные ушкуйники вынужденно отступили, но я понял истинную причину их отступления лишь немного позже, когда по нам начала бить корабельная артиллерия. Двух бойцов посекло осколками, ещё у одного в ноге застряли щепки от разбитой баррикады, куда угодил снаряд.
— Всем в укрытия! — скомандовал я, понимая, что баррикады и хлипкие домики вряд ли защитят нас от тяжёлой артиллерии.
— Арсений Игоревич, это уцелевший эсминец вернулся! — доложила Шилова. Девушка запустила Клювика в воздух и следила за тем, что происходит вокруг.
— Жаль, не добили! — раздосадовано произнёс Кеша.
— Брось, мы и так сделали всё, что могли, — успокоил я друга. — Пусть наши ребята разбираются.
С берега по кораблю заработали пушки. Наша батарея смогла пристреляться и накрыть эсминец, после чего обстрел прекратился, но стоило нам выбраться из укрытий, появилась новая опасность — в воздухе замаячили летяги. Эти юркие штуковины не только разведывали обстановку, но и сбрасывали нам на головы небольшие бомбы, которые могли стоить жизни любому из нас.
— Доставайте «Ирбисы»! — скомандовал я, скидывая с плеча ружьё. Вот и пригодилось нам дальнобойное оружие. Выцелить летяг оказалось не так-то и просто, ещё и противник активизировался и снова решил испытать нашу оборону на прочность.
— Волков отдыхает, Эдлин приготовиться! — скомандовал я, оценивая состав наступающей волны.
Под шквальным огнём наши противники всё-таки смогли захватить баррикады. Во многом им помогли артефакторы, закрывавшие сразу по два таланта своими энергетическими щитами. Как только ушкуйники оказались внутри, завязался бой.
— Лада, сейчас!
Эдлин не подвела. Девушка заранее концентрировалась, и как только её помощь понадобилась, выдала мощную ментальную атаку по площади. Потухли энергетические щиты, замерли стихийники, которые оказались не в силах выдать разрушительные атаки, с недоумением застыли оборотники, которым не удалось сменить облик. А в следующее мгновение их начали бить.
  
— Арсений Игоревич, патроны на исходе! — пожаловался Белкин.
— Разберёмся! — отмахнулся я от уника и помчался к троице противников.
Замедлил время и расстрелял их практически в упор, но на пути стала новая группа. Сколько же вас тут? Пистолет дал осечку, и я отбросил его в сторону. Пока мои противники не могут использовать талант, у меня есть шанс. Нырнул под рукой ближайшего ко мне бойца и точно ударил в висок, а затем с ноги ударил в солнечное сплетение, чтобы наверняка вывести его из строя. Второй оказался куда крепче. Если бы не замедление времени, я бы не смог его победить так быстро, а вот с третьим возникла проблема. Действие таланта Лады завершилось, и ушкуйник снова обрёл возможность использовать талант. Его тело покрылось густой шерстью, а во рту выросли острые клыки.
— Р-рар! — оборотник прыгнул в мою сторону в надежде сбить с ног, но я кувырком ушёл в сторону и немедленно вскочил на ноги. Талант давал мне отличное преимущество и позволял сводить на нет все скоростные атаки врага. Другое дело, что я трачу свой талант не самым подходящим образом. Мои силы могут пригодиться для более важных целей.
Оборотник ещё только развернулся для нового прыжка, а я поднял с земли оброненный кем-то из ушкуйников «Тур» и несколько раз выстрелил. Да, сейчас было не до дуэльных поединков. Это бой, в котором нам нужна победа с наименьшими потерями.
Расправившись с последним врагом, я обернулся и увидел, что меня уже взяли на прицел. Я только успел прикрыться рукой и замедлил время. Энергетический щит, установленный Уваровым в мои часы, автоматически раскрылся и принял на себя пулю, но больше на него рассчитывать не придётся. Я рухнул на землю и собирался выстрелить в ответ, но мой враг уже рухнул на землю с разорванным горлом, а наш оборотник уже мчался к другой цели. Всё произошло настолько быстро, что я даже не успел понять кто это был.
От грохота заложило уши, и я невольно пригнулся, потому как обломки полетели во все стороны. В баррикаде образовалась огромная брешь в пару метров шириной, а в ней показалось огромное нечто.
— Голем! — закричал Уваров, первым заметивший странное существо, и только после этого я понял с чем мы столкнулись.
Мне приходилось слышать о таких созданиях только на парах по развитию таланта у Гронского. Бывают такие уники, которые могут вдохнуть жизнь в неодушевлённые предметы. Мало того, они могут создавать живых существ, комбинируя эти предметы. Вот такая тварь из каменных, деревянных и металлических обломков подчинялась приказам уника и противостояла нам, и у меня совершенно не было идей как ей противостоять. Пули из «Тура» и «Ирбиса» ничего не сделают этой махине, ратники попросту сломают кости, пытаясь её разбить.
— София, лёд! — скомандовал я, заметив в поле зрения Серафимову.
Девушка исполнила приказ и попыталась приморозить монстра, но он с лёгкостью вырвался из ледяных оков. Правда, несколько его досок и камней оказались приморожены к земле. А это идея!
— Стихийники, ко мне! — приказал я, отходя подальше от смертоносного голема. — Остальным заняться другими врагами и не трогать эту чудовище.
Рядом со мной собрались все четверо стихийников, которые поочерёдно примораживали голема. Шаг за шагом он терял элементы конструкции, но продолжал упрямо двигаться вперёд. Ещё немного, и он загонит нас в угол. Слуцкий не послушал меня и бросился в атаку. Его мощный удар выбил кучу щепок из тела голема, но не принёс ожидаемого результата. Гордей вскрикнул от боли и схватился за изувеченную руку.
— Слуцкий, прочь! — скомандовал я, но было слишком поздно. Голем задержался всего на пару мгновений, чтобы повернуться к обидчику и втоптать его в землю. Я мог бы отмотать время назад, но какой в этом смысл, если Гордей поступит в точности также? Нет, пусть реальность идёт своим чередом. Так будет справедливее перед теми, кто ещё жив. Зато теперь стало понятно как использовать свой талант с большей пользой. Огромные руки голема уже тянулись к нам, чтобы схватить и раздавить, когда я отдал новый приказ.