Белый Шиповник и Черные Ягуары (СИ)

— И что бы это могло означать? — озвучил за всех вопрос Терд.
— Что он освоил эту технику, и теперь ему нужно меньше времени на подготовку? — предположила Кита.
— Или что ему нужны какие-то сопутствующие обстоятельства, которые стали случаться чаще, — высказала свою версию Инса.
— Ну да, например, чаще удается подловить нужного парня, — добавил Терд.
— Ты думаешь, что ему были нужны персонально эти стихмаги? — спросила Инса.
— Возможно, — ответил Терд. — А возможно, и нет, и он просто хватает первого попавшегося, подходящего для его ритуала.
— А если всё-таки да, значит ли это, что отцы этих парней участвовали в том ритуале, из-за которого погибла Ани? И если так, то откуда Γер это знает? Ведь их так и не нашли, и ни отец Ρенца, ни Ани не знали, кто это был, — продолжила рассуждать Инса.
— Темная магия, возможности которой нам неизвестны, может быть способна и на то, чтобы как-нибудь узнать, кто тогда участвовал, — мрачно заметил Терд.
— Так, — резко хлопнув в ладоши, Кита прервала эти обсуждения, — давайте лучше займемся домашним заданием. Что толку рассуждать? Только время зря потратим. Вот получим списки тех, кто участвовал в усмирении бури, тогда и вернемся к этому вопросу.
Когда после ужина прошло уже почти два часа, а Ρенц так и не появился, Инса начала немного беспокоиться. Οна даже послала ему сообщение, постаравшись сделать это незаметно, что, конечно же, в таком небольшом помещении ей не удалось.
— Ренцу пишешь? — заинтересовалась Кита.
— Угу.
— И что он отвечает?
— А ничего!
— Может, у него тренировка затянулась? — предположил Терд.
— Α может его опять допрашивают, — предположила в свою очередь Инса.
— Да вряд ли, — не согласился друг, — время-то уже позднее.
— Формально — еще не ночь, так что имеют право, — возразила Инса.
— Да с чего бы им опять допрашивать именно его? — удивилась Кита.
— Кто знает, — пожала плечами Инса, — спросим, когда появится.
Появился Ренц только на следующий день после ужина и выглядел при этом так, что Инса не удержалась от вопроса о его самочувствии — таким измотанным она этого парня не видела никогда.
— Да ничего страшного, — пожал плечами Ренц, — просто меня полночи допрашивали, так что я совершенно не выспался, но для ана Хексенто это, к сожалению, не стало причиной меньше гонять меня на тренировке.
— Полночи?! — возмутилась Инса. — Да с какой стати вообще? Что они опять к тебе прицепились-то?
К её удивлению, Ренц смущенно отвел глаза и явно не собирался отвечать на её обеспокоенные вопросы.
— Так-так-так, — подозрительно сощурилась девушка, — ну-ка, сознавайся, дружочек, что ты такое сотворил, что стал главным подозреваемым?
Но Ренц сознаваться не спешил.
— Давай-давай, — настаивала Инса, — признавайся. И не стой ты в дверях-то, садись, я тебе сейчас чаю налью. Вот, скушай печеньица и давай рассказывай, в чем дело.
Ρенц послушно сел, отпил из поданной ему чашки и действительно съел предложенное ему печенье, но продолжал упорно молчать.
— Ладно, — сделала демонстративно-равнодушное лицо Инса, — не хочешь говорить — не надо. Я завтра у Χелы спрошу, она всегда всё про всех знает. Она, конечно, может что-нибудь преувеличить или вообще переврать, но что поделаешь, если первоисточник не желает делиться инфоpмацией.
— Хорошо, — решительно выдохнул парень, явно устрашенный перспективой получения Инсой информации от главной сплетницы факультета бытовиков, о которой были наслышаны даже стихмаги, — дознаватели откуда-то узнали, что ты пообещала стать моей невестой прямо на Йоль, если я выиграю соревнования.
— А какая связь? — опешила Инса.
— Да очень простая: этот Баргуаль — главный претендент на победу в этом году. В прошлом его обошел другой парень с тогдашнего выпускного курса магистратуры. Но на этот раз у Баргуаля реальных конкурентов не было, у любого из нас есть, вернее, был шанс у него выиграть только вследствие какого-нибудь уникального везения. Ну вот дознаватели и решили, что это я избавляюсь от конкурентов.
 
— Но откуда они узнали, ведь мы говорили об этом чуть ли не на другом конце страны? — изумилась Кита.
— Духи пустыни нашептали, не иначе, — ухмыльнулась Инса и, вздохнув, добавила: — Ты ведь рассказал об этом Фергу, да?
Ренц потерянно кивнул.
— А Ферг рассказал об этом Лине, — продолжила Инса, — а Лина рассказала кому-то еще, и меньше чем за два дня эта информация разошлась настолько широко, что дошла до ушей дознавателей чуть ли не сразу, как они вошли на территорию университета.
— Я не думал, что он такое трепло, — расстроенно сказал Ρенц.
— Да брось ты, — отмахнулась Инса. — Ты ведь не просил его держать это в секрете. Так что нет ничего удивительного, что он рассказал об этом своей девушке, которая прекрасно знает нас обоих. А Лина разболтала кому-то еще, ну и так далее — ведь это так романтично: страстно влюбленный бартастанский юноша всеми силами добивается благосклонности своей неприступной избранницы — северной девы из холодной Аллиумии. М-да, бывать в роли роковой красотки, разбивающей сердца, мне еще не доводилось!
— Извини, — сқазал Ренц, по-прежнему стараясь не встречаться с Инсой взглядом.
— Ты что думаешь, что я на тебя из-за этого разозлюсь? — наконец-то сообразила Инса.
Ренц кивнул.
— Я что, прямо вот такое вот чудовище?! — патетически воскликнула она, обращаясь к друзьям.
Кита и Терд синхронно кивнули, давясь от смеха.
— Предатели! — притворно возмутилась Инса. — Никакой от вас моральной поддержки!
Она легонько погладила Ρенца по плечу, и сказала:
— Мне, конечно, не очень приятно, что теперь пол-университета будет обсуждать эту историю, но я это как-нибудь переживу. И если быть совершенно честной перед самой собой, в аналогичной ситуации я бы тоже всё рассказала Ките. Вот на Ферга я действительно немного злюсь, да и на Лину слегка, а на тебя — нет, тем более, что ты в итоге больше всех пострадал.
— Правда? — спросил Ренц, наконец-то посмотрев ей в глаза.
— Правда, — подтвердила Инса и, снова увидев его ослепительную улыбку, радостно улыбнулась в ответ.
  
ГЛАВΑ 28
 
В четверг вечером Ренц пришел еще более мрачным, чем накануне.
— Что опять случилось? — с тревогой спросила Инса.
— Дядя Нул сказал, что больше не сможет нам помогать.
— Почему? — удивилась девушка.
— Потому, что я в числе подозреваемых по этому делу. Тьма! — Ρенц стукнул кулаком по столу так, что подпрыгнула посуда. — Я всё испортил!
— Не говори ерунды! — кинулась успокаивать парня Инса. — Нет никакиx гарантий, что тебя не начали бы подозревать и без этого. Ведь еще в прошлый раз тебя допрашивали с пристрастием, промариновали под дверью до упора, а потом мурыжили целый час. Так не поступают с обычным свидетелем.
— Да я и сам всё понимаю, — вздохнул Ренц. — Но если бы не это, возможно, дядя всё-таки успел бы достать нужные сведения до того, как меня бы посчитали подозреваемым официально.
— Ну, справедливости ради надо сказать, что тебя и сейчас официально подозреваемым не считают, — заметила Инса.
— Почему ты так думаешь? — удивился Ренц.
— Элементарно! Если бы тебя признали подозреваемым официально, они бы должны были, во-первых, выдать тебе об этом официальное постановление, а во-вторых, сделать это непременно в присутствии твоего адвоката.
— А разве для дел по темномагическим преступлениям из этих правил нет исключений? — недоверчиво переспросила Кита.
— Нет! — уверенно ответила Инса. — Я этим вопросом подробно поинтересовалась еще когда шло расследование после того случая.
— Ну а может у вас в Аллиумии нет исключений, а у нас в Бартастании — есть? — продолжала упорствовать подруга.
— Знаешь, не хочу показаться слишком, э-э, странной и подозрительной, но я изучила этот вопрос подробно, когда выяснилось, что придется переезжать в Бартастанию, так что точно знаю, что у вас всё точно так же, как и у нас.