Фенрир. Тетралогия

– Да не нужно было…
– Думаешь, стоит его подкормить, чтобы на зиму не улетел в тёплые края?
– Даша, завидуй молча!
Она снова повернулась к Саиду с неловкой улыбкой:
– Извини за это… Просто я же знаю, что ты сидишь весь вечер в тачке, косишься на ресторан и перевариваешь все мои выходки за день… Не хочу, чтобы ты был злой и голодный.
– Детка, тащи своего красавчика сюда! Не лишай нас подобного удовольствия!
– И это приличные замужние дамы! Видели бы вас ваши благоверные!
– Ладно, я пойду… Спасибо, – улыбнулся Саид.
– Я постараюсь не очень задерживаться…
– Комендантский час отменили, веселись хоть до утра.
Ощущая на своём затылке голодные взгляды выпивших девушек, Трюкач быстро вернулся в машину в надежде, что Вика действительно не накидается, как в прошлый раз, и ему не придётся выносить её из ресторана под бурные аплодисменты подруг.
* * *
В час ночи стайка девушек во главе с невестой вылетела из ресторана с громким хохотом и заливистым визгом.
– Не до рассвета. И на том спасибо, – Саид, сдержав зевок, вышел открыть дверь для Вики. – Вечеринка удалась?
Вместо того, чтобы сесть внутрь, она упёрлась спиной в дверной проём и улыбнулась:
– Ага… И я даже не напилась!
– Ты молодец! – Трюкач усмехнулся, глядя на хмельную девушку и не обращая внимания на всё ещё раздававшиеся с разных сторон шуточки. – Едем?
– К тебе?..
– Почему ко мне?
– Может… я ещё не навеселилась? – озорные искры сверкали в соблазнительном прищуре.
– У меня нет караоке. Садись.
– Так я и не люблю петь… – Вика облизнула губы и немного тише добавила, залившись румянцем: – Я без белья… Прямо как ты любишь…
Саид снисходительно хмыкнул:
– Ух ты. Садись, пожалуйста. А то простынешь. Без белья.
– Ты такой заботливый! – рухнув на заднее сиденье, Вика расхохоталась: – Ты ведь меня пристегнёшь?..
– Разумеется… – пока Трюкач затягивал на ней ремень безопасности, Вика разглядывала его профиль с прямым носом и упрямым подбородком.
– Спасибо…
– Не уснёшь?
– Да теперь не страшно. Ты ведь уже знаешь, как открыть входную дверь. И где находится моя спальня…
Саид завис, уставившись на закусившую губу Вику:
– Но лучше бы не доводить… до этого.
– Разумеется…
* * *
БМВ остановился у дома Вики уже ближе к двум часам ночи.
– Я не уснула!
– И поэтому?.. – хмыкнул Саид.
– Мне полагается приз!
– Боюсь спросить, какой?
– Завтрак в постель!
Трюкач обречённо рассмеялся:
– Тебе не надоело?
– Не надоело что?
Он вышел из машины и открыл пассажирскую дверь:
– Доиграешься как‐нибудь.
Улыбка Вики плавно померкла:
– Ну да… Я уже не знаю, что нужно сделать, чтобы доиграться с тобой…
– Остановись. В тебе сейчас говорит алкоголь.
– Правда? А как же… что у трезвого на уме, то у пьяного на языке?.. – она медленно облизнула губы.
– Вик, ну, правда… Не надо.
– Да помню я… ваши дурацкие правила… Спокойной ночи, – обойдя Саида, Вика скользнула пальцем по панели замка и скрылась за входной дверью.
Трюкач нахмурился и поехал в конец улицы к кольцу на разворот. Но, развернувшись и немного не доехав до дома Вики, услышал пиликание телефона на заднем сиденье.
– Да блин…
Он оглянулся и понял, что она забыла один из пакетов, а телефон скорее всего выскользнул из кармана её тонкого пальто. Притормозив, Саид собрал её вещи и направился к дому.
– Бюро находок с доставкой до двери.
– Ой… Спасибо… Я бы и не вспомнила…
– До завтра.
– Э… Саид, подожди.
– Что? – он глянул на свои часы и устало вздохнул.
– Кофе не хочешь? Ну… Чтобы не зевать за рулём.
– Вик, мне действительно пора… Уже два часа ночи. Мне ещё машину возвращать на служебную стоянку.
– Десять минут. Я сварю тебе крепкий эспрессо.
– Ладно… – сил и дальше воевать с этой своевольной шатенкой у него уже не было.
– Тебе прям горький или с кислинкой?
Они прошли вглубь дома и направились в сторону кухни.
– Мне просто кофе…
– В зависимости от степени обжарки он может быть разным по вкусу.
  
– Я не настолько гурман. Свари любой.
– Ладно… – Вика проигнорировала кофемашину и достала из шкафа пухлую турку. Всыпав туда щедрую порцию молотого кофе, она добавила воду и щепотку корицы. – С сахаром?
– Да.
За корицей последовала пара ложек тростникового сахара. По комнате постепенно растёкся приятный аромат. Вика продолжала стоять спиной к Саиду, и тот с каким‐то мазохистским наслаждением разглядывал её фигуру, обтянутую голубой тканью.
«Забудь… Ты – простой телохранитель. Она – богатая клиентка. Что бы там ни говорил Илья…»
– Готово! Поможешь?
Трюкач очнулся от своих мыслей.
– А… Да.
– Чашки вон там, – Вика указала на верхнюю полку шкафчика, куда дотягивалась с трудом.
Саид подошёл к ней и легко достал две небольшие белоснежные чашки из тонкого фарфора. Опустив взгляд, он встретился глазами с Викой и с трудом сглотнул.
– Это был предлог?
– Как ты догадался…
– Слушай, это уже не смешно, честно…
– Думаешь, мне жутко весело?
Саид развернулся и, уперевшись бедром в столешницу, сложил руки на груди:
– Чего ты добиваешься? Ради какой цели вся эта… постановка?
Вика несколько секунд смотрела на пенку остывавшего в турке кофе.
– Секс на одну ночь я не практикую. А строить отношения… Ты ведь сама понимаешь, что между нами это… мягко говоря… затруднительно.
– И в чём же трудность? – не глядя на Саида, она всё‐таки аккуратно, несмотря на остатки хмеля в сознании, разлила кофе по чашкам.
– Вик, ну ладно тебе. Ты совсем не видишь? Мы из разных миров. К тому же, тут такой конфликт интересов.
– Конфликт закончится через пару суток. А разные миры не такие уж и… разные.
– Думаешь? Я в месяц зарабатываю столько, сколько ты тратишь за несколько дней, даже не заморачиваясь. И когда первая волна романтики отхлынет, а ты несколько раз услышишь мои отказы «слетать куда‐нибудь на выходные», «пошопиться по‐крупному» и прочее… Поверь, раздражение не заставит себя ждать.
– Неправда.
– Правда. Я через подобное уже проходил. И повторять не намерен. Как бы ты мне ни нравилась.
– А я сильно тебе нравлюсь?
Саид нервно взлохматил волосы:
– Нравишься.
– Для каких‐то легкомысленных трат у меня есть деньги отца. Я ведь не с кошельком хочу встречаться! А с живым добрым парнем… Которому не плевать на меня, который… честный и… искренний… И если уж мы заговорили про разницу миров, то, поверь, в моём подобных… экземпляров нет.
– Чушь.
– Нет, не чушь!
– Ну даже если… Как ты себе это представляешь? Я не смогу полноценно вписаться в твой круг общения. Я не тусовщик. Много работаю, даже в выходные. Ты хочешь сказать, что готова к обсуждению и осуждению за твоей спиной? Когда твои подружки будут подшучивать над нами? Про прикорм на зиму? Персональный стриптиз? И вот это всё? Ты же первая взвоешь через месяц.
– Да с чего ты взял, что «вот это всё» вообще имеет для меня значение? Меня вообще тошнит уже и от этих подруг, и от их гонора! Я, может быть, пытаюсь вырваться из этого круга?! Найти кого‐то… настоящего! – Вика не заметила, как перешла на крик.
– Тише… Я не скандалить с тобой хочу, а прояснить окончательно мотивы.
– Прости, – отхлебнув кофе, она вообще замолчала.
– Жизнь показывает, что принцип «с милым рай и в шалаше» срабатывает крайне редко. И в финансовом плане, и в общественном.
– Ладно. Если всё настолько принципиально в твоей упрямой голове, то… Как скажешь. И я попрошу, чтобы на замену тебя больше не ставили… Скажу вашей грозной Лере, что не справляюсь со своими симпатиями и ставлю тебя в неловкое положение.
– Прямо вот так и скажешь?.. – Саид удивлённо вскинул брови.
– А что? Не подставлять же тебя. Вдруг она подумает, что ты хреново работаешь? Мне‐то терять нечего. И бояться некого, – девушка раздражённо дёрнула плечом. – Ты не притронулся к кофе.