Фенрир. Тетралогия
– Ты мне льстишь… Я вешу пятьдесят пять, – Вика с любопытством смотрела на огромное табло с полусотней лучших результатов на треке. Два из трёх заездов попали в их список. – А тебя тут… много.
Гольф Саида мелькал в таблице не менее семи раз.
– Я тут частый гость, – он протянул запястье, и диспетчер провёл по нему сканером.
– А что это?..
– Кэшбэк. Если попадаешь в топ в своей категории, двадцать процентов от оплаты тебе возвращают. Мелочь, но приятно.
Вика молча улыбнулась и ушла в раздевалку.
* * *– Вот и покатались.
– Это было… впечатляюще. Самый необычный подарок за последние несколько лет.
Саид удивлённо вскинул бровь, но сразу же постарался исправить свою оплошность.
– Да, подарок… Ну… С Днём Рождения.
Вика хмыкнула, заметив, что он на несколько секунд замешкался после её фразы.
– Спасибо, – и пока пауза не затянулась, а её действия не казались вынужденными, она отстегнула ремни и приблизилась к застывшему Трюкачу. – Я до сих пор в шоке, – легко коснувшись его щеки ладонью, она быстро поцеловала его куда‐то в уголок губ и вышла из машины.
Но, сделав несколько шагов, развернулась и облокотилась на крышу машины, пока Саид приходил в себя. Видя его замешательство, она постучала ногтем по стеклу. Когда оно опустилось, Вика с неуверенной улыбкой спросила:
– Слушай… А есть какая‐либо вероятность того, что тебя могли бы оставить моим телохранителем на постоянной основе?
Саид медленно моргнул и ответил не сразу:
– Боюсь, что нет. Без веских причин перестановки не совершаются.
– А что считается веской причиной? Если я попрошу, ваша грозная Лера пойдёт мне навстречу?
«Только этого мне не хватало…»
– Ммм… Не уверен.
– Но попытаться ведь можно?
– Тебе не нравится твой постоянный сопровождающий?
– Мне нравится временный… – Вика жизнерадостно подмигнула ему и убежала к дому.
Саид обречённо уронил голову на руль и подумал, что теперь ему точно понадобится помощь более опытных друзей, чтобы понять, как вытащить самого себя из этой внезапной западни, которую он же и создал…
Глава 18. (Не)последний день
«Последний день. Чёрт его подери…» – Андрей стоял перед зеркалом, поправляя галстук, и прислушивался к собственным ощущениям. Но понять, рад он или не очень, почему‐то не удавалось.
«Это просто работа. Да ещё и по повышенному тарифу. На следующей неделе получу перевод и точно свалю в отпуск. А… Ещё ведь обещал отцу до Парижа домчать. Да и ладно. В отпуск можно и оттуда потом махнуть…»
Закончив со своим внешним видом, он тщательно собрал вещи, освободив выделенный ему шкаф, и с каким‐то тяжёлым чувством вышел в холл на передачу смены.
Водолей должен был приехать к вечеру, чтобы заполучить обратно свой трон. И Андрея больше всего волновал вопрос его причастности к незаконным камерам. Но Морозов чётко и однозначно дал понять, что этот пункт он решит самостоятельно.
С кухни Леи уже доносились аппетитные запахи. И она предсказуемо предложила Андрею присоединиться к ней в последний день работы. Фенрир криво усмехнулся, но не стал отказываться.
– Ты что‐нибудь слышал по поводу расследования? Выяснилось, что к чему?
– Отрывочно. Практически всё то же самое, о чём говорят в новостях.
– Ясно…
– Зато наконец‐то снимут все ограничения в городе. Нормальная жизнь, привет!
Лея неопределённо пожала плечами:
– Для большинства – да. Но меня, боюсь, теперь на полгода тут запрут…
– Не нагнетай. У тебя толпа охраны. Ну и… миссия дочери президента – демонстрировать, что у него всё под контролем. Если ты пропадёшь с социальных радаров, многие так и будут сомневаться в безопасности.
– Ага… И я снова – политический инструмент.
Андрей от неожиданности поперхнулся и несколько раз хлопнул себя ладонью по солнечному сплетению.
– Конечно, у тебя всегда есть выбор. Вопрос убедительности твоих доводов и обоснований. Быть инструментом или потребовать свою жизнь обратно. Но впадать в бездейственное уныние – даже в религиях грех.
Лея на десять секунд задержала на нём взгляд, потом молча отставила тарелку и вышла из кухни. Андрей непонимающе свёл брови, прислушиваясь к её шагам по лестнице, покачал головой и вернулся в свой кабинет.
«Ты не должна быть моей проблемой. Ни при каких раскладах… Завтра вечером сгоняю в клуб. Может, повезёт подцепить горячую девочку на ночь. Проветрить мозг, забыть. Вычеркнуть. Вернуться в свой мир, к своим правилам. Немного усилий, и всё наладится. А тебе твой папаша найдёт богатенького наследника в женихи. И ты тоже обо мне забудешь…»
Октябрь прекрасно справлялся со своей ролью, весь день поливая улицу промозглым сонливым дождём. Андрей усиленно строил планы на отдых, считал часы до конца смены и подкреплял бодрость духа горячим кофе.
Лея безвылазно пряталась в своей комнате, и почему‐то Андрею казалось, что он сильно задел её утренним разговором, но он ни капли не жалел о сказанном. Он вообще не имел привычки жалеть о чём‐либо, во что по‐настоящему верил. В том числе, в право Леи на личную жизнь. А уж как она этим правом распорядится – дело её.
Без четверти шесть Андрей заметил на камерах приближавшегося к дому Германа, подхватил свой рюкзак и вышел из кабинета.
«Свобода. Наконец‐то!»
Водолей вошёл внутрь через несколько минут, как раз в тот момент, когда Лея спустилась со второго этажа.
– Добрый вечер, – проигнорировав присутствие Андрея, он довольно улыбнулся Лее, и та неуверенно, но всё же дружелюбно кивнула.
– Как ты?
– Оправился и готов вернуться к своим обязанностям.
Наконец он повернулся к Андрею и высокомерно вскинул бровь в молчаливом приветствии. Тот саркастично закатил глаза и показал большой палец вверх:
– Удачи.
Фенрир посмотрел на Лею и смягчил выражение лица:
– Ну всё. Мой дозор окончен. 10
– Э… да. Я пройдусь с тобой, ладно?
– Как пожелаешь.
Он в последний раз прикоснулся к панели управления, и Герман сбросил все уровни его допуска к системе безопасности резиденции.
Дождь наконец‐то утих, и на улице пахло мокрой прелой листвой. Выйдя из дома, Андрей с наслаждением расстегнул пуговицы пиджака и закинул рюкзак на плечо.
– Я не хотела прощаться с тобой в присутствии Германа… – Лея шла рядом, кутаясь в объёмный мохеровый кардиган тёмно‐бордового цвета.
– Разумеется, – Андрей понятия не имел, что сказать Лее на прощание, чтобы не выглядеть идиотом. Их отношения вроде были дружескими, но несколько раз они оба чуть не перешли черту и оба признали, что хотели бы этого.
– Это твоя машина?! – Лея упёрлась взглядом в спортивный «БМВ» серо‐зелёного цвета, чем‐то походивший на огромного аллигатора, выползшего из реки.
– Ну… Да. А что?
– Просто… Просто не думала, что телохранители – настолько состоятельные ребята.
Андрей смешливо фыркнул:
– Ага, ещё скажи, что и женихи мы завидные.
– Хм… – Лея хитро улыбнулась. – Вот этот пункт мне не удалось выяснить.
Закинув рюкзак и пиджак в багажник, Фенрир повернулся к ней и пристально всмотрелся в немного печальные зелёные глаза.
– Лея…
– Спасибо тебе за всё, – она оказалась быстрее, перебив его, отчего Андрей замялся.
– Да было бы за что…
– Разве? Как минимум, за спасение моей жизни на саммите.
– А… Тогда да.
– За приятную компанию и запрещённые радости жизни… – Лея несколько раз быстро моргнула и перевела взгляд куда‐то за левое плечо Андрея.
– Послушай…
– Нет, ты прав. Моя жизнь, конечно, во многом зависит от моих решений… Хватило бы смелости…
– Глупышка, – он взял её за руку и аккуратно обнял за плечи.
Лея ни секунды не сопротивлялась и медленно выдохнула, уткнувшись носом в воротник его рубашки.
– Просто подумай хорошенько перед разговором с отцом. Найди убедительные аргументы, какие‐то болевые точки. И немного надави на его безграничную отцовскую любовь к единственной доченьке.