Соседи (ЛП)

— Нэйт, я…
— Ты! — закричал я, увидев Лиама, который стоял в углу позади Сары. Я отпустил свою дочь и отодвинул ее с дороги. — Ты ублюдок! — Я нанес два удара — один в лицо и один в живот — прежде чем полицейский с добрыми глазами удержал меня, отпустив только после того, как пообещал успокоиться.
— Мне так жаль, — произнес Лиам, потирая покрасневшую щеку, и я понял, что он даже не поднял руку, чтобы защититься от моих ударов. — Мне так жаль.
— Пошел ты, Лиам, — прорычал я. — Пошел ты, ты…
— Папа. — Голос Сары звучал тихо, тоненько. Испуганно. — Пожалуйста. — Она снова обняла меня, когда я опустил голову.
— Мистер Моррис? — Маленькая женщина в белом халате, с красным стетоскопом на шее, стояла в дверях, ее лицо было гладким, как у фарфоровой куклы. Она посмотрела на меня, Сару, затем на Лиама. — Мистер Моррис?
— Да, — прошептал я. — Где Эбби? Когда мы сможем ее увидеть?
Она подошла ко мне, ее голова едва доставала до моего плеча.
— Я доктор Хан. — Она сглотнула. — Ваша жена… я боюсь, что она получила обширную внутреннюю травму. Кровотечение оказалось настолько сильным, что мы не смогли…
— Нет, — сказал я. — Нет.
— Папа? — Сара сжала мою руку. — Папочка?
— Я старалась… Мы пытались… — добавила доктор Хан, глядя на меня. — Мне очень жаль, мистер Моррис, но ваша жена скончалась. Она…
— Нет! — закричал я. — Нет! Вы должны что-нибудь сделать. Пожалуйста. Вы же можете что-нибудь сделать?!
Доктор Хан покачала головой.
— Мне очень жаль… Она умерла.
Я видел, как Лиам протиснулся мимо всех и побежал по коридору, а Сара рухнула на пол, всхлипывая.
— Это моя вина, это моя вина, — рыдала она, ее плечи сильно тряслись. — Это моя вина.
— Ш-ш-ш. — Я опустился на колени и взял свою девочку на руки, укачивая ее и целуя в мокрую голову. — Ш-ш-ш. Это не твоя вина. Это не так.
— Да. — Сара посмотрела на меня. — Я выбежала на дорогу, папа, после… после того, как услышала их разговор, — прошептала она. — Мама сказала… она сказала… она не знает, ты ли… ты ли мой…
— Я знаю, милая, — ответил я, притягивая ее ближе, наши слезы смешивались, падая на колени. — Я знаю. Но все наладится. Все будет…
— Нет. — Ее лицо исказилось, когда она снова прошептала: — Нет, не будет, потому что, потому что…
И пока я слушал, как моя малышка рассказывает мне о Заке, крошечный кусочек моего мира, который еще не успел рухнуть, разлетелся на куски.
  
Глава 54
 
Сейчас
Нэйт
— Нэйт, — проговорил Лиам, когда я открыл дверь спустя несколько дней после смерти Эбби. — Ты один?
Я не ответил.
— Мы можем поговорить? — спросил он. — Пожалуйста.
Судя по его изможденному лицу, он спал примерно столько, сколько и я, а его глаза приобрели такой розовый оттенок, какого никогда раньше не видел. Он выглядел так, будто несколько дней не прикасался к бритве, а его одежда была сильно помятой. Но самым заметным стал блестящий синяк на его левой щеке. Мне захотелось поставить ему новый фингал с другой стороны.
Я не хотел смотреть на него, не говоря уже о том, чтобы слышать. Но у него были ответы. И они мне нужны. Я отвернулся, но оставил входную дверь открытой. Пересек прихожую, прошел через кухню, заставленную едой и другими жестами доброй воли, которые оставляли люди, мимо кроссовок Эбби, к которым я до сих пор не мог прикоснуться. Я сел, но Лиам предпочел стоять, и я смотрел, как он возится с манжетами своей рубашки.
— Сара…?
— Она пошла к Клэр. Ей захотелось выбраться из дома.
Он кивнул.
— Возможно это к лучшему. Как ты?
Из моего горла вырвалось фырканье, когда я уставился на него.
— Какое тебе, черт возьми, дело? — Я выдержал паузу. — Хреново выглядишь.
— Да.
— Я надеюсь ты и чувствуешь себя также паршиво.
— Гораздо хуже.
— Хорошо. Надеюсь это навсегда.
Он опустил глаза.
— Я заслуживаю этого. Я заслуживаю всего этого.
Я пожал плечами.
— Чего ты хочешь? Пол скоро вернется, так что для чего бы ты ни пришел, тебе лучше начать. Он будет счастлив выбить из тебя все дерьмо.
 
Лиам посмотрел на меня.
— Я хочу рассказать тебе правду, о том, что случилось.
Я рассмеялся.
— Надеешься облегчить вину?
— Это не так.
— Что ж, позволь мне избавить тебя от этой проблемы, — предложил я. — Вы с Эбби встретились в Котсуолде. Вы трах… — Я закрыл глаза, сделал глубокий вдох, затем снова открыл их. — А потом родилась моя дочь. Вуаля.
Он отвел взгляд и сглотнул.
— Только не говори мне, что есть что-то еще, — прошипел я. — Не может быть, чтобы было что-то еще.
— Мы знали друг друга раньше. До Котсуолда.
Я чувствовал, как бешено бьется мой пульс.
— О чем ты, черт возьми, говоришь?
— Мы были вместе до того, как она встретила тебя. До несчастного случая, когда… когда… — Я открыл рот в шоке или, чтобы сказать, не знаю точно, но Лиам продолжил, — когда я убил его.
— Кого? О чем ты говоришь?
Он сделал глубокий вздох.
— Том. Это я вел машину тем вечером. Это был я.
Казалось, из комнаты мгновенно высосали весь воздух. Я не мог пошевелить ни одной частью своего тела, включая губы, что лишило меня возможности сказать хоть что-нибудь. Часть моего мозга гадала, не ослышался ли я, пытаясь решить, может быть, я оказался посреди непрерывного кошмара, но Лиам заговорил снова, каждым словом отражая мою новую реальность.
— Мы с Эбби были вместе уже несколько месяцев. Мы были влю… — Его глаза метались по комнате. — В тот вечер… я встретил их возле паба, когда они уходили. Они оба были пьяны, поэтому я сказал, что поведу машину, и мы сперва отвезем Тома домой, вместо того чтобы он взял такси. — Лиам сглотнул. — Но на дорогу выбежал олень и… и я резко свернул. Я потерял управление. — Теперь он всхлипывал. — Никто из них не двигался. Я подумал, что они мертвы. И я выпил перед этим… так что… так что я запаниковал и сбежал. Я, сука, сбежал.
Прошло еще несколько секунд, прежде чем он посмотрел на меня, и ко мне наконец вернулся голос.
— Ты бросил ее посреди дороги? Бросил ее брата, застрявшего в машине? — Попытался встать, хотел ударить Лиама в живот, но мои руки и ноги все еще оставались как мертвые гири, и я знал, что рухну еще до того, как доберусь до него.
— Я испугался, — прошептал Лиам. — Однажды меня уже лишали прав. Я думал, что меня посадят. Я потерял бы работу. Я думал, что уже потерял Эбби. Но я поступил как эгоист… так чертовски эгоистично. И мне жаль. — Его глаза теперь умоляли меня. — Господи, мне так, так жаль.
— Но это значит…
— Это была не ее вина, — подтвердил Лиам. — Ни в чем из этого она не виновата.
— Господи. — Мне удалось встать, на несколько секунд я прижал ладони к лицу, чтобы комната перестала кружиться. — Я не знаю, что делать с этой информацией. Я не могу…
— Я любил ее, Нэйт, — заявил Лиам, и я заставил себя разжать кулаки, прежде чем они встретились с его лицом. — Мы собирались жить вместе, но после аварии… — Он выдохнул. — Она все равно ушла от меня. Она сказала, что не может быть со мной.
— И поэтому ты ее наказал? Позволил думать, что она убила своего брата? Какого х…
— Нет! Ты все неправильно понял. — Лиам вздохнул.
— О, пожалуйста. Ты говоришь, что любил ее! Как ты мог так поступить с ней? Как?
— Я хотел сказать ей. Но знал, что она никогда меня не простит. Если бы я сказал ей, у нас не осталось бы ни единого шанса. Я думал, что если дам Эбби время… достаточно пространства… Но потом она исчезла…
— Со мной. — Я горько рассмеялся, расхаживая по комнате. — И я заботился о ней, собирал воедино. И все эти годы, все это время, Эбби винила себя, хотя на самом деле во всем виноват был ты.
— Да, — прошептал он. — И каждый день с тех пор я хотел загладить перед ней свою вину. Я подумал, что ты должен знать. Подумал, что это поможет тебе понять, почему…