Соседи (ЛП)

— Эбби, это мой коллега, Фрэнсис Уилкинсон. Он из нашего офиса в Бирмингеме. Фрэнсис, это Эбби.
— Приятно познакомиться, — произнес он, схватив мою руку массивной лапой, по размеру больше, чем колпаки на «Королле» Оливии. — Не думаю, что мы встречались раньше. Ты новенькая?
— О, нет, — возразила я. — Лиам и я, мы…
— Мы давно знакомы, — вклинился Лиам. — Со школы.
— Ничего больше не говори, — заявил Фрэнсис. — Лиам, пока я не забыл, не могли бы мы поговорить о том брифинге, который прошел вчера? У меня есть несколько идей, которые я хотел бы обсудить с тобой.
Лиам перевел взгляд с моих глаз на Фрэнсиса.
— Хорошо. Встретимся в баре через несколько минут?
— Конечно. Приятно познакомиться, Эбби, — проговорил Фрэнсис и слегка поклонился, прежде чем уйти.
— Мне тоже пора, — заметила я. — У меня планы и…
— Эбби. — Лиам засунул руки в карман. — Я хочу сказать так много вещей. Расспросить тебя обо всем, где ты была, что делаешь.
Нет. Нет. Нет.
— Не думаю, что тут есть что рассказывать.
Он посмотрел на мою левую руку.
— Ну, я так не считаю. Встретимся выпить после ужина?
— Я больше не пью. С того…
— Конечно, конечно. Тогда, кофе, мы…
— Лиам, это не очень хорошая идея.
— Эбби, послушай, я не видел тебя целых шесть лет. Мы не можем игнорировать…
— Можем. — Я посмотрела на него, желая придать решимости своему голосу. — Иногда лучше оставить все как есть.
Он сложил руки на груди и улыбнулся мне.
— Что плохого по-твоему может случиться?
«Я бы сказала, что все еще люблю тебя», — подумала про себя, а потом с силой стукнула по этому чувству, как будто играла в «Убей крота».
— Мне нужно идти. Я опоздаю.
— Ты не можешь полностью избегать меня следующие два дня. Я заставлю тебя передумать.
— Нет, не заставишь, — возразила я и побежала в дамскую комнату, игнорируя молодую пару, которая бросила на меня затравленный взгляд, когда я протиснулась мимо них и прикрыла рот одной рукой. Я едва успела вовремя добраться до туалета, где опустилась на колени перед унитазом, отплевываясь снова и снова. И когда я уже думала, что больше не осталось ничего, это случилось снова.
Час спустя Оливия появилась в коридоре, похожая на экзотический цветок в своем струящемся разноцветном платье, которое демонстрировало многочисленные татуировки пикси и фей на ее руках.
— Ты выглядишь потрясающе, — заметила я с улыбкой, чувствуя себя намного лучше после двух стаканов воды.
— О, да. — Она лукаво усмехнулась. — Один парень попросил у меня номер.
Я рассмеялась.
— Ты здесь только час. Что ты сказала?
Она подмигнула.
— Дала ему номер моей комнаты.
— Что?
Оливия пожала плечами.
— Он одинок, я одинока. Что здесь плохого?
— Как его зовут? — Я рассмеялась, подумав, что, возможно, мне стоит познакомить ее с Полом. Хотя мир может взорваться, если их сексуальность столкнется. — Пожалуйста, скажи, что ты хотя бы узнала его имя?
— Фрэнсис, — приподняв бровь, ответила Лив. — Уилкинсон.
— Подождите секундочку, — перебила я. — Я встречала его. Большой парень, огромные руки и…
— Это он. — Ее лицо поникло. — О, нет. Он пытался подцепить и тебя? Он…
— Нет, нет, нет. — Я быстро замахала руками. — Он работает с моим старым знакомым.
— О, да? — Оливия ухмыльнулась. — И кто это?
— Не важно. Просто парень из моей школы, много лет назад. Но в любом случае, Фрэнсис показался мне милым.
Оливия кивнула.
— И симпатичный. А ты знаешь, что говорят о мужчинах с большими руками.
— Большие… перчатки? — предположила я.
— Ха! Да. — Она снова подмигнула. — И это тоже.
После прибытия остальных членов команды «Хоскинс Иншуранс» мы вдесятером расположились в ресторане на ужин. Когда принесли наши закуски — изящно расставленные башенки из моцареллы, сладких помидоров и хрустящего базилика, — в зал вошел Лиам, и мой аппетит пропал быстрее, чем вторая порция рома и колы Оливии. Он переоделся из своего делового костюма в джинсы, сшитую на заказ белую рубашку и коричневые мокасины. Его волосы были длиннее, чем я помнила, и это смягчало его резкие черты. Если бы Оливия не стояла спиной, она бы точно зарычала.
 
— Эбби, что думаешь? — спросил Бен.
— Прости, что? — Я оторвала свой взгляд от Лиама. — Я задумалась.
— Предложение Мартина по сокращению административных расходов? — хмуро уточнил Бен.
— О, я, э-э-э, думаю, это хорошо. — Бен уставился на меня, и я почувствовала, что мои уши начинают гореть. — В этом есть смысл, — продолжила я, благодарная Мартину за то, что последний месяц он хвастался своими идеями перед всеми, кто слушал. — И отправка бланков людям перед приемом тоже поможет. Особенно если у них есть электронная почта.
— Отличная идея, — одобрил Бен. — Видишь, сплочение коллектива уже работает. — Он улыбнулся. — Ну, как вам еда? И что мы думаем о… — Бен начал рассказывать о другом своем плане.
— Что случилось? — прошептала Оливия. — На тебя это не похоже — витать в облаках.
— Я думала о Нэйте, — ответила ей, желая уколоть себя вилкой в бедро за то, что использовала его в качестве оправдания.
— Ты такая лапочка. — Оливия схватила меня за руку. — Смотри, это он, — кивнула она в сторону двери. — Фрэнсис. — Я наблюдала, как крупный мужчина обвел взглядом помещение, встретился глазами с Оливией и широко улыбнулся ей. — О, я просто вся пылаю, — призналась она. — Он такой классный.
— Я тебя прекрасно понимаю. — Я посмотрела на Лиама, который разговаривал с официанткой. Восхитительная, покалывающая дрожь медленно прошла по моему позвоночнику и снова поднялась вверх.
— Оу. — Оливия подошла и похлопала меня по руке. — Ты увидишь Нэйта в пятницу.
— Да. — Я улыбнулась, продолжая смотреть. — Я увижу Нэйта в пятницу.
Мне удалось съесть половину говядины Веллингтон и жареных овощей. Но хотя десерт, красивая композиция из нежных пирожных, выглядел так, как будто мог растаять у меня во рту, я все равно отказалась от тарелки.
— Ты такая молодец, — заметила Оливия, копаясь в своих профитролях. — У тебя столько силы воли.
Я посмотрела на Лиама.
— Дело привычки. Если достаточно часто говорить себе, что чего-то не хочешь, то можно убедить себя, что это правда.
Затем последовали кофе и кальвадос, и мы все решили, что, хотя комнаты, возможно, лишь на шаг выше тюремных камер, шеф-повар определенно знает толк в кухне. Судя по всему, все мои коллеги также разбирались в винах.
— Ты точно не хочешь? — спросил Мартин, наливая мерло в мой бокал. — Давай, выпей.
— Нет спасибо.
— Подожди-ка. — Мартин усмехнулся, его глаза слегка блестели. — Ты беременна? Ой. — Он наклонился и потер нижнюю часть ноги. — Какого черта, Лив?
— Не будь грубым, Мартин, — назидательно произнесла Оливия, затем подмигнула мне, и я порадовалась, что посвятила ее в подробности смерти Тома, хотя в моей версии нас сбил пьяный водитель. Казалось, я научилась ловко избегать осуждения, словно постоянно переходила реку по плохо уложенным, поросшим мхом камням.
— А если серьезно, — поинтересовалась Оливия, когда Мартин спорил с Беном о том, какая команда выиграет чемпионат мира по футболу в этом году. — Ты уже?
— Что?
— Беременна?
Я намеренно опустила взгляд на свои колени.
— Не в этом месяце.
— Это случится обязательно, — пообещала Оливия, сжимая мою руку, а затем повернулась, чтобы сказать Бену, что он сошел с ума, и Франция никогда, никогда, даже если все коровы придут домой в коньках, потому что ад замерз, не выиграет Кубок мира.
Я отключилась и позволила своим мыслям уплыть. Как я могла забеременеть? Я все еще принимала таблетки, несмотря на то, что сказала Нэйту, что прекратила прием более восемнадцати месяцев назад, пряча их в глубине аптечки, за флаконами со средством для снятия макияжа и дезодорантом.
Правда в том, что я все еще не чувствовала себя готовой к рождению ребенка. Я не верила, что смогу ухаживать за комнатным растением, не говоря уже о другом живом, дышащем существе. Но в последнее время Нэйт заговорил о том, чтобы сдать кое-какие анализы — ему, а не мне, сказал он. Он не хотел подвергать меня такому испытанию, — и я поняла, что скоро мне придется принять решение. А Нэйт созрел для ребенка почти сразу после того, как сделал предложение.