Соседи (ЛП)

— Ты знаешь, что мы опоздаем, — заявила я, заходя в ванную. — И…
Он заставил меня замолчать медленным поцелуем, который мог бы длиться вечно. Он скользил вниз, ненадолго задержавшись на моей груди, а затем снова направился на юг, чтобы дразнить и ублажать, пока я не оказалась на грани экстаза. Спина выгнулась дугой, ноги дрожали, я уперлась в стену руками, чтобы не упасть.
— Не останавливайся. — Мои слова растворились в шуме льющейся воды, поэтому я повторила их снова, на этот раз громче.
Но он все же остановился, затем медленно встал, развернул и вошел в меня. Лиам шептал мое имя, проникая все глубже и быстрее, его пальцы были во всех нужных местах, а губы — на моей шее. Я выкрикивала его имя снова и снова, пока он доводил меня до грани и отводил назад, только чтобы сделать это еще раз. Затем мы оба задыхались в унисон, почти рухнув в ванну, пытаясь отдышаться, с бешено колотящимися сердцами.
— Я люблю тебя, — прошептал Лиам, обхватывая меня руками. — Я люблю тебя.
Я глубоко вздохнула и похлопала его по руке.
— Ты знаешь правило. Десять минут до и после не считаются.
Маленький вздох, я приняла за проявление удовольствия от секса, пока он тихо не сказал:
— Не надо.
Я нахмурилась.
— Что не надо?
— Делать легкомысленные замечания, когда я говорю тебе о своих чувствах.
— Я никогда так не делаю.
Лиам поцеловал мое плечо.
— Да, делаешь. — Он провел пальцами по моей руке и снова поцеловал. — Почти каждый раз.
Я пожала плечами.
— Да, ладно…
Лиам снова притянул меня к себе.
— Все в порядке. Я понимаю, почему.
— Мне лучше собраться, а то мы опоздаем. — Я выскользнула из его объятий, вышла из ванны и закрыла за собой занавеску.
Когда я взяла полотенце и обернула его вокруг себя, Лиам сказал:
— То, что твой отец ушел, а твоя мама… с ней трудно, не значит, что ты не заслуживаешь любви.
Я уже собиралась наброситься на него, сказать, чтобы он прекратил заниматься психоанализом. Но, совершенно неожиданно, гнев исчез. Мои плечи опустились, когда я наконец осознала, что он понимает меня. Полностью. Хорошую, плохую и откровенно уродливую. Но чудесным образом Лиам все еще любил меня. Я снова отдернула занавеску душа, маленькие капельки воды попали мне на лицо. Лиам уставился на меня и начал поднимать руку, очевидно, готовый к моему ледяному опровержению.
— Переезжай ко мне, — выдохнула я, прежде чем у меня сдали нервы.
— Что? Я…
— Я люблю тебя, — быстро произнесла я. — Все время думаю о тебе. Я никогда ни к кому не испытывала таких чувств. — Я не могла встретиться с ним взглядом. — Вообще-то, я никогда никого так сильно не любила, совсем. — Я жалобно засмеялась и продолжила. — Кроме Тома, конечно, но он мой брат, и это совсем другое, но…
— Эбби..
— Он думает, что ты классный. Твердит об этом постоянно, и от этого я люблю тебя еще больше. И я хочу засыпать ночью и просыпаться с тобой каждое утро, понимаешь? Наверное, это звучит банально, но это правда. Так что ты думаешь? — Я посмотрела на него в первый раз с тех пор, как начала свой жалкий монолог, и сразу же заметила его поднятые брови. — Слишком рано. Да? Прошло всего шесть месяцев. Абсурд. Неважно, я…
— Да.
Мое лицо поникло, и я заставила себя улыбнуться.
— Я понимаю. Слишком рано. Тогда ладно. Извини за это, я…
— Нет. — Он выключил воду. — То есть, да, я перееду к тебе. — Лиам потянулся ко мне и снова заключил во влажные объятия. — Я чувствую то же самое. С первого раза, когда я тебя увидел.
Я рассмеялась, обнимая его и покрывая лицо поцелуями.
— Я давно хотела спросить тебя.
Он усмехнулся.
— Знаю. Том сказал мне.
Мой рот открылся.
— Он что? Маленький говнюк. Я убью его.
— Пожалуйста, не надо. — Лиам дрожал, и я погладила его по рукам. — Там было столько пива, что он, наверное, не помнит. Я думаю, это звучало примерно так: «Моя шиштра любит тебя, приятель. Она очень, очень любит тебя. Она хочет, чтобы ты переехал к ней, но боится, что ты уйдешь.
— Что? Почему ты ничего не сказал?
Лиам погладил мою щеку указательным пальцем.
 
— Потому что тебе нужно было разобраться с этим в свое время. Спешить ведь некуда?
— Нет. — Я наклонила голову набок. — Но когда ты переедешь?
По лицу Лиама поползла ухмылка.
— В воскресенье?
— В мой день рождения?
Лиам усмехнулся.
— Хороший подарок?
Я снова обняла его.
— Самый лучший.
Мы как раз наслаждались очередным страстным поцелуем, когда зазвонил телефон.
— Забудь. — Лиам прижался к моей шее, протягивая руки к моему полотенцу. — Останься здесь со мной.
— Не могу. — Я вернула полотенце и мягко оттолкнула его. — Это, наверное, Том. Спорим, они опять опаздывают. Ты же знаешь, они живут по времени Софии. — Я помчалась в гостиную и схватила трубку. — Алло?
— Эбби, это я.
— Я так и знала, — хмыкнула в ответ. — Можешь не говорить. Ты не успеешь до девяти.
— Не совсем. — Голос Тома звучал тихо, приглушенно. — Мы снова поссорились. На этот раз сильно. Все кончено. Я сыт по горло.
Мне захотелось подпрыгнуть, проскакать по квартире, распевая «Аллилуйя». Вместо этого я пробормотала:
— Вот дерьмо. Что случилось?
— Помнишь пару недель назад, когда я простудился? А она пошла гулять со своими подружками из салона?
— Да, — тихо сказала я, волнуясь, что догадываюсь, к чему это может привести. — Я помню.
— Ну, в ту ночь она ушла с каким-то парнем. Перепихнулись где-то в переулке, прижавшись к штабелю пивных ящиков.
— Что?
— Господи, чертовы пивные ящики! И она говорит мне об этом за два дня до моего дня рождения.
— Но она всегда обвиняла тебя в…
— Расскажи мне об этом.
Я опустилась на диван.
— Как ты узнал?
Он фыркнул.
— Она вела себя как милая и влюбленная…
— Ну, это на нее не похоже.
— Именно. А когда я спросил, что происходит, она начала плакать.
— Она плакала?
— Да, как будто это могло вызвать у меня сочувствие. А потом все рассказала. — Том глубоко вздохнул. — Она говорит, что это ничего не значило. Она даже не может вспомнить его имя. Ты можешь в это поверить? Она даже не знает, с кем трахалась.
— Черт возьми. Что за…
— Сука? Да. Я так зол, — признался Том. — Что, черт возьми, я в ней нашел? Двуличная потаскуха.
— Послушай, — сказала я мягко, — забудь глупую Софию. Забудь про «Шалтая». Приезжай. Лиам здесь. Мы можем взять пиццу и посмотреть наши старые видео «Герцогов Хаззарда». Что скажешь? — Когда Том не ответил, я добавила: — Давай. Это отвлечет тебя от мыслей о ней.
Он вздохнул.
— А может, мы сходим куда-нибудь? Только ты и я, на некоторое время? Не обижайся, но я не хочу смотреть, как вы двое любите друг друга на диване.
— Хорошо, без проблем.
— Но давай обойдемся недорогим местом, потому что я на мели.
— Ладно, — ответила я. — Я заеду за тобой примерно через час. Мы поедем в «Шалтай» и «Рэд».
— Уф, — простонал он. — Может, не в «Рэд». Что, если София там трахается с кем-то другим?
— Хорошо. Но сегодня я угощаю. Я подброшу тебя до дома, и ты сэкономишь на проезде в такси. Что скажешь?
Он выдохнул.
— Спасибо, сестренка. И предупреждаю. Я планирую быть в говно.
Я засмеялась.
— Без проблем. Я присмотрю за тобой. Обещаю.
— Тогда увидимся позже, — проговорил Том. — Передай Лиаму привет и извинения за то, что украл тебя.
— Все в порядке? — спросил Лиам, выходя из ванной.
После того как я быстро все объяснила, он обнял меня, поцеловал в макушку и сказал:
— Передай Тому, что я сожалею, и чтобы он повеселился. Я пойду в квартиру, выпью пару бокалов пива с ребятами и начну собирать свои вещи.
Я усмехнулась.
— Не могу дождаться.
— Я тоже, — согласился он. — Может, позже вечером я присоединюсь к тебе, чтобы выпить в «Шалтае», хорошо?
— Да, отлично.