Закрытая академия – 1. Батарейка для мага

С тоской вспомнила, что денег у меня нет. И выгляжу как бомжиха. Вряд ли в таком виде меня кто-то пустит к себе на порог. Скорее, сдадут тем маньякам, кем бы они ни были.
И тогда этот Арден точно перережет мне горло. Или что он там собирался сделать своим огромным мечом?
Шла я долго. На лес опустились сумерки. Пару раз показалось, что вдалеке слышится волчий вой. И мысль уйти в чащу уже выглядела такой здравой.
Может, нужно было все же идти за лошадьми?
Но ещё неизвестно, от чего страшнее умирать – от клыков хищника или клинка маньяка.
Последние силы закончились. И физические, и душевные. Я в очередной раз осела на землю. Затем упала на спину, раскинула руки.
Пусть жрут. Мне уже всё равно.
И отключилась.
– Хм… так это тебя искали охотники? – прозвучал надо мной женский голос.
Он вывел из тяжелой дремы, в которой я пребывала.
Не открывая глаз, попыталась подняться с кровати, которой нет. И охнула: все тело болело и ныло, а ноги дрожали как холодец.
– Разве такое возможно, проснуться посреди сна? – в полной прострации я уставилась на незнакомую женщину, стоящую надо мной.
Она была странно одета – в какую-то хламиду коричневого цвета. Тёмные волосы с частой сединой собраны на затылке. Их я увидела, когда незнакомка скинула капюшон.
Ее лицо, узкое, с выдающимися скулами, склонилось так низко, что я смогла разглядеть глубокие морщины на лбу и в носогубных складках. На вид женщине было лет пятьдесят, но жизнь, похоже, ее потрепала.
– Ты не спишь, – произнесла она, разглядывая меня так же пристально, как я разглядывала ее.
Я непонимающе моргнула.
– Как не сплю? Вы только посмотрите вокруг, – нервно повела рукой, – этого всего не существует. Оно мне снится: и лес, и вы тоже. Я хорошо помню, как уснула в собственной постели.
Незнакомка с явным сочувствием вздохнула и выпрямилась.
– У меня для тебя плохие новости. Все, что ты видишь – не сон. Это реальность. Теперь этот мир – твой новый дом.
– Что? Какой мир?
– Этот. Чувствуешь жжение где-нибудь на своем теле?
Я невольно прислушалась к себе. Ну да, лопатку все еще пекло. Там явно ожог, только ума не приложу, откуда он взялся? Не мог ведь тот тип обжечь меня простым прикосновением!
Или мог?
– Ну вот, – она словно услышала мои мысли. – Это метка. Охотник нашел тебя в твоем мире и пометил. Метка притянула тебя в наш мир. Теперь ты лейва – источник магии.
Печально. Еще одна сумасшедшая на мою голову.
Я на всякий случай отодвинулась от нее.
– Не веришь? – усмехнулась она. – Даже после того, как тебя едва не загнали охотники?
А потом предложила:
– Я живу неподалёку. Пойдём со мной. Накормлю тебя, дам одежду и расскажу все, что знаю. Думаю, ты очень удивишься.
Предложение было заманчивым, но я сомневалась. Ту троицу маньяков тоже сначала хотела просить о помощи. А они чуть меня не убили.
– Можешь не бояться, – поняла мои сомнения женщина, – я тебя не обижу. Меня зовут Эдме, и я действительно хочу помочь.
Последние слова заставили меня согласиться. Может, потому что ее тон звучал убедительно. Или я просто уже не могла мыслить здраво.
Да и что делать? Я голодная, продрогла, устала. Не оставаться ведь на ночь в лесу? За то время, что я лежала в отключке, стало совсем темно.
Поэтому я поднялась и двинулась следом за Эдме.
Что за странное имя?
***
Женщина шла легко, не быстро, но и не слишком медленно.
Босиком мне было непросто угнаться за ней. Казалось, все сосновые иголки мира вознамерились проверить крепость моих пяток. А те были очень нежными, я ведь следила за ними, использовала дорогие средства для смягчения и увлажнения.
Но я упрямо продолжала двигаться за незнакомкой, хромая и ругаясь вполголоса, когда особо зловредные колючки впивались в мои ноги.
Эдме не оборачивалась. Но в какой-то момент остановилась и подняла с земли длинную прямую ветку. Вручила её мне. Я оперлась на эту импровизированную трость и удивилась, насколько легче стало идти. Теперь у меня появилась опора.
 
“Так вот как себя чувствуют старенькие бабушки, – пришла нелепая мысль. – А я-то думала, палки нужны им, чтобы отгонять собак и неугодных прохожих…”
Эдме завела меня в самую глубину леса. На небольшую полянку, заполненную густым белесым туманом.
Я уже собиралась недоверчиво отступить, когда она крепко сжала мое предплечье. Забормотала что-то себе под нос.
Туман в тот же миг поредел. Сквозь него показалась избушка. Небольшая, бревенчатая. Она выглядела старой и покосившейся на один бок. Но я могла бы поклясться, что минуту назад поляна была пуста!
– Откуда она взялась? – вырвалось у меня.
Эдме снисходительно улыбнулась:
– Идём в дом. Уже темно.
Я только сейчас поняла, что на лес опустилась непроглядная ночь. Высоко над деревьями сверкали мелкие бисеринки звёзд – и это было все освещение. Но как же я могла так хорошо видеть всего секунду назад?
И как поверить, что это не сон? Разве в реальности такое бывает?
В домике Эдме запалила лучину. В прямом смысле: зажгла тонкую деревянную щепочку, и помещение наполнилось резким запахом горящего дерева. Уже при свете огонька женщина нашла на столе масляную лампу.
Когда загорелась лампа – стало намного светлее.
Я села на деревянную лавку и осмотрелась.
Раньше мне не приходилось бывать в подобных домах, так что все здесь казалось странным и необычным. И большая белёная печь с чёрным зевом, и пучки сухих трав, свисающие с деревянной жёрдочки под самым закопченным потолком, и рукомойник над медным тазом, и вёдра с водой.
Эдме засуетилась по хозяйству. А я наслаждалась отдыхом, блаженно вытянув гудящие от перенапряжения ноги.
– Вот, – женщина сунула мне в руки деревянный ковш, большой кусок холста, брусок коричневого мыла и кивнула на одно из вёдер, – иди во двор, омойся. А я пока соображу нам ужин.
Без задней мысли я взяла ведро с лавки. Но оно оказалось таким тяжелым, что оттянуло мне руку. А когда я поковыляла на выход, этот монстр на каждом шагу начал бить меня по ноге и расплескивать воду.
Эдме недовольно покосилась на лужи, но ничего не сказала. Я же, закусив губу и мысленно ругаясь, поспешила выйти на улицу.
Над домом царила тьма. Антрацитово-чёрная, абсолютно непроницаемая. Иными словами, не было видно ни зги.
Раньше я никогда не задумывалась, что это значит. А сейчас эта неведомая зга как нельзя лучше объясняла то, что встретило меня на крыльце.
Прожив всю жизнь в городе, я никогда не видела такой наполненной темноты. Здесь не было фонарей, неоновых вывесок, автомобильных фар. В общем, ничего из того, что прежде освещало мой мир по ночам.
Только чернильная тьма.
Зато цикады орали как оглашённые. Ухала ночная птица. И где-то вдалеке вдруг завыл незнакомый зверь. Я испугалась, что это может быть волк. И на всякий случай решила от дома не отходить.
Подумав, расположилась на нижней ступеньке крыльца и утопила ноги в траве. Радовало, что лес вокруг домика и поляна оказались вполне живыми. И трава тут имелась достаточно мягкая, и звери шумят. Уже не так страшно, как в том мертвом лесу.
Сняла с себя разорванную и грязную пижаму. Зачерпнула ковшом воды, вылила на себя и не сдержавшись, подпрыгнула.
Вода оказалась студеной!
Тут же налетел ночной ветерок – и влажная кожа покрылась мурашками. Но желание стать чистой пересилило холод.
Замерзая и стуча зубами как танцор фламенко – кастаньетами, я продолжила поливаться водой и тереть себя мылом.
Решив, что уже достаточно чистая (или замерзшая), я и волосы намочила. Странное мыло плохо пенилось, жутко воняло, но все же смывало грязь. Поэтому я всё тёрла и тёрла волосы, пытаясь взбить хоть немного пены.
Мытьё забралось последние силы, зато вскоре я стала по-настоящему чистой. Хотя и пахла очень непривычно.