Психолог для дракона (СИ)

Хейнрот кивнул.
— Я профессор…, — сделала вид, что усиленно пытаюсь вспомнить чего именно я профессор, но не вспомнила и сделала максимально испуганное лицо. – Я не помню!
— Вы профессор…, — начал подсказывать мужчина.
— Я не помню! – почти переходя на панику, соскочила я с кушетки.
— Ну, хотя бы поведение осталось прежним, — вроде облегченно, а вроде и нет, проговорил лекарь. – Успокойтесь, Франческа. Частичное забытие является одним из симптомов применения Истероидного Копья. Все в порядке! Память к вам постепенно вернется.
  
“Фух, вроде повелся!”– выдохнула я, делая вид, что успокаиваюсь. Благо мне были более, чем знакомы признаки паники и повышенной тревоги и изобразить их не составило и труда. Паническая атака, она и в магическом мире – паническая атака!
И пока лекарь делал в своей тетради какие-то пометки, я себе, в свой мысленный блокнот, записала: выяснить, что это за истероидное копье и почему им нельзя тыкать в студентов, кто такие ангеры (наверное, что-то связанное с гневом), и какой предмет я тут преподавала.
От предмета мысли унесли меня к ректору, который завтра утром ждал меня у себя с объяснительной и вот тут-то у меня случилась реальная паническая атака. Даже изображать ничего не пришлось. Как я буду объяснять ему завтра, что натворила эта полоумная дамочка, если я ничего об этом не знаю? Точнее, не помню!
— Профессор…, — зависла я на секунду, как бы вспоминая как зовут лекаря, — Хейнрот…
— Вы можете называть меня просто Дэмиан, — лукаво подмигнув мне, сказал доктор.
Что-то внутри подсказывало мне, что он не флиртует со мной, просто старается разрядить осознание того, что я половины не помню. Он сейчас был похож на большого кота, который приходит к тебе под бочок тогда, когда грустно и успокаивает тебя своим мерным мурчанием – это вызывало доверие и я решилась.
— Дэмиан, помогите мне, пожалуйста, с объяснительной для ректора! – я смотрела на мужчину глазами, как у кота из Шрека, полными слез. – Я не помню, за что, но он точно меня ненавидит.
На этих словах лекарь ехидно хмыкнул, как бы говоря: «Еще как!»
— А вы человек с большой, доброй и отзывчивой душой! – если я правильно прочитала его психотип, он сто процентов должен клюнуть на похвалу в свой адрес, начать отнекиваться, но все равно помочь мне, сирой и убогой. – Помогите, прошу вас!
— Это вы, конечно, сильно преувеличили, — смущаясь, махнул на меня рукой профессор Хейнрот, — не такой уж я и человек (Чего?), но помочь – помогу!
Горнел Харташ.
В надежде уволить недоразумение.
Оставив занозу в моей драконьей заднице в лазарете на поруки анимаморфа Хейнрота, я отправился на кафедру Выдерживания Эмоций. Надо же было выяснить, какого дрыша, этой безумной, в прямом смысле этого слова, женщине взбрело в голову потащить студентов ночью в Лес Отчаяния.
Если честно, я искренне считал, что эта кафедра абсолютно без надобности в академии. Потому что, чего их выдерживать эти эмоции? Отключил, подавил, запретил себе эмоционировать и выдерживать ничего не придется. Но, король был иного мнения и навязал мне новый предмет, а мой боевой наставник, маршал Юнггер, подсуетился и пристроил на нее свою бездарную дочурку.
Я. Не люблю. Глупых. Людей. Особенно, женщин. Кто-то мне сказал, что глупенькая женщина вызывает умиление. Какое, к дрышу, умиление?
Ее поступки не вызывают у меня ничего, кроме, сводящего скулы, раздражения. Она не компетентна в магии – это раз, она понятия не имеет о том, что такое выдерживание эмоций и при любом удобном случае бьется в истерике – это два, у нее даже нет собственной магии, ей отец выписывает десять магических капсул на месяц из родового источника, чтобы не позорилась перед студентами – это три!
За всеми этими размышлениями, я подошел к кафедре Выдерживания Эмоций и открыл дверь своим артефактом. Внутри пахло розой, от чего я даже чихнул. Я осмотрелся, вокруг было пусто. Абсолютно чистый стол, в шкафах все тоже было расставлено аккуратно. В чем Юнггер было не отказать, так это в чистоте. И на этом ее плюсы заканчивались.
Прошел к столу и решил заглянуть в ящик. В ящике лежали студенческие тетради, несколько письменных принадлежностей и небольшой именной блокнот.
“Вот ты то мне и нужен!”– мысленно обрадовался я.
Открыл его и тут мне все стало ясно. Закладкой этому блокноту служила газетная вырезка, заголовок которой гласил: «НЕСМЕТНЫЕ БОГАТСТВА ЛЕСА ОТЧАЯНИЯ», а дальше статья, написанная кем-то еще более некомпетентным, чем Юнггер, увлекательно рассказывала о том, что если Лесу Отчаяния принести в жертву десять женских страхов и десять мужских гневов, то в благодарность Лес подарит нескончаемый источник магии.
— Ядреный дрыш! – выругался я сквозь зубы. – Из-за какой-то газетенки, эта полоумная потащила на убой двадцать первокурсников! Теперь у меня точно есть повод ее уволить и даже логично аргументировать это ее отцу. Она опасна для общества!
  
Глава 4
 
Настя— Франческа.
В поисках своей комнаты и ответов на вопросы.
Обсудив с лекарем мою объяснительную, я заверила его, что мне уже вполне хорошо и, что я могу отправиться к себе в комнату.
Он настойчиво предлагал меня проводить, но мне нужно было подумать в одиночестве и собрать воедино все, имеющиеся у меня факты, поэтому я отказалась.
Конечно же я пожалела о своем отказе, наворачивая третий круг по административному корпусу академии, но где наша не пропадала?!
И так, что мы имеем в сухом остатке?
Пункт 1. Это однозначно магический мир, но он каким-то образом завязан на эмоциях. Выяснить бы принцип взаимодействия магии и эмоций!
Пункт 2. У моей Франчески (буду называть ее Френки) оказались очень сложные отношения с ректором. Он ее ненавидит и считает тупой. Возможно, это из-за того, что она попала сюда по блату, а может, она и, действительно, была не большого ума. И эта ненависть значительно осложняет ситуацию.
Пункт 3. Накануне своей скоропостижной кончины, она решила угробить толпу студентов у какого-то Леса Отчаяния (лекарь сказал, что это запретная территория) — и это тоже не добавляет благодарностей в ее послужной список.
Пункт 4. Основная сложность в том, что я понятия не имею, для чего ей нужно было тащиться ночью в лес со студентами, а это значит, что завтра у ректора я буду нещадно импровизировать.
Пункт 5. Ректор. Как сказал Дэмиан, зовут его Горнел Хар....пышпышпыш — не запомнила. Безумно красивый и вечно строго рычащий дракон (тут, не удивляемся! мы же в магическом мире). Если всё делать по закону и заведомо определенному им плану, то претензий ко мне не будет.
Пункт 6. Френки с треском провалила пункт пять ещё до моего появления.
В этот момент, от всех накативших мыслей, моя голова решила пойти кругом и я, ведомая жаждой опоры, прислонилась к высокой академической колонне. Она была из темного камня, немного шершавой, прохладной и от нее пахло надвигающейся грозой. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. А когда открыла, увидела, как под моими руками, в месте, где мои пальцы соприкасались с колонной мелькают маленькие еле различимые перламутровые огоньки.
Если честно, я сначала подумала, что у меня искры из глаз посыпались от всех сегодняшних потрясений, но, когда я убрала руку, огоньки пропали.
Приложила обратно — появились. И так несколько раз. И с каждым прикосновением они становились ярче.
Пункт 7. У меня, оказывается, есть магия. Непонятно какая! Неизвестно на что влияющая, но есть. И это ещё один пункт различия между мной и Френки, потому что лекарь сказал, что магии во мне, то есть в ней, кот начихал.
  
Пункт 8. Необходимо найти способ вернуться домой.
Пункт 9. Самый сложный — найти кабинет ректора и пережить разговор с этим злобным детектором лжи.
Уже светало, часы в холле показывали, что моя встреча с Его Рычащим Ректорством наступит через полчаса (благо времяизмерение во всех мирах одинаковое), а это значит, что добраться до своей комнаты и переодеться, я не успею. Пойду сразу к нему. Ещё бы знать куда идти!