О вампире

– Это напоминает мне порно, которое мои кузены однажды заставили меня смотреть. Холли заметила, что голос Джиа полон смеха. – «Il Poliziotto Con Il Grosso Bastone». «Коп с большой палкой», – перевела она.
К большому облегчению Холли, ей было уже за тридцать. Втянув зубы, она быстро слезла с блондина и повернулась, хмуро глядя на бессмертную. – Ха-ха. Ты была той, кто контролировал их. Зачем ты заставила его схватить меня?
– Я контролировала не то, что он делал, piccola, а то, что он чувствовал, – весело сказала Джиа и подошла к ней, чтобы обнять. – Все в порядке. Ты уже выглядишь намного лучше, и доставка находится в пути, чтобы вернуть тебя на сто процентов.
Холли вздохнула и обняла ее в ответ, затем отошла и посмотрела на полицейских.
– Я с ними разберусь, – заверила ее Джиа. – Иди наверх и проверь, как там твой муж. Я поднимусь через минуту.
Кивнув, Холли повернулась и выскользнула из комнаты. Она на самом деле на этот раз поднялась по лестнице, вместо того, чтобы плестись, и это хорошо. Она даже чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы идея принять ванну казалась приятной, а не утомительной, как это было всю ночь до сих пор. Может быть, она сможет взять одну после того, как Джиа поднимется наверх. Было бы неплохо снять окровавленную одежду и смыть засохшую кровь с себя и мужа.
Холли открыла дверь в спальню и впервые за несколько часов вошла внутрь. До этого она так отчаянно нуждалась в крови, что не доверяла Эрлу, поэтому просто открыла дверь и заглянула внутрь, чтобы убедиться, что муж не сбежал. Теперь она подошла к кровати и озабоченно посмотрела на него. Джеймс перестал кричать и метаться несколько часов назад. С тех пор он лежал в мертвой тишине, с серым лицом и неподвижным телом. Не то чтобы он мог много двигаться из-за этой…
– Клейкой лентой?
Холли оглянулась через плечо на крик Джии. Очевидно, она быстро управилась с полицейскими. Заметив смятение на лице Джиа, Холли обернулась к Джеймсу.
– Dio mio, cara, – рассмеялась Джиа. – О чем ты думала?
– Я думала, что начинаю чувствовать себя оскорбляющей супругой каждый раз, когда нокаутирую его. Что у меня не было никакой цепи, и что клейкую ленту очень трудно разорвать. – Она поджала губы, глядя на мужа в серебряном коконе. Единственное, что не было полностью закрыто, была его голова. Она оставила его без повязки от шеи до лба, а потом заклеила скотчем и там. – Я использовала шесть рулонов. Он никуда не уйдет, пока я не освобожу его.
– Думаю, что нет, – весело ответила Джиа.
Стон из угла заставил их обоих посмотреть в ту сторону.
– Джиа, это Эрл, – объявила Холли. – Он был так добр, что отвез нас с Джеймсом домой после аварии.
– Почему он хнычет? – с любопытством спросила Джиа.
– Ты не можешь его прочесть? – удивленно спросила Холли.
– Он паникует до такой степени, что его мысли теряют смысл. Он, кажется, думает, что ты какая-то сексуальная маньячка, скрещенная с дикой собакой или что-то в этом роде, – помолчала она, а потом задумчиво добавила: – Или, может быть, он думает, что у тебя течка. Мой английский не всегда безупречен.
Холли фыркнула от смеха и покачала головой. – Джеймс напал на него, когда я спускалась за кровью. Он потерял сознание, когда я стащила с него Джеймса, а потом проснулся, когда мы с Джеймсом боролись после твоего звонка, – объяснила Холли с гримасой. – Он видел мои клыки.
Когда Джиа подняла брови, Холли поморщилась и пожала плечами. – Мои клыки выскочили, когда мы боролись.
– Я позабочусь об Эрле. Почему бы тебе не принять душ? – предложила она. – Еще лучше, ванну. Похоже, тебе нужно немного времени, чтобы расслабиться.
– Спасибо тебе. Думаю, я так и сделаю, – сказала Холли, поворачиваясь к двери.
– Да, кстати, – вдруг сказала Джиа, останавливая ее. – Они забрали твою машину и сказали, что это была катастрофа. Они позаботятся о страховке и обо всем остальном. А пока они пришлют тебе арендованную машину.
Холли медленно кивнула, но потом спросила: – Кто они?
Джиа помялась, а потом сказала: – Технически деньги поступают от силовиков. Ты все еще находишься в их ведении. Но «Аржено Энтерпрайзис» занимается всеми деталями.
 
– Почему я все еще должна находиться под контролем силовиков?
– Потому что ты была смертельно ранена и попала под их наблюдение из-за их действий, – указала она.
– Да, но я закончила обучение, – заметила Холли.
– Да, но бессмертные существуют достаточно долго, чтобы знать, что существует определенный период адаптации.
– Они не виноваты в аварии, это я сделала, – тихо ответила Холли.
– Ты так и сделала, когда сверкнула клыками, чего не смогла бы сделать, если бы не была обращена, – заметила Джиа.
– Так ты знаешь, как произошел несчастный случай? – спросила Холли и закатила глаза. – Ты читаешь мои мысли.
– Как только приехала, – подтвердила Джиа.
– О, – вздохнула она. – Конечно, ты это сделала.
– Холли, ты ни в чем не виновата, – твердо сказала Джиа. – Вся твоя жизнь перевернулась с ног на голову, и это стало еще труднее, потому что ты пытаешься жить так, как жила до этого. Конечно, все должно было взорваться.
Холли криво улыбнулась. – Ты знаешь, мне интересно, что иногда у тебя такой сильный акцент и твой английский не всегда безупречен, а иногда у тебя вообще нет акцента, и твой английский просто прекрасен.
– Джиа усмехнулась и пожала плечами. – C’est la vie.
– Это по-французски, – упрекнула Холли.
– Si, –улыбнулась Джиа. – Это значит «Questa e la vita».
Холли покачала головой и повернулась, чтобы выйти из комнаты. Ей нужно принять ванну ... и выплакаться. Что бы Джиа ни говорила, она чувствовала себя виноватой в случившемся, и так будет всегда. Обращение Джеймса было единственным, что она могла придумать, чтобы загладить свою вину. Но что, если он возненавидит ее за это? Она не спросила, хочет ли он, чтобы его обратили. Как он справится с тем, что она сделала?
 Глава  18 
Холли вошла в дом и остановилась, переводя взгляд на закрытую дверь гостиной. Это было по-девчачьи кокетливо и совсем не похоже на обычно хриплый звук, который обычно издавала Джиа. По крайней мере, Холли никогда не слышала, чтобы она так смеялась до прошлой недели, когда ухаживала за Джеймсом, пока Холли ходила на занятия и на работу.
Холли закрыла дверь, и губы ее изогнулись в улыбке, когда Джиа снова рассмеялась, к ней на этот раз присоединился гораздо более глубокий смешок Джеймса. Он проснулся в воскресенье, когда она еще спала в комнате для гостей. К тому времени, как она встала, Джеймс был уже освобожден, вымыт, одет, и Джиа все ему объяснила. Он довольно хорошо воспринял осознание того, что он вампир. Конечно, лучше, чем она, и он не винил ее ни за что.
Холли прошла на кухню и открыла холодильник, чтобы решить, что приготовить на ужин.
– Не нужно готовить ужин, ты уходишь, – весело объявила Джиа, ведя Джеймса на кухню. – Как школа?
– Хорошо, – заверила ее Холли.
– А работа? – спросил Джеймс.
– Не так хорошо, но хорошо, – сказала она с улыбкой и подняла брови. – Почему, мы идем ужинать? – наклонила она голову и подняла брови. – В чем дело?
Джеймс и Джиа переглянулись, и Джеймс покачал головой. – Скоро узнаешь. Ну же. Я голоден.
Холли последовала за ним к двери, пока не поняла, что Джии за ней нет. Притормозив, она оглянулась через плечо. – А Джиа не пойдет?
– Нет. Только ты и я, Холли, – сказал Джеймс и добавил: – Нам нужно поговорить.
Холли удивленно подняла брови, но последовала за ним к машине и позволила ему проводить себя до пассажирского сиденья. Она не была уверена, о чем хотел поговорить Джеймс, но у нее появилась идея, и она не хотела обсуждать ее в ресторане.
– Я знаю, – сказала она, когда Джеймс сел за руль и закрыл дверцу.
Он настороженно посмотрел на нее. – Что?
– Джиа не может ни читать, ни контролировать тебя. Ты – возможный спутник жизни для нее, – сказала она торжественно.