О вампире

– Да, – сказала она без тени смущения. – И ты наслаждалась своими мечтами с Джастином. Тебя влечет к нему.
– Но я…
– Замужем, – сухо закончила за нее Джиа. – Да, я понимаю. И я знаю, что ты не просто примешь мое предложение, что твой брак может не сработать. Тебе нужно пойти домой и увидеть все своими глазами.
Отпустив ее, она отступила назад. – Предлагаю сделать это сейчас.
Холли моргнула. – Что? Сейчас, именно сейчас? В эту минуту?
Джиа пожала плечами. – Твое обучение окончено. Ты узнали все, что нужно, чтобы выжить как бессмертный, не рискуя причинить вред смертным. Я прослежу, чтобы Джастин организовал регулярные поставки крови. И, – добавила она торжественно, – если ты сегодня переночуешь в доме, ты не сможешь помешать себе, снова видеть сны с Джастином.
Глаза Холли расширились, и Джиа кивнула.
– Надеюсь, ты сможешь простить себя за те сны, которые тебе снились, потому что ты не знала, что они были общими. Но я знаю, что ты никогда не простишь себе, если вернешься в дом сегодня вечером и заведомо получишь их снова.
Встретившись взглядом с Холли, она добавила: – Поверь мне, если ты будешь спать в одном доме с Джастином, они снова будут у тебя, piccola.
Пока Холли переваривала услышанное, Джиа достала из-за пазухи пачку денег, которую, очевидно, засунула в лифчик. Взяв Холли за руку, она вложила деньги в ладонь и сжала пальцы. – Возьми такси до автобусной станции. Один уходит в 1:45 утра, что составляет чуть меньше часа.
– Ты знаешь расписание автобусов? – недоверчиво спросила Холли.
– Я занималась этим пару дней назад. Я знала, что ты не обрадуешься, когда узнаешь, что твои сны не только твои. Я подумала, что лучше подготовиться, – мягко сказала она, а затем криво улыбнулась и добавила: – к счастью, ты не узнала, пока не закончила обучение. Я боялась, что ты узнаешь раньше и будешь вынуждена остаться ...
– У меня все равно были бы сны, и мне пришлось бы разбираться со своими чувствами по этому поводу, – предположила Холли.
Джиа кивнула и быстро обняла ее. – Среди денег есть клочок бумаги с номером моего мобильного телефона. Позвони мне, если понадобится, или даже если просто захочешь, – выпрямившись, она улыбнулась и добавила: – Ты мне нравишься, piccola. И я думаю, мы могли бы быть хорошими друзьями, если твой брак не сложится, и ты примешь Джастина как свою пару.
Отпустив ее, она повернулась, чтобы двигаться к двери. – Подожди здесь пару минут. Я попрошу Джастина проводить меня к столу, чтобы ты могла ускользнуть.
– У тебя ведь не будет из-за этого неприятностей? – озабоченно спросила Холли.
Джиа покачала головой. – Ты закончила обучение, тебе не за что беспокоиться. – повернувшись, она криво улыбнулась и добавила: – Джастин будет очень сердиться на меня поначалу, но он не из тех, кто держит обиду. Счастливого пути, piccola.
– Спасибо, – пробормотала Холли, провожая ее взглядом. Затем она прошлась по ванной, медленно считая до 120, прежде чем подойти к двери и открыть ее. Коридор был пуст. Холли выскользнула из комнаты и бесшумно закрыла за собой дверь.
Джастин оторвал взгляд от коридора, ведущего в ванную, и обеспокоенно посмотрел на Джию на танцполе. Некоторое время назад она уговорила его уйти из дамской комнаты и вернуться за их столик, по крайней мере, полчаса по его часам, и сказала, что Холли будет в порядке, ей просто нужно побыть одной. Затем женщина вышла на танцпол и с тех пор не возвращалась к их столику ... и Холли тоже.
Он уже собирался пойти проверить, как там Холли, когда Джиа вдруг помахала рукой ему и близнецам, сидевшим за столом, и направилась в коридор к туалетам.
«Она проверяет Холли», – подумал он и откинулся на спинку сиденья. Она вернет ее, заверил он себя. Надеюсь, после того, как они с Холли все уладили, она поняла, что общие мечты совершенно естественны для супругов и ей не за что чувствовать себя виноватой или злиться на него.
Эта мысль заставила его печально вздохнуть. Он знал, что Холли рассердится, когда узнает, что ее сны были общими. Он просто надеялся ... он не знал, на что надеялся. Джастин предположил, что он просто не хотел думать о том, что она злится, потому что общие сны были единственной реальной связью, которую он имел с ней, и он не хотел отказываться от них. Он не сомневался, что, если она знает, что он разделяет ее мечты, она достаточно упряма, чтобы попытаться остановить их. Она, наверное, стала бы спать на лужайке или что-нибудь в этом роде, чтобы помешать им. Когда это не сработало бы, она, без сомнения, потребовала бы, чтобы он переночевал в отеле на другом конце Лос-Анджелеса, чтобы этого не случилось снова.
 
Джастин взглянул на часы и увидел, что прошло еще пятнадцать минут с тех пор, как Джиа ушла в туалет. Что, черт возьми, делают эти женщины? И что это за склонность у женщин проводить столько времени вместе в ванной? Они там играли в покер? Устраивать чаепития? Встречи книжного клуба у раковины? Практика складывания салфеток с бумажными полотенцами для рук? Что?
Когда Джастин уже был готов потерять терпение и броситься вслед за ними, Данте ткнул его в плечо и указал: – А вот и Джиа.
Да, вот и Джиа... одна, мрачно отметил он и встал.
– Ладно, пошли, – весело сказала женщина, пронеслась мимо стола и направилась к выходу.
– Подожди! – рявкнул Джастин, хватая ее за руку и останавливая. – Где Холли?
Джиа посмотрела на него торжественно, а потом сказала нежным голосом: – Она уехала домой, Джастин.
– Что? – он щелкнул пальцами, непроизвольно сжимая их.
Джиа протянула руку и вырвала его руку из своей, но ее голос был все еще нежным, когда она сказала: – Она узнала все, что ей нужно знать, чтобы выжить как один из нас, и теперь она вернулась домой к своему мужу.
Джастин в замешательстве уставился на нее, потом покачал головой. – Но... как?
– Я дала ей денег. Она взяла такси и поехала на автовокзал. Ее автобус отходит через пять минут. Она на пути домой.
Джастин захлопнул рот и бросился мимо нее, его единственной мыслью было добраться до автобусной станции и остановить Холли.
– Ты никогда не доберешься до станции вовремя, – терпеливо сказала Джиа, следуя за ним из ночного клуба. – Я намеренно подождала, чтобы сказать тебе, пока не станет слишком поздно, чтобы ты остановил ее.
– Почему? – он повернулся и сердито посмотрел на нее. – Что, черт возьми, я тебе такого сделал, что ты так со мной поступаешь?
Джиа печально покачала головой и подошла к нему, чтобы погладить по руке. – Я сделала это не для того, чтобы причинить тебе боль, Джастин. Я сделала это, чтобы помочь вам. Она насквозь пропитана чувством вины за ваши общие мечты и сейчас слишком зла, чтобы быть разумной. Чем скорее она уедет домой, тем скорее поймет, что теперь, когда она бессмертна, у нее нет никакой возможности сохранить брак. И тогда она вернется к тебе. Таким образом, она ушла прежде, чем она или ты могли сказать что-то, о чем вы оба потом пожалеете.
Джастин отвернулся и спросил: – Ты действительно думаешь, что ее брак сейчас не сложится?
– Конечно. Она может читать его мысли и контролировать его. Отношения, которые настолько несбалансированны, не могут работать.
– А что, если он и для нее возможный спутник жизни? – спросил он, назвав свой самый большой страх.
– Я не думаю так, – сказал Джиа с медленной уверенностью.
Джастин тут же повернулся к ней. – Почему?
– Потому что, по ее мнению, ее огорчает то, что она изменила, даже то, что она изменила своему мужу, но она никогда не думала, что изменила Джеймсу.
– Но Джеймс – ее муж, – смущенно возразил Джастин.
– Да, но она думает о нем как о своем муже, а не как о Джеймсе, человеке, которого любит, – попыталась объяснить она, но потом отмахнулась и сказала: – Дело в том, что я не думаю, что ей потребуется много времени, чтобы понять, что брак не может работать. Так что чем скорее она вернется домой, тем лучше. И ты должен отпустить ее, чтобы она убедилась в этом и вернулась к тебе без всяких сомнений и оговорок.