Ярость Света (СИ)

Всё было замечательно. Фантом ходил на занятия, общался с адептами, даже шутил и отвечал на множество вопросов. Никто не заподозрил подмены, и ничто не вызывало настороженности. Ровно до занятий по ментальной маги! Примерно в тот момент, как хранители с Элиной пришли в Ковен…
В общем, что произошло непонятно, но внезапно фантом решил, что Каин мировое зло, и попытался проковырять брешь в его щитах!
– Адептка де Гис, позвольте поинтересоваться, чем вам не угодила моя защита? – осторожно проговорил Каин.
– Может, мне владелец не угодил, – хмуро отозвался фантом, чем вызвал дружный вдох изумления, пронёсшийся шепотками по аудитории.
Это было что-то новое в поведении девушки, которая сверлила его рассерженным взглядом минут пять, после чего попыталась снять с него ментальный щит… Сказать, что Каин обалдел, не сказать ничего. Такой наглости он не встречал ни разу за всю свою долгую жизнь ни в одном из миров! Ладно, когда это пытались исподтишка делать враги. Но вот так, глядя в упор и абсолютно не скрывая своих намерений…
– Думаю, все наши разногласия, мы сможем обсудить после занятия, – рассержено процедил Каин.
И что удивительно, Элина моментально успокоилась, прекратила ковырять его щиты и мило улыбнулась, заставляя задуматься о её психическом здоровье. Да она вообще начала вести себя так, будто это не её энергия только что билась в щит. Более того, она словно и не помнила, что нахамила преподавателю!
Пытаясь понять, что происходит с девушкой, Каин внимательно разглядывал её ауру и пытался сломать защиту, чтобы выяснить всё ли в порядке, но не мог! Тогда он просто провёл поверхностный осмотр и чуть не присвистнул. Если аура была обычной, и ничем не отличалась от других адептов, то эмоции отсутствовали напрочь… Словно Элина вовсе не человек!
Нахмурившись, тёмный бог бросил взгляд на сестру, надеясь, что хоть та понимает в чём дело, и поперхнулся. Лицо Леарин покраснело, а глаза буквально искрились от с трудом сдерживаемого хохота. Похоже её очень забавляла ситуация, хоть и непонятно чем. Каин уже собирался нарычать на сестру, но тут Элина вновь заговорила:
– Прошу прощения за своё поведение, профессор Мирахам. Вы правы. Мы обязательно всё обсудим после занятий. Это я вам обещаю…
Каин мгновенно перестал злиться и серьёзно задумался. Обычно таким тоном сообщают, что тебя ждёт медленная и мучительная смерть. Вот только тёмный бог не знал, чем вызвана столь явная агрессия со стороны девушки.
В общем, он решил отложить до перерыва выяснение причин такого поведения, и продолжил занятие. Пока Каин рассказывал о структуре заклинания ментальной атаки, а адепты с интересом слушали и записывали, Леарин прекратила веселиться, и теперь не сводила напряжённого взгляда с Элины. Но это не удивляло, поскольку та вела себя очень странно!
Фантом то начинал блаженно улыбаться, словно умалишённый, то хмурился, а после и вовсе разозлился. Каин даже расслышал скрип зубов, до того крепко Элина их стиснула, и это пугало – мало ли, вдруг что-то пошло неправильно, когда он прекратил вливать в неё тьму.
И когда занятие подошло к концу, а адепты готовы были покинуть аудиторию, Каин заметил, что Элина не записывает домашнее задание, ничего не слушает, а просто уставилась в одну точку и снова безумно улыбается… Осторожно приблизившись к столу, за которым сидела девушка, Каин замер и тихо позвал:
– Адептка де Гис, с вами всё в порядке?
Вскинув голову, она окинула его пристальным взглядом и неожиданно поднялась на ноги, прижавшись всем телом. Пальцы шаловливым жестом прошлись по груди мужчины и словно невзначай расстегнули верхнюю пуговицу на рубашке. Брови Каина поползли на лоб. Вот теперь он точно был уверен, что Элина сошла с ума!
Пока тёмный бог судорожно пытался придумать, как вернуть девушке разум, та привстала на носочки и обняла его за шею, зарываясь пальцами в волосах, а после промурлыкала:
– Всё просто отлично, красавчик! Может, пообедаем вместе? А ещё лучше поужинаем…
Желание ответить согласием на столь чудесное предложение было велико, но Каин сдержался. И нет, не потому что сильно переживал. Он наконец-то понял, что происходит! Элина снова увлеклась своим маскарадом. Неадекватное поведение, лютый холод… А ведь в новогоднюю ночь он просил всё это прекратить!
 
– И пообедаем, и поужинаем… – прошипел он, отцепляя от себя прилипшую, как банный лист, девушку, а следом громко рявкнул: – Марш в комнату!
Обиженно надув губы, фантом демонстративно вильнул нижними девяносто и вышел из аудитории, под ошарашенными взглядами адептов, с видом оскорблённой королевы. В помещении царила гнетущая тишина, которую нарушил стон Леарин, ёмко охарактеризовавший происходящее:
– Ыыыыы…
– Ыыыыы, – вторила ей настоящая Элина, когда воспоминания фантома закончились, а затем простонала, обращаясь к хранителям: – Обед отменяется. Голову даю на отсечение, что сейчас придёт Каин…
– М-да-а-а… – протянул Эштиар. – Я бы тоже пришёл… надо же дать по шее за такой цирк! И что не так с этим фантомом?
Вопрос был риторический, поскольку все понимали, что поведение фантома стало лишь отражением настоящих эмоций Элины. Сначала она злилась на Каина из-за безликих в Ковене, затем радовалась предстоящему обеду с Эшем. Только как теперь всё это объяснить Каину?
Тяжело вздохнув, хранители переглянулись и обратились котами, и сделали это вовремя, поскольку в следующий миг раздался стук в дверь. Хотя, назвать стуком раскатистый грохот, словно кто-то лупил со всего размаха ногой в несчастную перегородку, было достаточно сложно. На миг зажмурившись, Элина вздохнула и пошла открывать. Пусть весь цирк и устроил фантом, но расхлёбывать придётся именно ей.
На пороге, как и ожидалось, стоял Каин, который молча сверлил Элину мрачным взглядом. Передёрнув плечами, девушка нахмурилась. В какой-то миг показалось, что её раздели, разобрали по частям, а потом вновь вернули в исходное состояние. Чувство не самое приятное, но другого она и не ожидала.
– Пригласишь? – протянул тёмный бог тоном, не предвещающим ничего хорошего.
Этим единственным словом он умудрился донести, что протестовать бессмысленно. Гораздо проще его впустить и поговорить, иначе будет хуже. Глупо было устраивать представление в общежитии, когда на них с любопытством смотрели адепты, поэтому Элина вжала голову в плечи и пропищала:
– Заходи.
Посторонившись, она позволила Каину войти, и тут же оказалась прижатой к стене, стоило двери закрыться. Прохладные мужские пальцы невесомо прошлись по щеке, и в глазах тёмного бога заплясали искры света. Довольно прищурившись, он улыбнулся и прошептал:
– Тёплая.
А следом также быстро отстранился и отошёл в сторону, словно вот такое приветствие в порядке вещей. Пока Элина в недоумении хлопала ресницами, на стол запрыгнул Эштиар. От возмущения у хранителя стала дыбом шерсть, и пришлось уговаривать себя, что набрасываться на Каина сейчас никак нельзя. Но вот от злобного шипения в адрес тёмного бога он не удержался.
– Ты что твориш-ш-шь?! Извр-ращенец!
– О, и вы тут, как только пробрались, – хмыкнул Каин, намекая на запрет пребывания в академии хранителей. Но, поняв, что его добродушного настроения никто не оценил, весело добавил: – Я проверяю, была ли услышана моя просьба по поводу маскарада.
Хмыкнув, он посмотрел на Элину, которая прошла к столу и напряжённо замерла рядом с котом, сложив руки на груди. Было заметно, что девушка сильно нервничает, но после представления в аудитории, это ничуть не удивляло.
– Если ты всё проверил, – ровно проговорила она, – можешь идти дальше заниматься своими делами.
– Нет, Искорка, – Каин весело подмигнул и подошёл ближе, чтобы наклониться и прошептать: – Мы идём обедать, а потом ужинать, и не только ужинать… Я просто не могу отказаться от такого м-м-м-м… сказочного предложения с твоей стороны. Кто бы мог подумать, что ты неожиданно окажешься такой сговорчивой.
Он протянул руку, чтобы притронуться к её волосам, но в этот момент на стол запрыгнул Дарион. Взвыв дурниной, хранитель махнул лапой, намереваясь поцарапать тёмного бога, но Каин отпрянул, а после схватил его за шкирку и с угрозой процедил: