Тайны этого мужчины (ЛП)

— Это поставит нас в неловкое положение, — пытаюсь рассуждать здраво. – Он не обрадуется, Джесси. И если у меня будут назначены деловые встречи с тобой, я не хочу, чтобы он думал, будто я отлыниваю от дел вместо того, чтобы работать.
— Мне плевать, что он подумает. Если его что-то будет не устраивать, уволишься, — говорит он, шагая дальше и таща меня за собой.
Уволюсь? Я люблю свою работу, и Патрика тоже. Он, должно быть, шутит.
— Ты его уничтожишь, да? — спрашиваю осторожно. Мой мужчина, как носорог.
Парковщик протягивает ему ключи от машины, и Джесси дает ему полтинник. Полтинник? Только за то, что он припарковал и вернул машину? Конечно, это очень хорошая машина, но все же.
Он поворачивается ко мне, проводит ладонью по моей щеке и трется со мной носами.
— Мы друзья? — Мятная свежесть сносит меня, как бульдозер.
— Да, — соглашаюсь, но, судя по разговору последних минут, не думаю, что надолго. Уволиться? — Спасибо за завтрак.
Он улыбается.
— В любое время. Куда ты теперь направляешься?
— В «Ройял парк».
— Возле «Ланкастер гейт»? Я тебя подброшу. — Он прижимается ко мне губами в крепком поцелуе и мягко толкает бедра вперед.
Я охаю.
Он не может трахать меня возле «Ритца»! Слышу его смех от моего шока, после чего он тянет меня к машине. Парковщик открывает мне дверцу, я мило улыбаюсь и забираюсь внутрь. После того, как Джесси садится за руль и быстро сжимает мое колено, он на обычной тревожной скорости с ревом вливается в утреннее лондонское движение. Интересно, сколько у него баллов за превышение скорости?
Итак, у меня только что завершился деловой завтрак с мистером Уордом, во время которого мы обсуждали одни безумства.
— Что я скажу Патрику? — Поворачиваюсь и смотрю на него. Ох, какой же он красивый.
— О чем, о нас? — Он переводит взгляд на меня. Хмурая морщинка твердо держится на месте.
— Нет, о нашем деловом завтраке. Что мы обсуждали?
Он пожимает плечами.
— Скажи, что мы согласовали оплату, и что я хочу, чтобы пятницу ты провела в «Поместье», заканчивая эскизы.
— У тебя все так просто. — Я вздыхаю, откидываюсь на спинку сиденья и смотрю на парк.
Он кладет руку мне на колено и сжимает.
— Детка, это ты все усложняешь.
Джесси взвизгивает тормозами возле «Ройял парка» и отмахивается от обрадованного парковщика, когда тот подходит, чтобы забрать машину.
— Увидимся дома. — Он обхватывает меня ладонью за шею и притягивает к себе, прощаясь не спеша. Я позволяю. Мне хочется повиснуть у него на шее. И к черту стоящего рядом парковщика, который с тоской глядит на автомобиль.
— Часиков в шесть, — подтверждаю я, когда он целует меня в уголок рта.
Он ухмыляется.
— Часиков.
Знаю, сейчас не самое подходящее время для разговора на эту тему, но я буду грызть себя этим весь остаток дня. Он ведь не может говорить такое всерьез?
— Я не могу уволиться и не работать в двадцать шесть лет.
Он откидывается на спинку сиденья, и дурацкие чертовы шестеренки приходят в действие. Я тут же волнуюсь. Он говорил серьезно.
— Я же сказал, что не хочу делить тебя ни с кем.
— Это глупо, — выпаливаю я, и, судя по только что промелькнувшему на его лице хмурому выражению, я сказала явно не то, что надо.
— Не называй меня глупым, Ава.
— Я не называла тебя глупым. Я назвала глупым твое самолюбивое стремление, — возражаю тихо. — Я никогда от тебя не уйду.
Провожу ладонью по его шее. Нуждается ли он в постоянном заверении?
Закусив губу, он смотрит на руль.
— Но это не помешает людям попытаться тебя похитить. Я не могу этого допустить. — Он переводит на меня измученный взгляд, пробивая в сердце огромную дыру.
— Каким людям? — спрашиваю с явной тревогой в голосе.
Он отрицательно качает головой.
— Нет кого-то конкретного. Ава, я тебя не заслуживаю, но каким-то чертовым чудом ты стала моей. Я буду яростно тебя защищать — устраню любую угрозу. — Он скользит руками по рулю, костяшки пальцев белеют от жесткой хватки. — Ладно, нам лучше прекратить это разговор, потому что я чувствую себя немного жестоким.
 
Сижу и смотрю на своего красивого, помешанного на контроле невротика и жалею, что не могу дать ему утешение, в котором он так нуждается. Слова тут не помогут. Теперь я это прекрасно понимаю. А также я полностью осознаю, что на самом деле он имеет в виду, говоря, что устранит любого, кто будет представлять угрозу для него, а не для меня.
Отстегнув ремень, переползаю к нему, садясь верхом не его колени, полностью игнорируя парковщика, который все еще капает слюной на автомобиль. Притянув его лицо к своему, обхватываю ладонями щеки и касаюсь губ. Он стонет и скользит руками вокруг меня, сжимая мою задницу и притягивая к своим бедрам. Хочу, чтобы он прямо сейчас отвез меня обратно в «Луссо», но не могу отмахнуться от Микаэля.
Наши языки медленно скользят, кружа, отстраняясь и сближаясь снова, снова и снова. Я страдаю от потребности в этом мужчине — болезненной, непрестанной агонии, и знаю, что он испытывает ко мне то же самое.
Отодвинувшись, вижу, что он крепко зажмурился. Я видела такое раньше, и в последний раз это случилось тогда, когда он хотел мне что-то сказать.
— Что случилось? — спрашиваю нервно.
Он быстро распахивает глаза, будто внезапно осознает, что предстал передо мной в полном отчаянии.
— Все в порядке. — Он убирает мой выбившийся локон. — Все хорошо.
Я застываю у него на коленях. Он и раньше так говорил, а на самом деле все было наоборот.
— Ты хочешь мне что-то сказать, — констатирую я.
— Ты права, хочу. — Он опускает голову, и я испытываю тошноту, но затем он снова поднимает глаза и находит мои. — Я безумно люблю тебя, детка.
Я слегка отшатываюсь.
— Ты не это хочешь мне сказать, — говорю с подозрением.
Под его лучезарной улыбкой, предназначенной только для женщин, я превращаюсь на его коленях в дымящуюся лужицу.
— Нет, это. И я буду повторять это до тех пор, пока тебе не надоест это слушать. Для меня это в новинку, — он пожимает плечами. — Мне нравится говорить это.
— Мне не надоест это слушать, и не говори подобных слов больше никому. Мне все равно, насколько тебе нравится их произносить.
Он ухмыляется, по-мальчишески нахально.
— Это заставит тебя ревновать?
Я фыркаю.
— Мистер Уорд, давайте не будем говорить о ревности, когда вы только что поклялись устранить любую угрозу, — сухо говорю я.
— Ладно, не будем. — Он притягивает меня к себе и двигает бедрами вверх, его порочный удар попадает прямо в цель. — Давай лучше снимем номер, — шепчет он, снова толкаясь своими чертовски восхитительными бедрами.
В отчаянии слезаю с его колен, стремясь избежать контакта, от которого мозг превращается в желе, прежде чем сорву с него костюм прямо здесь и сейчас.
— Я опаздываю на встречу. — Схватив сумочку, на мгновение прижимаюсь губами к его губам. — По возвращении домой, хочу, чтобы ты ждал меня в постели.
Он удовлетворенно улыбается.
— Выдвигаете требования, мисс О'Ши?
— А вы собираетесь отказать мне, мистер Уорд?
— Никогда, но ты ведь помнишь, у кого власть? — Он пытается меня схватить, но я быстро уворачиваюсь и выпрыгиваю из машины, прежде чем он полностью меня поглотит.
Я просовываю голову обратно.
— У тебя, но ты мне нужен. Так что не мог бы ты ждать меня голым?
— Я тебе нужен? — спрашивает он с торжествующим видом.
— Всегда. Увидимся у тебя.
Я захлопываю дверь, и уходя, слышу его возглас: «У НАС».
Внезапно осознаю, что меня сверлят глазами, и поворачиваюсь, обнаруживая парковщика с самой широкой улыбкой на лице. Густо покраснев, торопливо поднимаюсь по ступенькам в отель. Абсолютно довольная, нежусь в лучах солнца на седьмом небе под названием Джесси.
 
Я роюсь в сумке, когда слышу звук пришедшего сообщения.
Джесси.