Ответный удар (СИ)
На следующий день ранним утром к Ивану Дмитриевичу приехали Сергей Иванович с Аллой и Василием. Оперативница ГРУ опять колдовала надо мной около часа, нанося грим. Когда она закончила, я увидел в зеркале парня лет двадцати-двадцати двух. Затем меня заставили переодеться в принесенную из «нивы» армейскую форму младшего лейтенанта.
– Будешь сопровождать Петра Ивановича к Романову, – ответил на мой невысказанный вопрос Сергей Иванович. – Поедешь на объект «К-0».
– Дача Григория Васильевича на Каменном острове? – уточнил я.
– Она, – кивнул капитан и прищурился. – Аббревиатуру откуда знаешь?
– Способность у меня такая, – я сделал невинное лицо. – Многое знать. Помните «Гамлета» Шекспира? Там говорится «Есть многое на свете друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам».
– Но, но, – шутливо погрозил пальцем ГРУшник. – Ты мне тут демагогию не разводи.
– Товарищ капитан, вы начали рассказывать, что будем делать, – напомнил я.
Действуем таким образом, – деловито продолжил Сергей Иванович. – На подъезде к Ленинграду, если никаких проблем не возникнет, пересаживаешься в «волгу» товарища генерала. Проедешь с ним, как одно из сопровождающих лиц – новый личный ординарец. Наша машина будет следовать за вами, и находиться недалеко. Заканчиваете общение с Григорием Васильевичем и выезжаете с дачи. Мы едем следом. Если будет слишком поздно, переночуешь в области, там много наших подразделений имеется. Утром выезжаете. На трассе опять пересядешь к нам. Убеждаемся, что хвостов нет, переодеваешься в гражданское, смываешь грим. Мы отвозим тебя обратно к Ивану Дмитриевичу. Вопросы есть?
– Никак нет, товарищ капитан, – я вытянулся и шутливо отдал честь. – Готов к труду и к обороне, как в надписи на известном значке.
– Вольно, – улыбнулся Сергей Иванович. – У нас есть полчаса, сейчас чаю попьем, с Иваном Дмитриевичем поболтаем и поедем…
Через 30 минут мы выехали. Семь часов я трясся в белой «Ниве». Сначала болтал о разных пустяках с Аллой и Сергеем Ивановичем. Васю мы старались не отвлекать, парень был за рулем и сосредоточенно следил за дорогой. Потом я дремал, а женщина, устроившаяся со мной на заднем сиденье, молчала, думая о чем-то своем.
Черную «волгу» Ивашутина мы увидели, как и ожидалось, через семь часов под столбом с указателем, на выезде из Ульяновки. Я быстро прыгнул в машину, поздоровался с Петром Ивановичем, а также с Мишей и Артёмом. Начальник ГРУ, неожиданно оказался на заднем сиденье, а спереди весь обзор закрывали огромные туши водителя и телохранителя. Романа, постоянно возившего Петра Ивановича раньше, не было. Я отметил этот факт, но задавать вопрос, куда он пропал, благоразумно не стал.
– Мы уже недалеко от обкомовских дач, – голос Петра Ивановича оборвал воспоминания. – Минут через десять будем на месте.
Я откинулся на сиденье и закрыл глаза, мысленно прогоняя перед собой варианты будущего разговора с Романовым. Засунул руку в карман, нащупал листок с подготовленными сведениями для «Хозяина Ленинграда» и успокоился.
На выезде у Каменного моста нас остановили. К машине подошел коренастый мужчина невысокого роста в длинном темном плаще.
– Старший лейтенант Викентьев. Девятое управление КГБ, – представился он, показав красную корочку, и заглянул в машину. – Товарищ генерал?
Заднее стекло открылось. Комитетчик наклонился к генералу, стрельнув глазами по сторонам. Он явно старался запомнить каждого человека в машине.
– Я вас слушаю, – сухо ответил Ивашутин.
– Григорий Васильевич предупредил, что вы должны подъехать. Где его дом, знаете?
– Разберемся.
– Большой двухэтажный особняк. Он один такой с башней наверху, а напротив широкая лестница, ведущая к реке.
– Спасибо. Мы поняли. Всего доброго, – вежливо попрощался Ивашутин. Стекло поехало вверх, ограждая нас от старлея.
Машина тронулась с места. Я оглянулся и увидел, что Викентьев достал рацию из кармана, и что-то говорит, провожая наш автомобиль взглядом.
– Он точно начальству о нас докладывает. Сейчас нас пропустят, а на обратном пути могут быть проблемы, – заметил Михаил, тоже наблюдающий за комитетчиком через зеркало заднего вида.
– Посмотрим, – неопределенно ответил Ивашутин.
Разговор с Романовым затянулся. Уехать нам удалось только поздним вечером. Едва мы выехали с Каменного острова, и свернули на Выборг, где располагалась 462 отдельная рота спецназа ГРУ в составе 30 гвардейского корпуса, начались приключения. На трассе внезапно возникли две черные волги с истошно воющими мигалками. Первая пошла вперед и подрезала нас, перекрывая дорогу. Вторая притиснула боком к обочине, вынуждая остановиться.
Михаил резко затормозил. Мы попадали вперед, еле успев выставить руки. Телохранитель и водитель схватились за кобуры. Я полез в карман, вытаскивая «ТТ» и верный дерринджер.
– Спокойно, – прогремел в салоне голос Ивашутина. – Оружие можете достать, положить перед собой, но без моей команды не применять и ничего не делать. Сначала узнаем, что им нужно.
2 января 1979 года (Продолжение)
Захлопали дверцы «волг», выпуская несколько фигур в темных куртках и пальто. Сзади неожиданно затормозила и чуть повернула вправо ещё одна машина белая «жигули-2102», перегораживая дорогу к отступлению.
– Обложили, сволочи, – сквозь зубы прошипел Артём, придерживая ладонью пистолет на коленях.
– Сигнал глушится, – озабочено сообщил Михаил, приложив к уху трубку «Алтая».
– Ничего, – усмехнулся Ивашутин. – Разберемся. Повторяю, без моей команды, не никаких действий. Вон, к нам уже идут.
Из «волги» ставшей спереди, выдвинулся высокий мужчина в коричневой норковой шапке и кожаном плаще на меховой подкладке. Остальные остались на прежних позициях.
– Модный перец, – ухмыльнулся Артём, внимательно наблюдая за шагающим сюда комитетчиком.
«Парламентер» неторопливо подошел к задней двери машины, игнорируя телохранителей, и требовательно постучал по стеклу пальцем.
Петр Иванович крутанул ручку, стекло поехало вниз.
– Здравствуйте, товарищ генерал, – отдал честь незнакомец. – Разрешите представиться. Он продемонстрировал начальнику ГРУ красную книжечку с надписью «КГБ», и раскрыл её у окна так, чтобы Ивашутин мог прочитать, что там написано.
– Комитет Государственной Безопасности. Полковник Остроженко Николай Андреевич. ПГУ. Управление «К».
– Контрразведка? – спокойно уточнил Ивашутин.
– Так точно, товарищ генерал армии, – холодно улыбнулся Остроженко, но честь не отдал.
– И чего вам от меня надо, полковник?
– Товарищ Андропов хочет с вами встретиться. Немедленно, – надменно заявил комитетчик. – Прошу вас следовать за мной.
– Он в Ленинграде?
– Нет, – в голосе полковника проскользнула нотка раздражения. – В Москве. Мы сейчас поедем на аэродром. Там нас уже ждет борт. Полетим в Москву. Потом я провожу вас к Юрию Владимировичу.
Я буду в Москве через пару дней, и тогда Юрий Владимирович может мне позвонить и назначить встречу, – каменное лицо Ивашутина не выражало никаких эмоций.
– К сожалению, так не пойдет, – извиняюще развел руками Остроженко. – Товарищ Андропов хочет встретиться с вами немедленно. У меня приказ и я не могу его нарушить. Вам придется полететь с нами.
– Засунь себе приказ, знаешь куда?! – повысил голос генерал. – Я тебе русским языком сказал. Через пару дней буду в Москве. Если нужен Юрию Владимировичу, пусть он позвонит, встретимся. Я не нахожусь в подчинении председателя КГБ. У меня своё начальство есть. Мне может приказать только Дмитрий Федорович Устинов – министр обороны. Или мой непосредственный начальник – маршал Советского Союза, начальник Генерального штаба Николай Васильевич Огарков. Больше никто.
Комитетчики у машин напряглись. Рассредоточились, подаваясь в стороны. Некоторые расстегнули пуговицы пальто и спустили вниз замки змеек на куртках, чтобы быстрее выхватить оружие. Михаил и Артем положили ладони на пистолеты. Наступила гнетущая тишина, готовая в любой момент взорваться грохотами выстрелов. С каждой секундой напряжение нарастало, натягивая нервы до предела как струны. Пауза затягивалась.