Адвокат вольного города 3 (СИ)

— Рабочим всё равно, тут кого только не бывает. А с точки зрения начальства, лучше утром. Они с утра чаи гоняют и анекдоты травят. В смысле, совещаются и решают административные вопросы.
— Круто.
— Аркадий, — Олег обращался со мной запросто, потому что я был вроде как его ровесник. — а у тебя какой любимый анекдот?
— У меня-то? Профессиональное. Умер сантехник. Похоронили его… Попал в ад. Чертям было не до него, он начал со скуки трубы чинить, протечки, постепенно наладил всю прогнившую систему. Прилетает периодически архангел и имеет право кого-то реабилитировать и забрать в рай. Видит, как сантехник суетится, прикидывает, что в раю тоже не всё хорошо с трубами. Говорит, я его забираю. А надзирающий демон — нет, не отдам. Но я, говорит архангел, имею право! Ты обязан! А ты, отвечает демон, на меня в суд подай. У тебя там в раю хотя бы один адвокат для таких целей есть?
— Забавно. Самокритично, — усмехнулся Олег. — Ладно, пойду я поработаю.
* * *
Я сидел за столом и пользуясь тем, что родня меня отсюда ещё не вытеснила, писал процессуальные документы по всем делам, особо напирая на проект заключения.
Пространные и научные рассуждения Олега я приводил в порядок и заканчивал мыслью, что если паровоз будет так же безалаберно стоять и дальше ему понадобится ремонт — далее я перечислял словами Олега, насколько всё плохо и под угрозой.
Надо сказать, я не утверждал, что всё заведомо плохо, что всё обязательно сломается, но делал мощные намёки и говорил про риски и угрозы.
Колокольчик тренькнул, в офис вошёл отец.
— У тебя тут довольно миленько и строго. Честно говоря, не ожидал, что ты сможешь сам открыть кабинет и оформить лицензию, — осмотрелся он и погладил дверной блок.
— Я изменился, — отложив ручку, поднял голову и критически посмотрел на отца. — Так что, вы меня выдавите из кабинета?
— Нет, — он отрицательно покачал головой. — Мы договорились с первой коллегией адвокатов, они примут нас в свой состав и помогут ускоренно получить статусы. Извини, но мы становимся твоими конкурентами. Формально, конечно, в реальности мы же семья. Прошу тебя не обижаться на братьев, они тебе желают добра, но жалуются, что ты общаешься с ними без должного уважения.
— Жалуются… — многозначительно ответил я. — По какому пути ты решил пойти, отец? Будешь меня выжимать или попытаешься принять мою помощь?
В ответ он долго молчал и это молчание мне не понравилось.
— Мне нужен совет по наследственному делу, — решил сменить тему я, когда понял, что ответа от него не дождусь.
— Да, сын?
— Каким образом можно вызвать в суд в качестве свидетеля Предка-Покровителя?
— Местный кодекс отличается от имперского, но принцип такой же, заявляй ходатайство…
— Я не это имею ввиду, процессуально — вполне себе представляю, а вот технически?
— Это магия, иди в местную явочную службу.
— Эти всё больше прорывами, убийствами и побегами занимаются.
— Тогда в магическое училище, — пожал плечами он. — В крайнем случае придётся привлекать из Челябинска. Поскольку это вопрос магических технологий, они могут помогать и за пределами юрисдикции.
— А ты сам такое делал в своей практике? — я смутно представлял, чем занимался патриарх, но он был профессором в институте и действующим адвокатом, а остальная семья — прокурорские работники, судьи и адвокаты. Дядька был нотариусом. Всем пришлось резво снять с себя полномочия и бежать. Есть от чего озлобиться. Однако это уж точно не повод срываться на мне.
— Делал, но оба раза неудачно. Чтобы предок явил свою проекцию в суд, он должен сам этого хотеть. Заставить его, по понятным причинам, нельзя. Но в моих делах это было не важно.
— Как это?
— Тебе ещё учиться и учиться, — покачал головой он.
— Это ни разу не ответ.
— Как не явившийся свидетель может помочь делу? Тем, что не скажет лишнего и судья будет вынужден ограничится помещенными в дело доказательствами.
— Состязательность и добросовестность первой инстанции? — вздохнул я. — Понятно. В моём случае клиент обещает, что Предок явится.
 
— Клиенты же никогда не обманывают, — снисходительно выдохнул отец. — Мне пора, нам ещё искать жильё. Тут нет твоей вины, но Юра, кажется, нагрубил хозяйке. Поговоришь с ней, чтобы дать нам ещё неделю?
— Поговорю. — кивнул я.
— Ну, до свиданья, сын.
В моей жизни была ситуация, когда я жил в двухкомнатной квартире, один, после развода. И ко мне на недельку попросился пожить приятель, которого выгнала из дома жена.
Причина размолвки банальна и легко конкурирует с супружеской изменой. Муж не хотел работать. Ну, то есть, он вроде как хотел работать, но работы его сами не искали, а то, что появлялось на горизонте, не отвечало его высоким требованиям и вообще, критиковало его…
Короче, пустил я его по доброте душевной на недельку-другую. А через два с лишним года, когда не мог избавиться от этого творческого человека, объявил, что хозяин квартиры (а она была съёмной) её продаёт и я переезжаю.
— Отлично, куда мы переезжаем? — спросил он.
— Не мы, а я. Там однокомнатная хрущёвка, я буду там жить один.
Кстати, хозяин её и правда продавал, но съёмную я, само собой, был способен найти любого размера
Приятель ожидаемо на меня обиделся, потому что я тоже оказался чудак и не принимал его тонкую творческую натуру. При мне он, кстати, тоже большую часть времени не работал и в свои неполные тридцать сидел на шее родителей — медиков.
Ну, иногда стоит оказаться чудаком и уменьшиться, чтобы подобно ловкой змее проскочить в дыру, оставив тех, кто пытается меня эксплуатировать, где-то по ту сторону стены.
Лучше быть свободным мелким горностаем, чем гордым конём, который прёт плуг, телегу, а под конец жизни его ещё и зарежут на колбасу.
Проводив отца, я действительно направился к Наталье Романовне.
Разговор не совсем приятный, всё же у нас с ней не было договорённости, что вместо одного меня в квартире окажется целый цыганский табор моих беглых родственников. Но оттягивать этот разговор ещё дальше никак нельзя.
…
— Наталья Романовна, я для начала хочу принести Вам свои глубочайшие извинения.
— За что? — подняла бровь она.
— Ко мне приехали родственники. Мы с ними не ладим, но я не мог их выгнать. И один из них…
— Ой, Аркадий, я вас умоляю. Мне ли не знать, какие люди бывают. Предок с Вами. Ну, накричал Ваш этот…
— Нет, его поведение никуда не годится, и я его за это поругал. И вообще ситуация, когда мы договаривались только на одного меня…
— И девок румяных! — усмехнулась она.
— И на них. А тут оказалось, что целая орда вторглась.
— Да предок с ними, что я, не понимаю? Живите, куда деваться.
— Нет, это не дело. Я берусь выехать оттуда и выкурить родню за десять дней.
— Ну… Вообще-то, я приходила к Вам с конкретными новостями. Те племянники, они возражений по завещанию так и не подали. Трижды приходили к нотариусу ругаться, даже взятку ему предлагали, он полицию вызвал. Но официальной, как её назвал нотариус — ноты, так и нет. Он провёл розыск других завещаний, их само собой, не было и на днях выдаст мне свидетельство о праве на наследство, не дожидаясь полугодового срока. Это он правильно всё делает, не рискованно это?
— Оспорить наследство можно независимо от того, ждёт он полгода или не ждёт. А насколько он правильно поступает? Сколько лет он нотариус?
— Ну уж лет сорок, наверное.
— По нормам законодательства о наследовании такой вопрос в его ведении. И, наверное, с высоты своего опыта он знает, что делает. Уверенно шагайте по его указаниям, получайте свидетельство, оформляйте собственность на себя. Действуйте уверенно, закон на Вашей стороне.
— Волнуюсь я, Аркадий. Только Вы меня и поддерживаете.
— Стараюсь.
— Давайте я Вам заплачу за консультацию?
— Даже не думайте. Мне достаточно того, что Вы приняли мои извинения.