Фальшивая няня для генерала (СИ)
Девочки скоро уснули на руках у генерала, обнимая его за грудь и за плечи. Мужчина закрыл книгу и поглядел на меня чистым синим взором с кроткой улыбкой.
— Поможете положить в кроватку? — шёпотом сказал он, и я мигом подскочила. — Возьмите Мэри…
Мы уложили детей и остались стоять вдвоём посреди спальни очень близко к моей расправленной постели. Да и я была лишь в халате со струящимися по плечам и спине длинными вьющимися волосами. Олэнтор поглядел на меня, как мужчина глядит на женщину, и я невольно смутилась, бросилась в сторону. Лицо вспыхнуло огнём.
— Вы, наверное, голодны? — сказала я, чтобы отвлечь хищника от рассматривания меня.
— Безумно, — низким голосом пророкотал генерал.
Тьма волной пронеслась в его глазах, но через миг опять растворилась.
— Я могу разогреть вам ужин. Рита и госпожа Рут, вероятно, уже пошли отдыхать.
Кто дёрнул меня за язык предложить его покормить?! Но лучше отправиться на кухню, чем стоять в спальне у постели.
— Буду благодарен, — ответил генерал.
— Тогда я сейчас оденусь.
— Не стоит, — сказал он, продолжая на меня глазеть. — В смысле, я хотел сказать, не беспокойтесь за форму, уже позднее время и…
— Я всё же переоденусь, если вы не против! Вы выйдете? — настояла я.
— Я против. Идёмте вниз, я голоден, как волк!
По спине пробежали мурашки от требовательности мужчины.
— Минуту. — Олэнтор достал из кармана мундира переговорный артефакт, активировал его и поставил на стол, перед кроватками девочек.
— Всё, теперь идёмте, — произнёс он шёпотом, указывая мне жестом на дверь.
Я спускалась по лестнице первой и чувствовала совершенно осязаемо взгляд мужчины, гулявший по моей фигуре. Его тёмная магия снова взвилась вокруг меня, обвивая и лаская, словно шёлковая лента.
Что же он делает! А я не могу закричать и признаться, что всё чувствую!
— Вам накрыть в столовой? — произнесла я, лишь бы не думать о близости мужчины.
— Нет, достаточно в кухне. Там весьма уютно, — генерал открыл дверь, пропуская меня вперёд.
В кухне горели две оранжевые ночные лампы.
Олэнтор налил себе настойку Гэрха, бросил лёд и опустился за стол. Я запахнула потуже халат и принялась доставать кастрюли из шкафа с холодильным артефактом, а затем попыталась поджечь греющий купол, соображая, как он работает.
В деревне у нас не было подобных вещей, там мы готовили по старинке, а будучи принцессой, я в жизни не пользовалась артефактами для приготовления пищи.
Но кое-как я всё же справилась с греющим куполом, поставила блюдо и стала ждать. Олэнтор с лёгкой улыбкой наблюдал за мной.
Отчего ему так весело?
Из-под стола показался пушистый белый хвост, я приподняла скатерть и увидела жмущихся друг к другу Пирожка и Булочку.
— Угадайте, кто тут? — улыбнулась я Олэнтору. — Прячутся, похоже.
Генерал заглянул под стол:
— Провинились, вот и пусть прячутся.
Пока я отвлекалась на собак, еда в куполе подгорела.
Со смущением я поставила перед Олэнтором блюдо с почерневшей корочкой на мясе, но он устремил пронзительный взор не на блюдо, а на меня. Взгляд его был невероятно благодарный и ласковый, как будто женщины никогда раньше столы ему не накрывали. Ну ладно, принцессы действительно не накрывали — я ведь ни за что не поверю, что Элена на это способна.
На всякий случай я снова поправила халат и вернулась к куполу, чтобы погасить его, но обожгла палец.
— Ой.
Генерал мгновенно встал и оказался возле меня.
— Дайте посмотреть, — сказал он, беря мою кисть.
38
Я обожгла всего лишь кончик пальца и то не сильно, но мужчина бережно гладил мою руку, будто спас из пожара. От его прикосновений по всему телу разбегался трепет, поднимались волоски на коже и перехватывало дыхание. Болезненные ощущения ушли, и краснота тоже прошла, осталась лёгкость и ощущение приятного тепла во всей кисти.
— Ну вот, как новенькая, — генерал выпустил меня.
— Спасибо, — произнесла я. — Это магия исцеления? Вы владеете ей?
— И ей, и некоторыми другими силами — с повышением кругов силы расширяются способности и появляется возможность управлять другими видами магии. Так только у тёмных, но мы об этом никому не говорим.
Папа действительно не делился со мной такими знаниями.
Олэнтор заговорщицки на меня посмотрел, и я понимающе кивнула. Мне доверили тайну.
— Оставьте, я сам, — сказал генерал, кивая на кастрюли. — Лучше присядьте. Вы наверняка устали за день.
Я устала. Набегалась за детками, наговорилась, измучилась сложным выбором: бежать или оставаться. Мне хотелось просто лечь хоть на этот стол и распластаться.
— Нет, всё в порядке. Я не устала.
— Присядьте, я сказал, — повторил генерал.
Олэнтор посмотрел на меня обжигающей синевой взгляда — и мне перехотелось спорить. Я присела на стул.
— Вы будете ужинать? — сказал мужчина, обернувшись через плечо.
Он уже достал второе блюдо и приготовился положить еду.
— Нет, спасибо, я ужинала! — Я правда была сыта.
Нет сомнений — генерал почувствовал, что я не лукавлю. Уговаривать не стал.
— Тогда я налью вам чай, — сказал он.
Олэнтор достал чашки и стал подогревать воду.
— Но пирожное вы точно должны съесть! — добавил он. — И не говорите мне о диетах, вы очень худая.
Вскоре мне придвинули чашку и блюдечко с пирожным, покрытым воздушным розовым кремом.
— Приятного аппетита, — произнёс мужчина.
— Спасибо, и вам тоже приятного, — сказала я, улыбнувшись, и бросила взгляд на его тарелку с обуглившейся едой. — Может, вы новую порцию погреете?
— Что вы, такая радость есть из ваших рук. — Олэнтор сел напротив и расстелил салфетку на коленях.
И вот не знаю, сарказм ли это был или мне ясно дали понять, что ко мне неравнодушны?
Мы ели в тишине, а на столе горели магические свечи, создавая особую уютную атмосферу.
Чай был изумительно вкусным, а пирожное бесконечно нежным. Я наслаждалась сладостью и покоем. Замечательный вечер. Счастливый. Обворожительный.
— Я не сержусь на вас за собак в кабинете и разрисованный ковёр, перестаньте ёжиться! — сказал Олэнтор.
Знал бы он, отчего я на самом деле ёжусь, пряча лицо за чашкой чая, не приказывал бы так. А сжимаюсь от того, что мне слишком хорошо. Непозволительно хорошо в обществе одного из предводителей Ирcланда.
Я сделала глоток и заставила себя вспомнить о том, кто я. В моих руках спасение страны. Я выпрямила спину и расправила плечи, делая глубокий вдох.
— Мне очень приятно ужинать с вами, — сказал генерал, и моё дыхание замерло.
Я смутилась и снова заробела, отведя взгляд от синих, излучающих нежность глаз. Мужчина явно не в себе!
— Может, хотите ещё пирожное? — Олэнтор кивнул на пустое блюдечко.
— Нет, спасибо. Мне тоже приятно у вас работать, — ответила я.
Генерал мрачно усмехнулся, расстегнул несколько пуговиц мундира и нахмурился, поднимая бокал с голубой настойкой. Даже сидя на другой стороне стола, я чувствовала её горький запах.
Олэнтор допивал уже второй бокал. Я знала, что много этой гадости принимать вредно, даже мэтр Батлер говорил! Но не могла же я ему запретить?
Я заметила, что Олэнтор не называет меня по имени весь вечер… Пару раз назвал по фамилии, когда был сердит, а потом всё… перестал как либо обращаться.
Пора признаваться. Я уже всё решила.
Я убедилась, что генерал почти закончил с ужином, отодвинула от себя чашку и глубоко выдохнула перед тем, как начать.
— Генерал Олэнтор, я хочу обсудить с вами кое-что важное, — смело сказала я. — Только вы должны повторить клятву, что не будете насильно задерживать меня, когда выслушаете моё предложение.
— Я не нарушаю клятв. Не только из-за кодекса, но и потому что так мне велит воинская честь. Говорите уже, я устал ждать, когда вы решитесь, — устало сказал Олэнтор.