Мышка для серцееда (СИ)

— А, — подаю костыли, пока его глаза прожигают в моем затылке дыру, — потому что мы семья.
Самая последняя причина, по которой я хочу быть в этот момент рядом с ним.
Руслан, видимо, понимает, что я пытаюсь его обмануть. Хмыкает и окидывает меня скептичным взглядом.
— Поэтому ли? И мы не семья, — он приближается вплотную и вдавливает палец в мою грудную клетку. — Мы с тобой точно не семья. Пока.
Молча открываю рот.
— Пойдем уже. Если еще не передумала.
— Что значит твое пока?
Руслан
Пытаюсь показать мышке, что меня совсем не волнует травма, хотя каждое движение доставляет жесткое неудобство.
Еще и костыли. Вообще бесит передвигаться с их помощью. Взгляды эти жалостливые в мою сторону. Хочется встряхнуть всех и заорать во всю глотку, чтобы просто отвалили от меня.
Если сейчас доктор скажет, что операция не нужна, то сделаю все, чтобы отец с Настей свалили, и тогда мышка останется в полной моей власти.
Подавляю желание хищно улыбнуться. Это отличная возможность вернуть себе свое!
Крышу рвет от одной мысли, что никто нам не будет мешать, и я наконец смогу убедить девчонку, что мне никто не нужен. Только она.
Вытягиваю ногу на переднем сиденье. Больно, зараза, но терпимо.
Я, вообще, удивлен, как я избегал все это время серьезных повреждений. Но вот злит жутко, что пришлось сойти с дистанции.
Сжимаю кулаки. Главное, чтобы не насовсем. Это будет сильнее меня.
— Коль, тебе отец сказал, куда ехать?
Водитель кивает, и мы выдвигаемся. Жалею, что не сажусь рядом с Кариной, но сзади слишком мало места для травмированной ноги, а согнуть я ее чисто физически не в состоянии. Поэтому приходится крепко стиснуть зубы и терпеть временную слабость.
Мышка молчит, а я несколько раз бросаю взгляд в ее сторону. Сидит, голова опущена, изучает сцепленные пальчики.
Давлю в себе желание взять ее за руку. Знаю, что такой жест еевыбесит. Мне-то пофиг, что водитель может рассказать отцу, я отстою нас. Но вот мышка пока не созрела наплевать на все и быть со мной.
Но это поправимо, и как раз потребуется то самое время, когда не будет отца и ее матери.
Приручу и покорю окончательно, а то в голове лишнего многовато. Ненужного.
Придумала тоже. Мы семья. Семьей мы станем после того, как поженимся.
Застываю на сиденье. Сердце громко ухает вниз. От страха?
Не-е-е-е-е-е-е-т! От предвкушения. Представляю эту картину и понимаю, что не боюсь такого развития событий.
Уверен уже в своих чувствах к ней. То, что было когда-то с Лилей, — детская влюбленность. Сейчас все иначе.
Смотрю на нее и вижу наше будущее. Счастливое и долгое.
Ну да, поплыл. Мозги потерял. Кто бы сказал еще три месяца назад, что эта девчонка захватит сердце, — заржал бы в лицо.
А сейчас одна только мысль, что она будет не со мной, заставляет кровь вскипеть. Не отпущу от себя. Да и я уверен, что она не ровно ко мне дышит. Иначе не сидела бы сейчас в машине.
— Приехали, — машина останавливается возле входа в самую крутую клинику.
Кто б сомневался! Отец даже тут влез. Меня-то, в принципе, и тот врач, который осматривал меня, устроил.
Достаю чертовы костыли. Ставлю на асфальт и встаю. Слишком резко. Меня ведет в сторону, и я уже мысленно готовлюсь пропахать рожей асфальт. Но тут меня поддерживают за талию тонкие ручки, и к боку прижимается мое маленькое чудо.
— Осторожнее, — на грани слышимости шепчет и поднимает на меня глаза, полные тревоги.
Не жалости. Именно тревоги.
Сердце в этот момент, кажется, разбухает в два раза. Вот такая должна быть рядом, которая поддержит, а не посмеется над слабостью.
Моя девочка. Я сделаю все, чтобы ты вернулась ко мне! Заставлю поверить и простить то, что скрыл от тебя.
Тонкая прядка выбивается из ее прически. Взъерошенной, но именно из-за этой прически она выглядит такой простой и родной. Волосы прилипают к губам, и я даже жалею, что не могу сейчас заменить эту прядь и намертво прилепиться к ее губкам.
Боковым зрением вижу отцовский внедорожник, но не удерживаюсь. Убираю прядь темных волос за ухо.
 
— Спасибо, малыш, — глядя в глаза, произношу со всей серьезностью.
Реакция именно такая, какую я и ждал. Щеки краснеют, глаза вниз. И она, убедившись, что я уверенно стою, делает шаг назад. А мне становится пусто без ее тепла.
Слишком зависим. Волнует ли меня это? Нет!
Волнует только то, что она никак не идет мне навстречу.
Но и это поправимо.
— Чего это вы тут обжимаетесь? — громогласный голос отца заставляет вернуться в реальность.
Смотрю в его сторону. Вроде не злится. Даже смешинки в глазах.
— Карина меня спасла от встречи с асфальтом.
Отец хмурится и осматривает меня. А я только закатываю глаза.
— Рус, все в порядке? — слишком много участия.
Сжимаю зубы, до скрежета, чтобы не нахамить. Карина права, никто из домашних не виноват в моей травме.
— Нормально, — все же получается не так дружелюбно, как хотелось бы.
  
Глава 35
 
С трудом добираюсь до кабинета ортопеда. Пульс ускоряется, когда слышу свою фамилию.
Несколько мгновений — и я узнаю вердикт. Застываю перед дверью. Прикрываю глаза.
Да, мать вашу! Я не робот, и мне тоже бывает страшно. Так страшно было только тогда, когда уходила мама и когда встретился с глазами Карины, полными боли.
Не хочу! Не хочу, чтобы сейчас животный страх заполнял каждую клеточку.
Теплая рука касается запястья. Распахиваю глаза и встречаюсь с глазами своей девочки. Она словно молча кричит, что со мной и все будет хорошо.
— Все будет хорошо, Рус, — шепчет она так, чтобы никто, кроме меня, не услышал.
Только сейчас замечаю, что отец отвлекся на телефонный разговор. С Настей, наверное.
— Спасибо, малыш, — подношу ее руку к губам, и ее щеки тут же вспыхивают.
Делаю громкий вдох и толкаю дверь.
— Здравствуйте, проходите.
С удивлением вижу того же врача, который принимал в приемнике.
— Ну, приходится вот так работать, — дергает плечами и усмехается.
— Я предлагал Владимиру приехать, когда я буду принимать в бесплатной. Не захотел. Проходите.
Отключаю мозги во время всех обследований. Смотрю словно со стороны, как доктор ощупывает и осматривает ногу.
— Отек спал — хороший знак. Нужно будет МРТ сделать. Но пока я не вижу показаний для операции. Тебе повезло, легко отделался, и, если будешь все делать правильно, скоро вернешься в спорт.
Незаметно переходит на "ты" и идет мыть руки. А у меня в ушах громыхает только то, что операции не будет.
Рвано выдыхаю. Не будет!
— Это точно?
— Насчет операции? Да, МРТ, скорее, для точного подтверждения, но уверен процентов на девяносто, что без оперативного вмешательства все придет в норму.
— Спасибо, — голос садится.
Смотрю какое-то время в одну точку.
— А что с костылями?
— А, да, можешь уже ими не пользоваться. Но нагрузка на ногу минимальна. Никакого спорта, никаких опор на нее, стояния на коленях и тому подобное. Все теперь зависит от тебя, Руслан. Если вдруг какой-то дискомфорт будет, сразу ко мне.
Протягивает визитку со своим номером. Не глядя беру. Киваю.
— Ну все, МРТ можешь пройти здесь или записаться в поликлинику по месту жительства.
Фыркаю. Наша поликлиника там, где лучшие специалисты.
Беру костыли и неуверенно встаю на обе ноги. Непривычно в ортезе, нога не гнется, один черт. Но, по крайней мере, испытания костылями я прошел и теперь могу хотя бы на двух ногах ходить, а не скакать на этих палках.
Колено слегка отдает болью. Ненадолго стискиваю челюсть. Ничего, это от непривычки. Сейчас пройдет.
— Нормально все? — уточняет доктор, прежде чем я выхожу из его кабинета.
— Да, отвык слегка за несколько дней.
— Да, такое бывает. Пройдет сейчас, когда расходишься. Ты меня понял? Покой и сразу звонок, если чувствуешь, что что-то не так.