Мышка для серцееда (СИ)

— Да, ты права, — пальцы замирают в волосах, и я мысленно стону.
— Подожди, мам. Просто расскажи, что и как? Я сейчас немного не в себе и несу всякую ахинею из-за всех подготовок к вступительным. Все ещё от шока не отошла. Не обращай внимания.
Молюсь, чтобы мама купилась на этот лепет. Пока в голове крутятся все известные молитвы, к нам вальяжно подходит Тимоха и плюхается пушистой пятой точкой на мою ногу. Не задумываясь погружаю пальцы в шелковистый мех, и грудь наполняется любовью.
Кто-то может сказать, что у нас неполная семья. И я этому кому-то за такую фразу отгрызу нос, потому что моя семья самая лучшая.
Снова укол вины пронзает грудь. Откидываю голову на мамины колени и вдыхаю родной аромат. Мама пахнет счастьем и любовью, и в такие моменты…в моменты уединения я не могу ею надышаться.
— Мам, — прерываю идиллию, — правда, я из-за каши в голове несу всякую чушь. Не ведись. У меня стресс, ну. Первый курс.
— Просто Владимир мне кажется серьезным мужчиной, — мама опускает глаза на меня.
Я поворачиваюсь к ней лицом и опускаю подбородок на колени.
— Это же здорово, — добавляю в голос уверенности и наконец вижу, как мамины плечи расслабляются.
На лицо возвращается мечтательная улыбка.
— Мы с ним как-то на переговорах столкнулись. Ринка, это так для меня непривычно! Я как его увидела, сразу поняла, что о таком мужчине мечтала всю жизнь, поэтому…
Мама внезапно замолкает, и я снова ловлю на себе ее виноватый взгляд. Прекрасно понимаю, из-за чего. Отец. Мама думает, что мне все еще не наплевать на этого человека.
— Мам, если ты из-за человека, который является моим отцом, то просто забудь, — в голосе сквозит злость, и так каждый раз, стоит мне вспомнить его и его поступок по отношению к нам.
— Рин, не надо так. Это все же твой отец, — твердо возражает мама и поднимается со стула. — Ты должна об этом помнить.
— А он-то сам помнит, что у него есть старшая дочь? — взбрыкиваю и тоже подскакиваю на ноги.
Мама переводит взгляд в окно, и между нами воцаряется молчание. Готовлюсь к тому, что мама сейчас начнет защищать отца. Так происходит всегда, стоит нам поднять эту тему.
— Ты права, дочур, — второй раз за вечер удивляет меня мама, — но я все же надеюсь, что он очнется и наладит с тобой связь.
Мама тщательно скрывает обиду, но я все равно улавливаю ее в интонациях. Хоть уже и прошло много лет с развода родителей, я все еще вижу, как мама, бывает, думает о случившемся. Я же уже смирилась, что отец наплевал на свою первую семью и сейчас счастлив со второй женой, которая младше мамы на десять лет.
Первое время папа пытался наладить наше общение, но очень быстро свалил в закат, стоило новой жене родить дочь.
— Ну так что с этим Владимиром? — не хочу, чтобы мама скатилась в грусть после такого замечательного начала вечера. — Как у вас все началось?
Быстро перевожу тему на маминого ухажера и цепляю на лицо улыбку. Мама прищуривается и хмыкает. Она слишком хорошо меня знает, чтобы не понять моего маневра.
— Я же сказала, что все началось на переговорах. По работе пришлось много общаться, а потом он на кофе пригласил, — мама смущенно закусывает губу и заправляет выбившуюся прядь за ухо.
А я снова восторгаюсь ее красотой. Хоть ей уже сорок, но выглядит она круче многих двадцатипятилетних. Уложенное удлиненное каре, строгий приталенный костюм и фигура такая, что я завидую. А в ее карих глазах, лучащихся добротой, запросто можно утонуть — и не захочешь сопротивляться.
— Ну-у-у-у-у? — вопросительно изгибаю бровь.
— А сегодня он сказал, что давно не встречал таких женщин и будет счастлив, если я соглашусь на отношения, — последние слова мама произносит шепотом.
Словно боится спугнуть. Словно не верит до конца, что все происходит с ней в реальности, а не во сне. Словно не осознает, что достойна.
Подхожу к ней и ныряю в объятия. Мама не задумываясь обхватывает мою талию руками, и какое-то время мы просто молча стоим напротив окна и смотрим на суету, которая разворачивается внизу.
 
С высоты восьмого этажа особенно интересно наблюдать за мелькающими фарами машин. В вечерней темноте не видно пешеходов, но видно, как в других окнах загорается свет. Как за столом собираются семьи или в зале мужчина смотрит телевизор. Все как на ладони.
— Кстати, — бодро произносит мама и отодвигает меня, — чуть не забыла.
И вот эта ее бодрость разжигает во мне желание сбежать. Последний раз она с таким же тоном сообщала мне, что мы переезжаем в общежитие и что там будет безумно интересно.
— Не смотри на меня такими большими глазами, — мама закатывает глаза к потолку. — Так вот, у Владимира есть сын. На несколько лет старше тебя.
  
Глава 2
 
Карина
— Рин, — доносится мамин голос из-за двери, пока я пытаюсь причесать свою гриву, — ты не опоздаешь? Все-таки первый день в университете. Эх, — слышу мечтательный вздох, — где мои девятнадцать?
Выхожу из берлоги и окидываю маму возмущенным взглядом.
— Мам, да ты любой девчонке дашь форы.
Мама хихикает. Потом переводит взгляд на мои ноги, и ее брови возмущенно подлетают вверх.
— Карин, ты в этом собралась идти?
Проверяю внешний вид. Любимые джинсы и футболка. Ничего странного в одежде не нахожу, дергаю плечом:
— А что не так?
Мама делает жест "рукалицо" и громко фыркает.
— Милая, это же высшее учебное заведение. Первый учебный день. Первый курс, — морально готовлюсь к рассказу о ее молодости и приваливаюсь плечом к стене. — Я когда поступила, была на седьмом небе. Секунды считала до встречи с новыми людьми. А ты…
Больше не говоря ни слова, мама хватает меня за руку и тащит обратно в комнату. Оставляет посреди помещения и распахивает шкаф. Какое-то время задумчиво стучит наманикюренным ногтем по губе:
— Ага! — вскрикивает так, что я подскакиваю от неожиданности. — Ну вот же. То, что нужно.
На свет показывается плиссированная синяя юбка, которую я купила по дурости несколько лет назад и надела-то однажды. И выбросить жалко, и носить стыдно. Мама снова ныряет в шкаф и достает черную шифоновую рубашку.
— Ма! — возмущенно воплю на всю комнату. — Да я же как школьница буду!
Мама задумчиво окидывает выбранный наряд, кивает и снова лезет в шкаф. Юбка остается на месте, но на замену рубашке появляется велюровый укороченный серый джемпер.
— Ты серьезно?
Пытаюсь найти аргумент, чтобы хотя бы на счет юбки мама пересмотрела решение. Мама тем временем, довольная, хватает одежду и вручает мне в руки.
— Ты для чего спортом занималась? — по-доброму ворчит, но я вижу озорной блеск в ее глазах.
Сглатываю ком при упоминании про спортивную жизнь, и натягиваю ответную улыбку на лицо.
— Чтобы быть здоровой, — парирую я и сжимаю пальцы на ткани.
Мягкость велюра действует на нервы успокаивающе. Сегодня первый день в университете, в котором я мечтала учиться. Первый выход во взрослую жизнь. Новые люди и новые возможности.
— Время! — восклицает мама над ухом, снова заставляя меня вздрогнуть. — Ну давай, побудь сегодня принцессой. Это же особенный для тебя день. Потом обещаю от тебя отстать, — клятвенно заверяет мама и делает глаза как у кота из "Шрека".
Да, именно такие глаза. Хочется порадовать маму, ведь это единственный человек, который меня поддержал, когда выбрала учебное заведение. Немногочисленные родственники в один голос заявили, что я не потяну учебу там, а мне захотелось доказать обратное.
Бросаю взгляд на дисплей телефона, и сердце ухает в пятки, когда вижу, что до начала занятий — каких-то сорок минут. Решаюсь все же надеть злосчастную юбку.
Быстро облачаюсь в наряд, хватаю рюкзак и незаметно для выходящей из квартиры мамы ныряю в тенниски. Хоть это должно быть по-моему.
На улице ярко светит солнце, и я не задумываясь подставляю лицо навстречу лучам. Кожу покалывает от их тепла, и настроение постепенно улучшается. Слышу, как мамина машина пиликает сигнализацией, и открываю глаза. Это гордость моей мамочки.