Ирония Судьбы, или с драконьим жаром! (СИ)

— Вставай! — дернула я дракона. — Вставай!
— Ой, как мне плохо, — простонал дракон, глядя на меня убитыми глазами.
И тут я услышала гул воды. Она стремительно наполняла замок. 
— Вставай, — дернула я его, пытаясь утащить за собой по коридору. Дракон встал, ничего не понимая. Как вдруг, откуда ни возьмись, в конце коридора появился мощный. В нем плыли старинные картины, доспехи, деревяшки и даже люстра…
— Сюда! — крикнула я, уводя за собой гостя.
Мы мчались по коридору, а навстречу нам двигался такой же поток воды. Видимо, первый этаж был уже затоплен. 
— Открывайте окна! — кричала я, магией распахивая створки.
Я дернула дверь, ведущую в старинный кабинет, потом приложилась плечом к шкафу. Шкаф завертелся, пропуская нас внутрь убогого и мрачного коридора.
Старинная лестница вела наверх. А я бежала изо всех сил.
— Нам… нужно… подняться… повыше… — шептала я на бегу, слыша, как за мной бежит дракон.
— А там что? — удивился дракон, хватаясь руками за перила и за живот.
— Можешь бежать быстрее, словно впереди нас бежит голая девушка?! — нервно бросила я, прислушиваясь к шуму воды.
— Ты меня опоила какой-то дрянью, — простонал дракон, хватаясь за живот. Он почти остановился, мучительно скривившись.
— А ты представь, что за тобой бежит твоя невеста! — съязвила я, пропуская его вперед. — Дорогой, постой! Мы будем жить долго и счастливо! Я счастливо, а ты долго! Я рожу тебе двадцать шесть детей! И буду рожать каждый год. Даже если ты в этом участвовать не будешь!
Видимо, невеста и впрямь была так себе, раз дракон припустил по лестнице и даже обогнал меня!
— Не дрейфь! Я что-нибудь придумаю! — заметила я, пытаясь поставить магический барьер. Но вода тут же пробила его, устремляясь за нами в погоню.
Она смывала все на своем пути, слизывала со стен картины, подсвечники, гобелены.
Через две минуты мы плыли по третьему этажу в огромном шкафу. Створки его были гостеприимно распахнуты, а я выжимала платье и трясла мокрыми волосами. 
Вода поднялась почти до самого потолка третьего этажа. Наша «лодка» медленно огибала пыльную люстру.
— Это что такое было? — ужаснулся дракон, глядя по сторонам. Мимо нас проплывали картины, стулья, тумбочка.
— Жених прогремит носками! Не любит жених их менять! Думайте сами, решайте сами, стирать или не стирать! — промурчала я заразительную песенку, не желая отвечать на вопрос.
Я выжала подол платья за борт, мрачно проводя рукой по ледяной воде.
Дракон смотрел на меня пристальным взглядом, пока я терпеливо раскладывала расписки.
Внезапно он побледнел и перекинулся за борт. Он вцепился изо всех сил в бортик, касаясь волосами воды.
— У меня, кажется, морская болезнь! — простонал он, поворачивая ко мне зеленое лицо. Волшебный порошок все еще давал о себе знать!
— У вас мужская болезнь. Вы излишне самонадеян! — спокойно заметила я, перебирая расписки.
— Я расскажу твоим друзьям! — гадко заметила расписка. Так всегда бывает, когда срок оплаты подходит.
Я сделала руку козырьком и осмотрелась по сторонам.
— Сначала найди мне их! — согласилась я, беря вторую расписку.
— Я расскажу твоим родным! — злобно бросила в мне вторая расписка.
— Сначала откопай, некромант! — согласилась я, листая бумажки дальше.
— Я оторву тебе голову! — зловещим голосом произнесла следующая покрасневшая расписка.
— И пришей к новому телу с большой грудью! — согласилась я, тревожно поглядывая на даты.
Когда знатная девушка лишается последней служанки, ее репутация безнадежно испорчена. Общество уверенно, что в этот момент к ней в дом тут же переезжает притон.
Может, я живу в такой глуши, что притон застрял по дороге, утонув в осенне — весенней грязи. Или его замело метелями в прошлую зиму. Но ко мне он так и не приехал! Быть может, я еще увижу, как девицы легкого поведения палками отдирают колеса или машут лопатами, пытаясь расчистить дорогу в мой огромный пустой замок. А может быть, и нет!
Хотя, что — то мне подсказывает, что сюда они точно не явятся!
Еще два года назад этот замок считался самым роскошным во Флэртоне, что находился в двух часах езды от столицы. Он горел огнями, в нем суетилась сотня слуг, пытаясь угодить хозяевам и их единственной дочери.
 
А потом все смолкло. Словно посреди танца кто-то хлопнул в ладоши.
Огни дома померкли, окна потускнели.
Предпоследний слуга протянул ко мне руки, но тут же получил по голове подсвечником. И еле унес ноги. Вот так у меня валяется старинная позолоченная статуя без ног с оторванными руками, которые я бережно сложила на чердаке.
Еще один слуга отдал концы прямо на лестнице. Когда я поймала его за попыткой стащить инкрустированные драгоценностями кончики мечей игрушечных рыцарей из коллекции моего папеньки. И он позорно бежал из дома.
Моя служанка решила уйти в лучший мир. Теперь она работает в борделе «Лучший мир» не смотря на свой солидный возраст. И по сплетням дает фору молодым!
По всем правилам приличия, достойной девушке запрещено покидать свое имение без сопровождения слуг. И бедняжкам — сироткам оставалось только сидеть и ждать, когда мимо будет проезжать холостой аристократ, который обратит внимание на бледную голодную немощь, маячившую в окне. Сжалится, и возьмет ее замуж.
Сначала я просто терпеливо ждала. И с грустью маячила в окне бледным призраком.
Потом я поняла. Судьбу нужно брать в свои руки. И ночью строила хитроумные ловушки, чтобы карета сломалась аккурат перед моим домом.
Если раньше я ждала крика под окном: «Кто ты, о прекрасная дева?». То сейчас отборная ругань возвещала о том, что кто-то все-таки попался.
Так я случайно пустила под откос восемь траурных кортежей. За что мне было очень и очень стыдно. Но местным кладбищем больше не пользовались.
Может быть, среди попавшихся и были джентльмены, но, видимо, уже не в том состоянии, чтобы жениться.
— Еще дешево отделались! — выдохнула я, снова выжимая юбку. — Думала, будет хуже!
— Это я приношу тебе удачу, — вздохнул дракон, глядя на то, как я магией заставляю шкаф держаться наплаву.
— Нет, милый, ты приносишь мне мудачу! — кисло заметила я, думая о том, что было бы, если бы я легла спать? Я бы не выбралась из башни! Хорошо, что окна успела открыть. Иначе бы вода достигла даже чердака!
— И как же тебя все-таки зовут? — спросил дракон, немного приходя в себя. Его лицо слегка прояснилось, а взгляд стал более осмысленным.
— Надин, — усмехнулась я, глядя на дракона.
— Какое чудесное имя, Надин? Это твое настоящее имя? — тут же оживился дракон, приведя себя в порядок.
Как-то быстро перестало действовать! Может, потому что он — дракон? Я никогда не испытывала этот порошок на драконах!
— Ну разумеется, не настоящее! А вас как зовут? — спросила я, хотя мне это было абсолютно не интересно. Шкаф мирно плыл среди мусора.
— Зови меня… Эм… Эжен, — улыбнулся дракон.
— Это твое настоящее имя? — спросила я, чувствуя, что становится холодно.
— Ну разумеется, нет! — удивился дракон. — Мне кажется, есть что-то романтичное в том, чтобы остаться друг для друга загадкой? Не так ли?
Он посмотрел на меня долгим, как поцелуй, взглядом.
— Ладно, так и быть! Я долго думал и грешил! Давай сюда свои расписки!
Он посмотрел на меня очень многообещающим взглядом.
— Давай начнем с малого. С поцелуев, — произнес нахальный дракон, рассматривая суммы. — За каждую, оплаченную мною, расписку — ты подаришь мне поцелуй!
Он взмахнул рукой. Перстень на его руке засветился, и в воздухе зависли перо и чернильница. Красивым росчерком он поставил первую сумму. Бумажка оторвалась от чековой книжки, превращаясь в маленький свиток.
— Итак, я готов, — посмотрели на меня, когда мы проплывали мимо старинных картин. На одной из них был изображен парусник. Вода встала аккурат по ватерлинию. И казалось, что он тоже плывет по воде.