Осторожно, спойлеры!

О боже! Маркус ткнул пальцем в сторону гостевой комнаты, где коллега Эйприл – которую оба плохо знали – могла слышать каждое слово, которое только что произнес его друг.
Закатив глаза, Алекс отмахнулся от молчаливого упрека.
– Они слушают какой-то жуткий фолк, пока шьют. Они ничего не услышат.
Прислушавшись, Маркус различил акустическую гитару и завывания, которые не попадали в ноты. Это было ужасно, если смотреть на вещи реально. Но и хорошо, потому что музыка заглушала Алекса.
– Какие же истории ты читал? – спросил Маркус. – Из нездорового любопытства.
Друг подмигнул.
– Только с рейтингом Е за откровенное содержание.
Конечно. Конечно.
Алекс склонил голову набок и наморщил лоб.
– Я не совсем уверен, почему так много фанатов убеждены, что я нижний и отчаянно нуждаюсь в пеггинге от Психеи, но… – осекся он, затем пожал плечом и продолжил: – Может, они и правы. Так что я написал собственный фик с пеггингом Купидона, только с оригинальным персонажем в качестве своего партнера, потому что подумал, что будет жутковато писать про наших коллег, даже косвенно. Мой псевдоним – РазнузданныйКупидон.
Маркус сжал виски и застонал.
– Я выбрал только лучшие тэги. #БессюжетноеПорно. #ПорнейшееПорно. #КупидонПолучеловекКатастрофа. #ВерхнийНижний. #ОбещанныйПеггинг. – Алекс откинулся на сцепленные за головой руки. – У меня уже более сотни комментариев и четыреста лайков. Кто-то с ником СамыйПокорныйКупидон назвал меня «Заклинатель нижних», и я думаю, что это комплимент.
Ладно, теперь Маркус не только беспокоился, но и завидовал. Ни один из его фиков не получал и близко к ста комментариям. Вероятно, из-за критической нехватки пеггинга.
– Среди смазки и взаимных оргазмов я включил много критических комментариев о том, как сильно Купидон изменился за годы, чтобы бросить любимого человека, независимо от того, что ему скажут Венера и Юпитер, – усмехнулся Алекс. – Это было очень удовлетворительно, на многих уровнях. Думаю, моим следующим фиком будет модерн-АУ про Купидона, снимающегося в популярном телесериале, финальный сезон которого безнадежно запороли некомпетентные продюсеры. И он встречает женщину, которая помогает ему справиться с возникшей в связи с этим депрессией путем…
Маркус вздохнул:
– Пеггинга.
– …пеггинга. – Отчего-то улыбка друга стала только ярче. – Как ты догадался?
Маркус закатил глаза.
– Я рад, что ты получил удовольствие, когда писал свою историю, но, Алекс, тебе надо быть осторожным. Если кто-нибудь узнает…
– Лорен знает.
Стон Маркуса был таким неподдельным, что у него реально заболело горло.
– В один из дней она застала меня за работой, и я сказал ей, что если она не дает мне развлекаться в реальной жизни, я могу хотя бы приятно провести время с фанфиком. Должно быть, она прочитала историю, когда я ее выложил, потому что понадеялась, что в следующий раз партнер Купидона возьмет меньше смазки. – Алекс задумчиво надул губы. – Для такой лишенной чувства юмора гарпии это был весьма остроумный ответ. Я впечатлился.
– Алекс.
Господи боже, его друг может попрощаться со своей карьерой!
– Не волнуйся, – пренебрежительно махнул рукой Алекс. – Она никому не расскажет.
Хватанув ртом воздух, Маркус заставил себя говорить медленно, четко:
– Ты сказал мне, что в ее обязанности входит докладывать Рону и Эр Джею, чем ты занимаешься вне съемок, особенно если это что-то сомнительное. Писать фанфики с критикой арки своего персонажа более чем сомнительно. Это вполне может стать законным основанием для увольнения. Поверь мне, я знаю.
Когда дело касалось его собственных нарушений, полученное ранее письмо заставило его понервничать. Однако его друг, похоже, даже не почесался от перспективы неминуемой гибели.
– Ну, она поймала меня неделю назад, и я не услышал от Рона и Эр Джея ни звука, – пожал плечами Алекс, по-прежнему развалившись на подушках дивана. – Я подумал, что о таком она не доложит. Полагаю, я был прав.
Гудение кошмарного фолка и жужжание швейной машинки прекратились, и мужчины разом повернулись к гостиной. В следующее мгновение оттуда вышли улыбающиеся Мел и Эйприл.
 
– Думаю, мы почти закончили. Осталось пришить еще несколько деталей и одна примерка. Мы оставим швейную машинку здесь, но она тебе не помешает, Алекс. – Мел Эйприл пихнула плечом. – А потом настанет время моих новых костюмов для «Моего химического фолкманса», созданных Эйприл Уиттьер.
Эйприл хмыкнула.
– Тим Ганн хорошо меня научил.
– Я буду счастлив поговорить с одним из сериальных художников по костюмам, если вам нужны какие-нибудь инсайдерские советы или приемчики для косплея Лавинии. – Скрестив руки, Алекс пробарабанил пальцами по бицепсам и взглянул на Маркуса. – Как думаешь, к кому лучше обратиться? К Мэрилин? К Гите?
Эйприл улыбнулась гостю.
– Спасибо, Алекс, но Маркус уже предлагал переговорить обо мне с кем-нибудь. Я сказала, что не хочу жульничать.
Она отказывалась показывать Маркусу свои эскизы или костюм в процессе, говоря, что хочет удивить его, когда все будет готово. Втайне он надеялся, что костюм будет облегающим. Очень облегающим. Но он этого не говорил, потому что она будет великолепна в любом, а он не полный кретин. Он повернулся к Мел:
– Мы собираемся поужинать. Хочешь к нам присоединиться?
К этому времени они с Пабло уже несколько раз приходили в гости, и Маркус виделся с остальными близкими коллегами Эйприл как минимум однажды, когда присоединился к ним во время обеда в ресторане рядом с их офисом. Надо отдать им должное, они обращались с ним так же, как обращались бы с любым другим парнем Эйприл, несмотря на то, что другие посетители время от времени фотографировали их на телефоны, пока они ели.
Ему нравились ее коллеги и нравилось, что в их обществе Эйприл чувствует себя комфортно, но при этом остается собой. Прямолинейной. Практичной. Уверенной. Пару недель назад она уже даже перестала удивляться каждый раз, когда они приглашали ее пообщаться вне работы.
Честно говоря, в присутствии ее коллег он говорил мало. В основном ел свой зеленый салат и слушал. Но каждое произнесенное слово принадлежало ему и только ему, а не персонажу, которого он придумал давным-давно.
Это был своего рода самостоятельный простенький тест. Оценивающий его мужество, его готовность расти и меняться.
Он хотел не только наедине, но и на публике быть мужчиной, которого Эйприл могла уважать. И что еще важнее, он хотел быть собой, когда камеры не снимали.
На это потребуется время, усилия. Но так было со всем, чего он достиг за почти сорок лет… Несмотря на то, что ему твердили в детстве, он никогда не был ленивым. Только неуверенным или недостаточно смелым, чтобы сделать необходимое.
– Спасибо за приглашение. Жаль, но я не могу согласиться. – сказала Мел и понадежнее обернула шею одним из своих многочисленных шарфов. – По субботам у нас свидания с Хейди. В другой раз?
Для нее было само собой разумеющимся, что он никуда не денется, а значит, у них будет еще немало возможностей совместно провести приятный вечерок, поужинать вместе в будущем. Он довольно улыбнулся:
– Конечно.
Когда они распрощались с Мел и та скрылась в сумерках, Эйприл пошла в хозяйскую спальню за сумочкой и свитером, пока Маркус пальцами расчесывал волосы перед зеркалом над консолью в прихожей.
– Тебе надо было играть Нарцисса, а не Энея, – буркнул Алекс.
Маркус показал ему средний палец.
Когда Эйприл снова появилась в гостиной, Алекс улыбнулся ей и учтиво предложил локоть:
– Карета подана, миледи.
– Ух… – Ее щеки порозовели, она издала какой-то странный звук, будто поперхнулась, а потом взяла его под локоть. – Хорошо. Спасибо.
Маркус злобно зыркнул на лучшего друга, который в ответ лишь дерзко выгнул бровь.
– А скажи-ка мне, Эйприл, – начал Алекс. – Ты бы назвала Купидона нижним? Потому что меня очень заинтриговало, как сообщество фанфиков трактует персонажа, особенно его склонность к пеггингу.