Призрак (СИ)

— Соединиться с этим? И что это даст? — Шики тоже повысил голос. — Хочешь, чтобы я заковал себя этим телом? Чтобы не видел и не слышал ничего? Не мог даже пошевелиться?!
— Почему? Может, как раз всё будет наоборот! — я уже практически кричал. — Может, когда ты наполнишь его, ты очнёшься! И будешь жить нормально, как человек.
— А если нет, Акира? — его голос резко утих. Я часто дышал, как после пробежки.
  
— Можно хотя бы попытаться. А не делая ничего, ты так и продолжишь оставаться призраком. Неужели хочешь всю вечность скитаться по миру? А когда я умру, что с тобой будет?
Шики дёрнулся и вновь брезгливо стал смотреть на тело. Я тоже, только с состраданием. Потом он наблюдал за мной, моим взглядом, наполненным теплом. Наверняка он хотел, чтобы и на него я смотрел так же. А испытать это он мог лишь в одном случае. Через несколько минут он тяжело вздохнул, будто приняв решение.
— Если я не приду в себя, ты останешься со мной? — спросил он. Я перевёл взгляд на призрака и обдумал его вопрос. Остаться с ним… значит, посвятить свою жизнь ему. Ему одному и больше никому. Привязать себя к нему и разорвать другие нити. Мне придётся забыть о Юкихито, окончательно забыть. Но Юки… сам справится со своей жизнью. А вот Шики — нет. Я снова посмотрел на беспомощное тело и понял, что он не справится без меня.
— Да, я останусь с тобой, Шики, — коротко ответил я, тоже принимая решение, которое должно изменить всю мою жизнь.
— Будешь кормить, ухаживать, проводить всё свободное время около меня? — переспросил он. Я кивнул.
— Потратишь всю молодость, — усмехнулся призрак. Я снова кивнул. Не потрачу. Я был уверен, что поставлю его на ноги. Тогда и тратить будет нечего.
— Что ж, тогда… — Шики ещё раз вздохнул, подплывая к телу. — Увидимся, я надеюсь.
Я с замиранием сердца смотрел, как душа проникает в опустошенное тело, и напряженно ожидал последствий. Неподвижное тело слегка шевельнулась. Шики поднял голову и посмотрел на меня. Помутневшие глаза на мгновенно ярко вспыхнули. Такого алого цвета я не видел ни у тела, ни у призрака. Схватив его за руку я приник к мужчине, смотря на него во все глаза.
— Акира… — шелест моего имени сорвался с его губ, и глаза снова потухли, а тело расслабилось и обмякло. Жизнь, что наполняла его всего секунду, снова куда-то исчезла.
— Нет… — я сжал его плечи, поняв, что призрак оказался прав. — Шики, ты же очнулся! — я осторожно тряс его за плечи и взывал, как мог, но все оказалось тщетно. Посреди горла вновь встал ком, а из глаза хлынули слёзы. Не вышло…
— Прости… — я крепко обнял его, пряча голову на плече и чувствуя, как слёзы начали заливать его одежду. — Прости меня, Шики…
Не помню, как прошли те первые минуты, когда душа с телом соединились. Я был рад, что Шики послушал меня и горевал от того, что ничего не получилось. Что теперь его некогда свободная душа скована этим неподвижным ослабленным телом. Если его сознание ещё теплится, то, наверное, он проклинает меня, из-за выбора, к которому я его подтолкнул. Теперь он не поговорит со мной, не пошутит и не оскорбит, а я не буду на него злиться и обзывать его. Теперь всё будет по-другому. Теперь я буду жить с ним не из-за нужды, а потому что хочу сам.
— Доктор…
Когда я пришёл в себя, то первым делом отправился к врачу. Было уже поздно, но врач, как ни странно, оказался в кабинете. Вероятно он очень любил своё дело, раз до сих пор был тут.
— Мм? — мужчина внимательно посмотрел на меня, ничуть не удивившись, что я вообще здесь. — Кажется, время для посещений давно закончилось, не находите? — мягко спросил он.
— Пожалуйста, осмотрите Шики! — выпалил я, стоя на пороге. — И извините за такой поздний визит!
— Что-то случилось? — он тут же поднялся со стула.
— Это я и хочу узнать, — пробормотал я, сопровождая врача в палату больного. Несколько минут доктор осматривал его: проверял пульс, мерил давление и температуру, изучал реакцию зрачка на свет, и ответ на болевые раздражители, а я, нервно теребя край рубашки, стоял рядом.
— Ну что? — когда он закончил и отложил фонендоскоп, я буквально перекрыл ему путь.
— Да, кажется, что-то действительно случилось, — пробормотал он. — Зрачки лучше реагируют на свет, давление и температура повысились. А в остальном без изменений. Надо бы ещё взять анализы, чтобы лучше понять причины.
— То есть, никаких серьёзных улучшений? — наверное, мой голос прозвучал настолько разочарованно, что доктор невольно попытался подбодрить меня.
— То, что начали происходить изменения — уже хорошо. Думаю, что это вы на него так влияете, — улыбнулся врач. — Может быть, он наконец-то услышал, что кто-то очень хочет с ним поговорить.
— Значит можно мне… продолжать приходить к нему? — тихо спросил я.
— Даже нужно, — подтвердил доктор. — Я предупрежу персонал — приходите в любое время, — когда мы уложили Шики, он вывел меня из палаты. — Только не забывайте о себе — вам тоже нужен хороший сон, - похлопав меня по плечу, он удалился, а я, ещё раз поклонившись, поспешил домой, чтобы завтра с утра с новыми силами прийти к нему.
С тех пор я каждый день навещал его в надежде, что Шики придёт в себя. Забросив все свои увлечения и секции, после школы я, наспех пообедав, срывался с места и мчался к нему. В палате иногда заставал медсестру, но всё чаще Шики был один. На моём лице каждый раз появлялась улыбка, когда я видел его. И каждый раз она затухала, когда я понимал, что ничего не менялось. Он так же сидел, не узнавая и не видя ничего вокруг себя.
— Но почему? Ты же теперь не бездушен… — в отчаянии каждый раз спрашивал я и винил себя в том, что заставил его залезть в это тело.
Спустя несколько месяцев моих постоянных походов в больницу, доктор предложил по наступлению моего совершеннолетия оформить опекунство. Тогда я бы мог гулять с ним и забирать на выходные домой. Пациент не нуждался в аппаратуре, а с нынешним состоянием врачи уже ничего не могли поделать.
— Тем более… — задумчиво протянул доктор, — он всё это время был один. Быть может, живя вместе с кем-то, он быстрее придёт в себя?
Я согласился на эти условия. До совершеннолетия оставалось не так много времени, а мысль о том, что мы будем ещё больше времени проводить вместе, радовала и согревала меня. Я верил в то, что чем больше заботы ему отдам, тем быстрее он придёт в себя. И с этой мыслью начал новую жизнь.
========== Часть 8 ==========
Время после принятия решения понеслось быстро. Закончив школу, я, вместо того, чтобы продолжить учиться, устроился на работу и оформил над Шики опекунство. Теперь мне приходилось содержать не только себя, но и его. Я настолько привык заботиться о беспомощном Шики, что практически не ощущал тягости этой заботы. Будто так и должно быть.
— Знаешь, уже год прошёл, как мы с тобой встретились, — в выходной гуляя с ним в парке, тихо произнёс я. На улице было прохладно, но свежий воздух очень бодрил. — Ты тогда мне так не понравился, — поморщился я. — Наглый и капризный призрак… Столько проблем мне доставлял, а теперь…
— Акира! — меня кто-то окликнул, и я остановился.
— Юки… — неожиданно перед глазами появился мой бывший одноклассник. И что-то вроде первой любви. Не сказать, что я стал полностью равнодушен к нему, но чувство утихло. А другое перебивало его. К тому же, я постоянно думал о Шики, а с работой и уходом за ним мне некогда было вспоминать о ком-то ещё.
— Так давно тебя не видел, — с лёгкой грустью произнёс парень, подходя ко мне. — Мы же хотели вместе в один колледж пойти. А ты так резко изменил своё решение.
— Да. Появились причины, — вздохнул я. Юкихито опустил глаза и с некоторым удивлением посмотрел на Шики, который понуро сидел в инвалидном кресле.