Нафеячу по полной, или Наполовину ведьма (СИ)

Фьють… Пелена спадает.
Передо мной появляется невероятно сложенный блондин. Он как будто весь соткан из света. Сияет подобно жар-птице, но не ослепляет.
Я опустила взгляд на свое тело и ахнула. Такое впечатление, что словно превратилась в сплошной сгусток тьмы.
Шелдон наклонился и страстно поцеловал меня, с требовательным напором, нетерпеливо и жестко. Мое тело продолжило таять в его объятиях.
Парень нехотя оторвался от моих губ:
— Не передумала, Настя? Если мы сейчас соединимся, то станем мужем и женой. Назад дороги не будет.
— А ты не передумал? За тобой толпа девиц вздыхает, — хмыкнула я.
Нашла время, дура набитая. Нет бы по загадочным намекам Тьмы мир спасать. А я в такой ответственный момент невесть что ляпаю языком…
Шелдон виновато отвел взгляд в сторону, но с ответом все же нашелся:
— Что было, то прошло. Мое настоящее и будущее — ты.
Стало смешно от собственной ревности. Ведь я узнала из книг, что истинность — это навсегда. Нас будет ежесекундно тянуть друг к другу. И с этим притяжением ничего не поделаешь.
А еще, после того как кто-то встречает своего так называемого соулмейта, то ни он, ни его пара не могут изменить друг другу.
Чувство томления и сжигающий огонь в крови не просто требовали действий, а заставляли позабыть все напрасные обиды. Вместо дальнейших разговоров я потянулась к его губам и запустила пятерню в блондинистые волосы.
Зачем оттягивать неизбежное? Особенно, когда оно настолько приятное.
— Алана, Настя… Моя, — срывается полурык-полубормотание с его губ. Теперь уже Шелдон стал агрессором. Со всей тщательностью изучал мой рот, беря в плен язык. Его рука легла мне на затылок, сокращая итак мизерное расстояние между нами. Внизу я тоже дождалась активных действий и застонала от наслаждения, даримое его пальцами.
Внезапно прогремел взрыв, как будто ломали не только стены моей комнаты, в которой мы оказались, но и все здание целиком. А может быть, и все междумирье.
Сверху посыпались мелкие камни. Но мы как ни в чем не бывало продолжили со всей страстью ласкать друг друга.
И пусть весь мир подождет. Или катится в бездну.
Мой стон послужил пусковым крючком и мы сошли с ума. Поцелуи становились еще более ненасытными. Я подставлялась теснее к его руке, прося о большем.
Он довел меня до раскаленно-белого состояния. Тело молило об освобождении. Я как будто одновременно горела в огне и пребывала на морозе в ожидании разрядки.
И она последовала. Сразу же после того как Шелдон сорвал последнюю преграду на ее пути — мои трусики, он аккуратно вторгся внутрь.
Больно не было. Совсем. Хотя это был мой первый раз.
Внутри меня словно разрасталось тепло. Я тонула в его глазах, которые смотрели на меня обжигающе. Толчки внутри продолжались.
Устремилась к нему навстречу. Шелдон продолжил двигаться во мне все быстрее и я ощутила себя наполненной до предела.
Невероятно. Просто захлебывалась в экстазе.
Кровать жалобно скрипела под нами в такт каждому удару и в конце концов не выдержала такого напора и сломалась.
Пульсирующие волны наслаждения довольно быстро охватили мое тело, передавая ему вибрацию, омывая сознание дурманящей волной. Последние толчки Шелдона выбросили меня куда-то за край Вселенной.
Лучи света и тьмы устремились во все стороны, разверзая пространство и снося все щиты и барьеры на пике нашего удовольствия.
Тяжело дыша, мы уставились друг на друга.
Стены прекратили ломаться. Передумали? Или что-то их заставило изменить свое намерение?
Раздался стук в дверь и требовательное:
— Немедленно откройте!
Понимая, что ректор от нас так просто не отстанет, мы наспех оделись и вышли его встречать.
Профессор Рзоу не выглядел сердитым. Было непривычно видеть его настолько растерянным, уставшим и непричесанным. Мужчина был изрядно помят и взъерошен. Его всегда безупречно уложенные золотые волосы торчали дыбом. Заметила в них даже серые колючки, наподобие земного репейника, а также мелкие листики и обрывки травы. Одежда тоже была местами порвана и испачкана, как будто пока мы с Шелдоном миловались, его нехило протянуло по земле, а потом подняло и и несколько раз уронило. В синих глазах плескалось какое-то невнятное беспокойство — тревога?
 
Мне стало как-то не по себе. Что же такого произошло?
Сзади ректора летал Грен. В нем тоже заметила некие перемены: его привычно красные глаза отчего-то стали синими.
Что-то от вида этой непростой парочки мне резко поплохело. Может быть, впору устроить свой драматический исход? К примеру, уйти в прострацию или свалиться в обморок. Либо просто протиснуться вперед и протопать мимо них легкой поступью зайца?
На всякий случай начала посылать эмоциональные импульсы Шелдону. Наподобие: «пора свалить в закат». В качестве поддержки жених, ой, или уже муж, взял мою руку, крепко сжал ладонь. Сразу же почувствовала опору. Реально стало немного спокойнее.
Некоторое время мы продолжали стоять и смотреть друг на друга. Первым не выдержал ректор.
— Вас можно поздра-ра-вить с созданием семьи? — начал заикаться он, рассматривая наши с Шелдоном руки. Довела я все-таки беднягу.
— Разрешите зайти, — попросил Грен, — разговор предстоит интересный и долгий.
— Проходите, — отошла я немного в сторону, пропуская ректора и хранителя академии в свою комнату.
Первый прошествовал к креслу, а второй — завис над его головой.
— Начнем с того, что Повелитель тьмы и Светлейший лишились своей магии и пришли по ваши души, одновременно пытаясь прорвать барьер с Лардела и Мирелема, — сразу же перешел к делу Грен.
— Э-э-э, — весьма красноречиво проговорила я. И мысленно обратилась к Тьме за объяснением, но она молчала. И странно, темной магии в себе я больше не ощущала.
— И как, успешно? — вслед за мной спросил Шелдон. Вот, понимает, что я хотела сказать.
— Преграды, сдерживающей миры больше нет, точно также как света и тьмы. История половинчатого мира с вашим, кхм… воссоединением… канула в небытие, — витиевато изрек хранитель рода.
А я безумно рассмеялась. Получается, что теперь каждый житель планеты Мирлар будет знать как именно пал барьер?
А Тьма тоже хороша. Исходя из произошедшего, в моей голове сложилась цельная картина. Вспоминая те намеки, которые она мне постоянно бросала, я почти разгадала загадку. Что же это получается, благодаря нам с Шелдоном, для этого мира высвободилась чужеродная энергия и полетела себе бороздить просторы космоса или чего-то там еще?
Даже не удосужилась попрощаться. Прохвостка… Вот так и помогай всяким голосам в голове.
От души отсмеявшись, я проговорила:
— Простите, это нервное.
Я приготовилась слушать продолжение истории и оно незамедлительно последовало. От хранителя:
— Вы исполнили пророчество и теперь к академии стекаются толпы паломников со всех городов и деревень. Вас признали новыми правителями.
А-а-а-а! Что делать-то? Я не умею править.
Взглянула на лицо Шелдона. Похоже, что он был такого же точно мнения и о себе.
— Вот только учиться вы продолжите. Неучи на троне не к добру, — с каким-то маниакальным придыханием проговорил нам с мужем ректор, а потом обратился к Грену: — Кто ты, кхархи дери, такой? Нет, я догадывался, что не простая сущность, но откуда тебе известны все нюансы исполнения пророчества? И почему изначально не объяснился со мной?
Грен молчаливо завис в воздухе. Стало понятно, что боролся с собой. Мол, сказать или оставить все как есть?
— Чего молчишь, Златокрылый? — пискнула появившаяся Беляна. Конечно, куда же без нее!
Пазлы в моей голове моментально сложились.
— Грен, ты тот самый правитель первых в Мирларе драконов, Эгренрорг Златокрылый? Но как ты стал таким?
Раздался женский смех. Ему вторил мужской.
Под наши ошарашенные лица в комнате материализовались ослепительно красивые темноволосая девушка и золотоволосый парень.
— Здравствуйте еще раз, наши временные сосуды. Мы пришли вас поблагодарить и навсегда попрощаться. А в качестве подарка, так уж и быть, вернем Эгренроргу былой вид, — мелодичным голосом проговорила… Тьма?