Письма для Люка (ЛП)

◈ Переводчик: Denika
◈ Редактор: Эвелина С.
◈ Вычитка: Иришка К.
◈ Обложка: Wolf A.
Глава 1
Хейвен
Многие люди ненавидят аэропорты. Я понимаю это. Везде есть парковка, служба УТБ (прим. перев. Управление транспортной безопасности) и дополнительные сборы. Даже не рассказывайте мне о людях, у которых нет готового к сканированию посадочного талона, когда они встают в очередь у выхода на посадку.
  
Но я всегда любила аэропорт. Есть что-то волшебное в том, что люди приезжают и уезжают отовсюду. Можете считать, что я помешана на романтике, но я люблю наблюдать за воссоединениями. Всегда можно определить, когда человек долгое время не видел любимого человека. У них такое выражение лица, когда они их замечают…
Меня это каждый раз восхищает.
— Ты постоянно опаздываешь, — шепчет мне на ухо мой брат.
Я прижимаю телефон к плечу, сворачиваю на встречную полосу и ставлю машину на стоянку.
— Я не опаздываю, Райан.
Его тон меняется с веселого на скептический.
— О, да? Самолет Люка приземлился пятнадцать минут назад.
— И что?
— И как давно ты там?
Я выхожу из машины, не выключая двигатель, и торопливо обхожу её сзади, высматривая работников аэропорта. Технически, вы не должны оставлять свой автомобиль на полосе высадки. Или сидеть в нем, ожидая, пока пассажиры покинут аэропорт. Впрочем, так делают все.
— Хейвен? — подсказывает мой брат.
— Не знаю, минут десять, наверное.
— Ошибаешься. Ты только что примчалась. Я следил за тобой в «Найди моих друзей». — В трубке слышен звук открываемой банки с газировкой.
Я хмурюсь, когда вхожу в терминал. Кондиционер обдает меня ледяной волной, от чего по коже бегут мурашки. В Сан-Диего уже неделю стоит страшная жара, поэтому на мне джинсовые шорты и майка.
— Я хотела бы напомнить, что делаю тебе одолжение, — говорю я Райану. — Я только что провела час в пробке, пока ты сидел, пил «Маунтин Дью» и смотрел футбол.
— Это пиво, спасибо большое, и я не сидел. Мама заставила меня всё утро убираться. — Он делает паузу, чтобы сделать глоток. — Кроме того, мы все согласились, что тебе лучше спрятать Люка в коттедже. Он должен был прилететь домой только завтра. Если я исчезну на ночь, Лейтон заподозрит неладное. И я хочу, чтобы это предложение прошло без сучка и задоринки. Лейтон этого заслуживает. — Его голос становится хриплым. — И Люк тоже, после всего, через что ему пришлось пройти.
Я останавливаюсь посреди терминала, и моё раздражение улетучивается. Мой брат дружит с Люком Харрингтоном с тех пор, как им исполнилось по двенадцать лет. Райан готов на всё ради Люка. Любой, кто пересекается с Люком, в конце концов, испытывает те же чувства.
Я до сих пор помню тот день, когда он переехал в наш район в Беллфлауэр-Бей. Это был мой восьмой день рождения, и я была в ярости из-за того, что провела его на дурацкой футбольной тренировке моего брата.
А потом появился Люк. Если бы золотистый лабрадор мог стать человеком, это был бы Люк Харрингтон. Даже когда я была семиклассницей, он был крупным блондином и излучал ту уникальную доброту, которая окутывала тебя, как одеяло.
Я была очарована.
Все были очарованы.
Мать Люка привела его на тренировку, чтобы узнать, найдется ли для него место в футбольной команде. Тренеры, увидев рост Люка, из кожи вон вылезли, чтобы надеть на него шлем и бутсы. В тот вечер Райан спросил, может ли Люк переночевать у нас дома.
И с этого момента мой брат и Люк стали неразлучны. В какой-то момент моей матери надоело натыкаться на Люка в спальном мешке на полу у Райана, и она купила двухъярусные кровати. Летом Люк проводил в нашем доме больше времени, чем в своем собственном. Но мои родители не возражали. Моя мама любила Люка. Мой папа любил Люка.
Все любили Люка.
И я любила Люка.
Я люблю его до сих пор, и это секрет, который я храню так крепко, что он никогда, никогда не увидит свет.
И так оно и останется. Потому что Люк Харрингтон не мой. Он принадлежит другой, и они ждали семь лет, чтобы быть вместе. Завтра моя семья устраивает празднование возвращения домой в его честь. Весь город собирается выйти на улицу, и он сделает предложение своей девушке под огнями школьного стадиона — там же, где я впервые увидела его много лет назад.
Но я не собираюсь думать об этом. Ничто не может испортить отношения Люка и Лейтон. Я полна решимости внести свой вклад в то, чтобы воскресенье прошло так, как они того заслуживают.
Даже если для этого придется провести следующие двадцать четыре часа с мужчиной, которого я люблю, но который не может быть моим. Я притворялась годами. Могу сделать это ещё на одну ночь.
«Да, но теперь ты останешься с ним наедине», — напоминает мне тихий голосок в моей голове.
— Ну и что? — бормочу я.
— Что? — Райан шепчет мне на ухо. — Люк там?
Мои щеки горят.
— Хм... нет. Пока нет.
Я поднимаюсь на цыпочки, осматривая терминал. Толку от этого мало. При моем росте пять футов два дюйма я вижу только детские головы.
Но потом я вижу человека, которого узнала бы где угодно. Светлые пряди растрепались, и он подстригся до короткой стрижки, которую носил почти десять лет. Он выше всех остальных и сразу замечает меня. Даже несмотря на расстояние между нами, я вижу, как в уголках его ярко-голубых глаз появляются морщинки. В них светится счастье.
И озорство.
— Мне пора, — говорю я брату.
— Люк там? — голос Райана оживляется, затем становится взволнованным. — Эй, скажи ему, что у меня есть билеты на первую предсезонную игру «Чарджерс». Я собираюсь устроить эту поездку для парней, так как Лейтон, вероятно, к тому времени сведет его с ума своими свадебными планами...
— Поговорим позже, — отвечаю я и едва успеваю закончить разговор, как Люк оказывается рядом со мной. Одним движением он бросает свою зеленую спортивную сумку, подхватывает меня и кружит. Один из моих шлепанцев слетает. Несколько человек, проходящих через терминал, останавливаются и таращатся на нас.
— Лукас Харрингтон, отпусти меня! — я испытываю смесь унижения и радости, когда мир вращается.
Он ставит меня на ноги и поддерживает.
— Прости, соплячка. — Он улыбается мне, и на его квадратной челюсти появляется ямочка. — Прошло два года, — он протягивает руку и гладит меня по голове. — Я скучал по тебе.
Мой желудок переворачивается. Что не очень хорошо. Я придаю своему голосу беззаботности.
— Я тоже скучала по тебе. Почему ты не в форме?
Он почесывает подбородок, где легкая золотистая щетина придает ему сходство с лесорубом.
— Я подумал, что лучше остаться инкогнито, понимаешь? Учитывая предложение и всё такое. Меня пока не должно быть в городе.
Я не могу сдержать ухмылку.
—Ты самый неприметный человек из всех, кого я когда-либо встречала.
Его рост — шесть футов шесть дюймов, а мускулы выглядят так, словно их вырезали прямо из горной породы. К тому же он калифорнийский красавец. Серьёзно, просто дайте ему в руки доску для серфинга, и он мог бы делать рекламу для государственного совета по туризму.
Он всё ещё улыбается мне, и это вызывает у меня странное сердцебиение, так что я отворачиваюсь и ищу свой шлёпок. Надевая его, я вдруг вспоминаю, что оставила машину на стоянке без присмотра.
— Черт! — я бросаюсь к автоматическим дверям терминала.
— Что такое?
— Я неправильно припарковалась. Нам нужно поторопиться.
Его улыбка становится шире, отчего ямочки на щеках становятся еще глубже.
— Если тебя отбуксировали, я никогда не прощу тебе этого. — Он перекидывает сумку через плечо и хватает меня за руку. — Пошли, — говорит Люк, увлекая меня к дверям. — У тебя все еще есть та крошечная машинка-гремлин?
  
Я закатываю глаза, и это единственный способ отвлечься от того факта, что я держусь за руки с Люком Харрингтоном. Это бессмысленно. Даже платонически. Но мне кажется, что это нечто большее. С ним всегда казалось, что это нечто большее.