Люди Дромоса. Трилогия (СИ)

Бумм зазвенело в голове.
Дромм отозвалось моё тренированное наковыкуси. И я, ошалело тряся бестолковкой, уже сижу "у себя". Что ж, как всегда, дураку счастье.
Правда, долго, как вы понимаете, оставаться здесь я не намеревался и, досчитав до десяти, "поспешил" назад.
Я снова вхожу в подъезд. На этот раз осторожно, не торопясь. Останавливаюсь внизу, давая глазам заранее привыкнуть к сумраку и, выждав, начинаю подниматься наверх, старательно имитируя движения полуослепшего человека. Вот и мой спаррингпартнёр. Он, ухмыляясь и наслаждаясь преимуществом, заносит руку. И явно не торопится. Что ж, может он и прав. Зачем спешить нарываться на неприятности. Удар… Штанга. И не без моей помощи. Приложить мне он собирался от души, так что и врезался в стену со всей дури. Да плюс я ещё малёк помог.
Не давая опомниться, схватил бедолагу за кадык и сжал пальцы. Ощущение, скажу я вам препаскуднейшее. Если не верите, то попробуйте сами. Или же попросите тёщу продемонстрировать. В общем, дёргаться он перестал, и я оказался в положении охотника, поймавшего тигра за хвост. И держать неудобно, и отпустить вроде как непродуктивно.
В общем, сами понимаете, я снова прибегнул к помощи коридора. Едва мы оказались "у меня" мой гость, как и положено нормальному человеку потерял ориентацию и начал дёргаться. Плохо только, что при этом у него в руках появился пистолет, и он ухитрялся судорожно нажимать на курок. И даже один раз попал в меня, урод хренов. Но Дромос послушно залечил дырку от пули, да и патроны у бедолаги вскоре закончились. И я, схватив один из агрегатов, стреляющих ампулами со снотворным, приставил к его шее.
Шпок. Мужик сразу обмяк, погружаясь в спасительное забытьё, а я "вернулся" в реальный мир, ломая голову, что же мне делать с моим незваным гостем. Достал трубку и, вызвав Инну обрадовался, услышав её голос.
– Где вы?
– Да вот, идём к стоянке. Ответила она и поинтересовалась: А как у тебя?
– Есть пленные, одна штука. Доложил я, и с сожалением добавил. Только не знаю, что с ним делать. Хоть бы он куда подевался, что ли.
– Да не бери ты в голову. Посоветовала моя дорогая. Просто прилепи "жучка" и отпусти. Кудато ж нибудь он да пойдёт. Так что, со временем всё само собой выяснится.
В словах любимой был резон и, снова "войдя" в коридор, я последовал её совету. Пистолет, правда, оставил. А то поняли моду, понимаешь, разгуливать с оружием и, чуть что палить куда ни попадя. Прямо не Москва начала двадцать первого века, а Чикаго двадцатых годов прошлого. Хотя, ещё лет восемьдесять назад и у нас творилось такое…
 38 
  
В Приют вернулись в самом благодушном настроении, так что вызов "на ковёр" к Виктору нисколько не обеспокоил. Генерал сидел в своём здешнем кабинете, чемто напоминающем собрата у него в управлении и грозно хмурил брови.
– Ну, рассказывай! Потребовал он, едва я устроился за столом.
– О чём? Устало вздохнул я?
– Тактаки и не знаешь? Деланно удивился он.
Ну, знатьто я, предположим, знал. И даже много чего. Но всё же хотелось бы както… Поконкретней, что ли. А то ляпну ещё чего нибудь лишнего. Не то, чтобы я страшился гнева учителя, но зачем по пустякам расстраивать хорошего человека?
– Допускаю, что разгром в супермаркете не ваших рук дело. Он рубанул рукой воздух. Но вот устраивать среди бела дня наезды на конкурирующую фирму…
Ах, он об этом… Я облегчённо вздохнул, ибо безобразия учинённые Кени волновали меня гораздо больше.
– Да понимаете, Сэнсей. Всем своим видом я изображал раскаяние. Гляжу, откуда ни возьмись, хмырь какойто нарисовался… Ну, подхожу, значит, и вежливо так спрашиваю, "А чем же это его заинтересовали наши скромные персоны"?
Я даже хотел слезу пустить, но Виктор пресёк это дело на корню, хлопнув рукой по столу.
– Кончай хохмить! Нам ещё всяких проверок сейчас не хватало! И, не давая возразить, резюмировал. Значит так, оружие вернуть, и попросить прощения, причём лично.
  
Он чтото нацарапал на бумажке и, подтолкнув её ко мне, снял трубку.
– Олег Викторович? Привет! Сейчас к тебе один из моих орлов подъедет. Да, тот самый. С извинениями и вообще. Выслушав ответную реплику, продолжил. Само собой, о чём речь. Конечно, это вышло случайно.
И в его голосе мне явственно почудилась немалая толика гордости оттого, что такие орлы как я, служат под ЕГО, а ни чьимто ещё началом…
Зайдя в отдел внешней информации, взял запись с жучка, дабы прослушать по дороге в логово конкурентов. Бросив диктофон в машину, выехал на шоссе и включил воспроизведение. Сначала, как и положено тишина, затем чертыханье и проклятия в мой адрес. Видимо, девочки из отдела не редактировали запись, и я вынужден слушать какието невразумительные звуки, чьёто покашливание и хлопанье дверьми. Ага, вот чтото интересное.
Повидимому, мой недавний противник не рискнул сразу доложить начальству о конфузе, и сначала решил проконсультироваться с кемто из коллег. Я пропустил мимо ушей его версию событий, и опять последовавшие призывы чего нибудь тяжёлого на мою бедную голову. Но вот ответ собеседника оказался весьма интересен.
"Я бы не советовал вам с ними связываться. По крайней мере, по личной инициативе и уж тем более, стараясь отомстить". Голос невидимого мне человека был довольно высоким и я, помимо воли представил эдакую "кабинетную крысу" в тщательно отутюженном костюме и непременно в очках. "При всей внешней безалаберности, они бывают очень и очень суровы. И умеют забывать про такие вещи как жалость или человеколюбие. И ещё… один из них, Юрий, обладает какимто сверхъестественным чутьём на предстоящую опасность". Аналитик хренов, так его и растак. "Вы будете смеяться, но мне иногда кажется, что это и есть пресловутое Шестое чувство. Знаете ктото умеет танцевать, и мы называем это чувством ритма. У когото от природы абсолютный музыкальный слух и, не прилагая никаких видимых усилий, из них получаются гениальнейшие музыканты. Некоторым же с детства подвластны рифмы, и из них вырастают поэты. Так вот, этот парень, с виду похожий на оболтуса гениальный убийца".
Меня помимо воли разобрало зло. Урод чёртов. Хотя… каждый меряет по себе и, будучи негодяем он, непроизвольно увидел во мне родственную душу. И, окажись на его месте пророк я, наверное, стал бы потенциальным предсказателем. Но, сами понимаете, всё равно обидно.
Вообщето, какаяникакя известность малость тешила самолюбие. Но, в любом случае, после всего услышанного, настроения брататься не появилось и, состроив официальную мину, я побыстрому извинился и, отдав злополучный пистолет, с которого предварительно (мало ли что) стёр свои отпечатки, выскочил из конторы. И дёрнул же меня чёрт связаться с этим наблюдательным парнишкой. Ну, посмотрел бы он на нас. Проводил бы до Приюта. Не умерли бы. Но, что сделано то сделано. А задействовать коридор по таким пустякам много чести.
Едва въехал на территорию Приюта, как навстречу выскочила Кени.
– Попало? Сочувственно поинтересовалась она.
– Попало. Согласно вздохнул я.
– Это изза меня?
– Да нет, малыш. Я погладил её по курчавой головёнке. К счастью, я успел набедокурить больше.
– Да ну их. Махнула она. Пойдем лучше купаться.
И, не успел я возразить, как она схватила меня за руку и…
Мы оказались на жёлтом песке, в котором ноги утопали по щиколотку. Тут и там росли пальмы, утыканные гроздьями бананов. А перед глазами протирался безбрежный океан. Волны, с небольшими пенными шапками, лениво накатывались на прибрежную гальку, в которой то и дело мелькали ракушки и быстро отступали назад, растворяясь в бирюзовой, отдающей синевой массе воды. Здесь же, на песке, стоял шалаш, возле которого сидела Инна. На ней был купальник и солнцезащитные очки и она весело улыбалась.
– Миленько здесь, правда?
– Не то слово! Поспешил согласиться я. И не смог сдержать праздного любопытства. Так это "убежище" Кени?