Люди Дромоса. Трилогия (СИ)

– Ну как, насмотрелись?
– Насмотрелся. Подтвердил он. И, я очень боюсь, чтобы это не оказалось навсегда. Вот пришёл сюда, а вас нет. И вдруг представил, что так и останусь здесь. Один. Среди всех этих мертвецов.
– Жутковато? Посочувствовал я.
– Не то слово.
– В Москве, здешней разумеется, работают наши исследователи. Так что, ежели заблудишься Милости прошу. Но, вообщето, полетели. А то общество и так заждалось. И, пресекая попытки полюбопытствовать, выставил перед собой ладонь. Все вопросы потом.
А мысленно добавил. "Надеюсь что не ко мне".
Эх, давно надо бы FAQ (Frequently Asked Questions Часто Задаваемые Вопросы) составить, специально для таких случаев.
Мы летели на восток, и Морис хранил молчание. Я тоже не стремился завязать разговор, ибо все его чувства уже один раз пережил. И не появилось никакой охоты повторять пройденное.
Прикинув, что совсем не хочу встречи с исследовательской группой, находящейся сейчас в этих местах, окликнул Мориса и приказал снижаться.
Он с сомнением посмотрел на капсулу со снотворным, протянутую мною, но всё же послушно проглотил, не выказывая особого недоверия. Я "Убрал" катера, затем, активизировал Прибор и, минуя унылый путь вдоль реки, занёс в коридор Мориса, оказавшись сразу возле "выхода", ведущего домой. Да, хорошая всё же штука, этот разделённый надвое хрустальный шар. Даже жаль будет расставаться.
"Вышли" в какомто из Подмосковных лесов и я тут же, со второй попытки, правда, "выкатил" один из Мерседесов, застрявших в Дромосе вследствие неудачных "переходов". К счастью, в этот раз всё получилось, и в Приют мы ехали как белые люди.
Сдав Лингвиста на руки Профессору с Гроссмейстером, я с чистой душой отправился под душ, дабы смыть походную пыль и вообще… Никаких дел на сегодня как будто не предвиделось и я мог себе позволить небольшой расслабон.
 36 
  
На следующий день, в воскресенье, мы собирались у нас с Инной. Повода, вообщето не было, но вроде как на прощальный пикник, перед тем как впрячься в дела. Меня, как всегда отправили за недостающими продуктами. Хотя накуплено всего вдоволь и, я в этом абсолютно уверен, останется прорва еды, но перед началом действа, само собой чегото не хватало.
Виктор разжёг мангал и начал готовить шампуры, насаживать на них мясо вперемежку с помидорами и луком. Помимо этого, к шашлыку полагались просто поджаренные на огне помидоры и высушенные, подвяленные баклажаны с корочкой, в которые нужно вложить кусочек бараньего жира. Шашлык Сенсеэй готовил не из свежего мяса, а из бастурмы. Это когда баранину, нарезанную на мелкие кусочки, смешивали с луком, солью, перцем и чесноком, и мариновали в уксусе один день. Это, по его словам придавало блюду пикантный вкус и изысканную нежность, которую способен оценить даже такой неприхотливый человек, как я.
Тут же крутилась Инка, то и дело вставляя словодругое. Но Виктор, хоть жарка шашлыка и была традиционно мужским делом, не прогонял настырную девчёнку, а только иногда хмурился.
Наконец, всё готово и, шефповар начал снимать с мангала дымящиеся шампуры и передавать нам, явно при этом священнодействуя. Повидимому, на лице у меня появилось страдательное выражение, так как Инка в очередной раз скривились, а Семён Викторович, закатил небольшую речь.
– Приготовление и поглощение пищи, не спеша начал Профессор это, в какойто мере сродни другому измерению. Стоит только настоящему гурману, или повару, фанатично любящему своё дело, войти в храм, именуемый кухней, и он словно попадает на другую планету. Окружённую собственной атмосферой запахов, населённой флорой разнообразных и ярких, будоражащих воображение красок и фауной вкусовых ощущений. И этот мир, для посвящённого конечно, живёт по своим собственным законам, сопровождаемым целым сонмом традиций и церемоний, порой перерастающих в этикет, но в то же время подчиняясь удивительной гармонии, делающей посещение этого Храма чертовски приятным.
  
Тут я не то что бы согласен с Профом, но и спорить бы не стал. Пожрать это всегда приятно.
А Семён Викторович, продолжал развивать тему:
– Я более чем уверен, что все вы слышали банальнейшую фразу про путь к сердцу мужчины, который лежит через его желудок. Но я глубоко убеждён, что не только к сердцу, и не только мужчины. Ибо нет во Вселенной существа, которое добровольно пренебрегло бы этой немудрёной процедурой. Кстати, то ли англичане, то ли американцы провели любопытнейший эксперимент. Проф на минутку задумался. Пожалуй, это всё же были англичане, во главе с профессором Джоном Эдвардсом из университета Борнмунта. Сделанные ими исследования столь же незамысловаты в своей простоте, сколь и убедительны, в очередной раз доказав, что всё гениальное порой элементарно. В качестве исследуемого объекта они выбрали кусочек обыкновенного цыплёнка. Для гарнира использовался рис, взятый из одной и той же упаковки. Что бы избежать обвинений в подтасовке фактов даже цыплят брали из одной и той же партии тушек из одного курятника. Различным людям предложили попробовать это блюдо в десяти разных заведениях, чтобы потом сравнить впечатления. Самых больших похвал оно удостоилось в первоклассном ресторане. Затем, в порядке убывания восторгов шли рестораны попроще, кафе самообслуживания, университетские, школьные и заводские столовые. Самым невкусным бедный цыплёнок с рисом оказался в военноучебном лагере.
Таким образом, одно и то же блюдо на вкус может стать деликатесом, стандартной, набившей оскомину пищей или же отвратительнейшей стряпнёй, в зависимости от того, где тебе накрывают. То есть, по существу важно не то, что ты ешь, а где ты ешь.
Ну, по мне так, скорее, не "где", а с "кем", но это уже детали, и перебивать Семёна Викторовича я не стал.
– "Результаты проведённых исследований показывают, резюмировал Джон Эдвардс, что во многих случаях атмосфера приёма пищи имеет гораздо большее значение, чем её качество. И, даже попав в заведение с плохим, неискусным поваром, вы можете в полной мере получить удовольствие от приятной обстановки и общения с друзьями, чем в забегаловке с хорошей кухней.
– А вам не кажется, Семён Викторович, что это очередная рекламная туфта. Всё же решил вякнуть я. Это ж, оболванив таким образом население, можно впаривать народу за большие деньги хоть свинячий корм, и все будет довольны.
Тут Инка снова ткнула меня локтем в бок и сделала страшные глаза. То есть, конкретно сегодня, тычка я удостоился впервые, но сколько их было за нашу совместную жизнь?
– Весьма интересная точка зрения. Согласился Проф. Но правда, как всегда равноудалена от полюсов. С любым человеком можно подружится во время Трапезы. Ей богу, он так и сказал, с Большой Буквы. А можно и оттолкнуть, сознательно или ненамеренно. Заставить почувствовать его свою значимость, утвердить в превосходстве, дать понять, что он равен тебе, или же, наоборот, унизить, выставив никчемным и малообразованным существом.
Вспомнив наш первый совместный ужин с Ленкой, проходивший в торжественной обстановке я только хмыкнул. И, словно читая мысли, профессор продолжал:
– Мало кому в наши дни известен весь спектр, всё многообразие тонкостей обращения со столовыми приборами, всеми этими щипчикамирюмками бокалами.
Можно понять, что представляет собой человек, и одновременно показать ему себя, проведя с ним некоторое время за продуманно сервированным столом с правильно подобранными и тщательно приготовленными блюдами.
Мне вдруг стало грустно и скучно одновременно. В силу природной незамысловатости я практически никогда не задумывался о таких тонкостях человеческого бытия. Попросту деля людей по принципу "свойчужой". И, не требуя от жизни слишком многого, не стеснялся друзей и всячески дистанцировался от остальной части человечества. А, став обладателем и полноправным хозяином коридора, вообще перестал обращать внимания на такие мелочи как производимое впечатление. И, хоть утверждал один древнекитайский философ, что "Чернь и мудрец совершенный не в различных живут местах, Грязь с чистотой равноправно присутствуют в мире"* (*Су Ши. Су Дунпо цзи. т.2, цэ 10. с.110), мы с Профом жители разных вселенных. И, боюсь, никогда нам не понять друг друга. Да и девчёнки… Ведь, у них нет возможности "переиграть". Им, наверное, волейневолей приходится забивать голову всей этой чушью. Нужно производить впечатление, уметь расположить к себе другого человека. А, для некоторых, это может быть вопросом выживания, как в прямом, так и в переносном смысле. Проф ещё говорил чтото про тонкости обращения с шампуром и умении превратить конкурента в единомышленника при помощи совместной Трапезы, но я уже перестал слушать, вовсю работая челюстями. Инна не отставала, изящно уничтожая мясо ровными зубками наравне со мной. Ну да, вообщето, за фигурой ей следить не надо, за неё это сделает Дромос. Но всё же я не удержался, чтобы не подпустить очередную шпильку, кои без сомнения были стержнем наших отношений.