Люди Дромоса. Трилогия (СИ)

Лавочек, магазинов и магазинчиков хоть залейся. Глаза разбегались от обилия вывесок. Но, подойдя поближе, я сильно удивился нагромождению решёток, как снаружи, так и внутри. Они шли сплошь, от пола до потолка и товар мне протянули через небольшое окошечко. Видимо, нештатные ситуации возникали здесь довольно часто, и в критический момент хозяин мог надеяться только на себя и крепость запоров. Хотя, порты и вокзалы всегда привлекали всякое отребье. Может, в жилых кварталах всё немного цивилизованнее?
Жуя какойто местный деликатес, и запивая соком из пакетика, я стоял в толпе встречающих. Люди спускались с трапа. С чемоданами и без. У когото были фотоаппараты, а ктото шёл налегке и за ними, сгибаясь под тяжестью поклажи, спешили матросы. Вон и моя работодательница. Топает ножками, гордо вскину головку и глядя поверх толпы. Упёртая, всётаки девчёнка. Отправилась в незнакомую страну, одна.
Как только она оказалась на пирсе, я подошёл и дотронулся до её плеча.
– Вы!
Ей Богу, я не смог разобрать, чего в её голосе звучало больше, удивления или восторга. Глубоко вздохнув, я пожал плечами, всем своим видом изображая "так уж вышло, шёл мимо, дай думаю, зайду".
Но, вспомнив причину нашего расставания, она снова нахмурила бровки и строго спросила:
– Как вы здесь оказались?
– Просочился. По своим каналам.
Секунду подумав, она благосклонно кивнула:
– Ладно, вы приняты.
Ну, ещё бы ей меня не принять. И я принялся наглеть:
– Верните аванс.
– Что? Удивилась Ольга, но тут же покраснела. Ах да, извините. И вообще, признаю: Я была не права.
Делая вид, что не обращаю на её извинения внимания, я сосредоточенно пересчитывал деньги. Очень хотелось сказать что нибудь эдакое. Остроумное и в тему но, как назло, в голову ничего не шло, и я просто спросил:
– Куда теперь?
– Я не знаю, неуверенно пожала плечами Ольга, наверное, в гостиницу.
В гостиницу так в гостиницу и, взяв такси, мы направились в мотель.
Как оказалось, для иностранцев здесь установлены "плавающие цены". Во всяком случае, судя по названной сумме, это отель не ниже пятизвёздочного, а апартаменты в нем только для особ королевской крови. Покачав головой, я подхватил Ольгин чемодан, и мы устремились к выходу.
Поразительным образом сумма уменьшилась втрое и, расписавшись в амбарной книге, мы заняли два соседних номера. Что интересно, паспортов не потребовали.
Сообщив, что ей нужно привести себя в порядок, на что потребуется часполтора, барышня скрылась за дверью, а я направился к стойке с газетами, расположенной в углу. Купив пару изданий на руссом и войдя в номер, не раздеваясь, улёгся на диван и принялся читать.
Сразу стало тоскливо. Судя по заголовкам, это самое беспокойное место в мире. Просто ужас какойто. Любой, маломальски состоятельный человек, просто обязан боязливо оглядываться на всех остальных сограждан. И, само собой, в "группу риска" входили все без исключения иностранцы, как живущие в Метрополии, так и граждане Сибирских Соединённых Штатов.
От приведённой статистики волосы на голове вставали дыбом. Оглушив, и накинув мешок на голову, здесь ежегодно запихивали в багажник автомобиля более трёх тысяч человек. Утешением могло служить лишь то, что Здешняя Турция стояла "всего лишь" на втором месте после Курдских Эмиратов, где подобных инцидентов происходило на тысячу больше. То есть, четыре тысячи человек похищались с целью получения выкупа…
 15 
  
На следующий день мы завтракали в кафе. Я ничего не стал говорить Ольге о прочитанном накануне, но шила в мешке не утаишь. Как только принесли кофе, девушка попросила газету и на первой полосе…
Прочитав материал, она побледнела и с испугом взглянула на меня.
– Юрий, но ведь этого не могло случиться с Мари?
Я пожал плечами. Такого не могло случиться с Ленкой. И даже Инна, при её более скромных возможностях, вряд ли дала бы себя в обиду. Что же касается любого из "нормальных", то тут, сами понимаете никто не застрахован.
  
Энтузиастка, блин. Дома надо сидеть, дома.
Допив кофе, и ещё малёк попереживав, она быстро обрела уверенность и с деловым видом принялась командовать.
– Пойдёмте.
– Куда, позвольте спросить?
– В полицию, разумеется.
Вот уж в чью помощь я не верил ни на грош, так это полиции. О чём и сообщил, за что был удостоен ещё одного полупрезрительного взгляда. Во второй половине сквозило ничем не прикрытое сомнение в моих умственных способностях.
На всякий случай пожал плечами и покорно склонил голову. Хочется ей поиграть во взрослую пожалуйста. Надеюсь, большого вреда это не принесёт. Но, дурёха хотя бы убедиться, что не всё золото, что блестит.
В комиссариате нас промурыжили часа три. Толстая сволочь, сидящая за столом и обмахивавшаяся газетой, с вызвавшей у Ольги такую сильную реакцию статьёй, внимательно нас выслушала и попросила подождать.
Час, два. Когда же девушка, не вытерпев, спросила, чего мы, собственно ждём, ей невозмутимо ответили, что переводчика.
– Зачем нам переводчик? Ведь мы прекрасно понимаем друг друга.
– Таковы правила, мэм. Принять заявление у иностранных граждан я могу только в присутствии третьего лица, имеющего официальные полномочия.
– И когда же он появится?
В ответ местный мент с восточной невозмутимостью пожал плечами и вернулся к своему занятию.
– Но вы могли бы, по крайней мере, отправить когото из сотрудников, чтобы навести справки.
Полицейский посмотрел на нее, и даже такое дитя как Ольга смогла всё понять с первого взгляда. Она уже было открыла рот, чтобы разразиться гневной тирадой, когда он лениво заявил:
– Позвольте ещё раз взглянуть на фото вашей сестры.
Девушка полезла в сумочку и, доставая фотографию, нечаянно засветила довольно приличную пачку местной валюты. Глазкибусинки на жирном лице засияли и, лишь мельком взглянув на фото, он перешёл к интересовавшей его теме.
– Вы возите с собой крупную сумму денег!
Ольга с недоумением посмотрела на него.
– Какое отношение к поискам моей сестры имеют деньги?
– Вы правы, госпожа, но это опасно. Вас могут ограбить в любую минуту.
– Ничего. Я надеюсь, мой спутник сможет оградить меня от опасностей.
Я гордо выпятил грудь но, по мимолётной Ольгиной улыбке и косому взгляду, брошенному исподтишка, понял, что она не воспринимает своих слов всерьёз. Очередная подначка.
Но толстяк, выпучив глаза и сделав страшное лицо, на котором прямо таки сквозило беспокойство об Ольгином материальном положении, весьма наглядно изобразил нож, приставленный к горлу и пистолет, упёртый в бок.
И, жестикулируя, принялся объяснять, одновременно мягко, но настойчиво вытянув пачку из рук девушки.
Оказывается, свои кровные, по его словам, лучше всего держать в ботинке. Он даже не удосужился взглянуть на миниатюрные ножки девушки в лёгких туфельках. Да это, судя по всему, для него и неважно. Главное, чтобы деньги, хоть на пару секунд оказались у него в руках.
Тут же из стола он извлёк бумажный пакет и предложил показать, как лучше всего упаковать деньги.
– Благодарим вас, мы займётся этим в гостинице! Подал голос я.
На что получил гневную отповедь.
– Нет, господа. Нет и ещё раз нет. Как человек, отвечающий за порядок в этом районе, я искренне обеспокоен. Даже несчастные триста метров до отеля могут стать роковыми!
Мне то что. Я и замолк, тем более что хозяйка финансов покосилась с неодобрением.
"Кидал", до сих пор, я видел не много, точнее, всего лишь одного. И с их деятельностью знаком лишь по бульварной прессе. Но о такой виртуозной наглости не писали даже московские газеты в "моём" мире. Это ж надо, начальник полиции, в рабочем кабинете обувает наивную иностранную дурочку. Кстати, тот, единственный, которого мне довелось лицезреть, прямо на глазах объегорил моего друга на сто долларов, всунув ему взамен купюру с портером Вашингтона. Товарищ тоже пренебрёг моим советом не связываться с сомнительными личностями, за что и поплатился. Подмену же обнаружили минут десять спустя, когда мошенника и след простыл. Так что, заранее зная, чем всё кончиться, я просто уселся поудобнее и принялся ждать.