Имперская окраина
Совершенно неожиданно ламия, этот превосходный боец и сильная ведьма в теле молоденькой хрупкой блондинки, стала заваливаться на бок, и я на автомате подхватил ее на руки. Легкое тело Отири было, словно пушинка, и я почувствовал, как оно сильно вздрагивает.
«Что делать!?» – я растерялся и огляделся. И слава богине, что рядом находились маги, которые были готовы к тому, что в штурмовых группах будут раненные, да и дядя, надо отдать ему должное, не подкачал. Койн, не задумываясь, влил в ламию немалую толику своих сил. Дрожь девичьего тела прекратилась, и Ангуса поддержали остальные чародеи. И все бы ничего. Рядовой случай, человек ранен или истощен, а маги ему помогают. Подобное я наблюдал сотни раз. Но, что странно, это помогло только на несколько секунд. После короткой паузы лихорадка вновь накрыла ламию, а Койн резко выкрикнул:
– Кто-то непомерно сильный выкачивает из нее все силы! Жрицу не спасти! Уркварт, бросай ее! Бросай, кому говорю, дурак, а то и тебя высосут!
Повинуясь словам дяди, я положил Отири на брусчатку. На глазах, она становилась все слабее, билась в сильнейшей лихорадке и стонала. И в этот момент знак Кама-Нио на моей груди, сложно переплетенный лиственный узор-отпечаток в ауре, будто ударил меня по грудной клетке. Что это означало, я не понимал. Возможно, это было сигналом действовать. Но это и неважно. Я об этом не думал, а действовал по наитию.
Мои глаза закрылись, и я постарался увидеть силовые линии энергопотоков, которые идут из мира мертвых в мир живых. Этому меня учила ламия, которая сейчас умирала под моими ногами. Занятий по данной теме у нас было всего два, и раньше у меня мало что получалось, так как не хватало практики и навыков. Но я в себе не сомневался и, видимо, это помогло. Невидимые магические потоки, которые пронизывали все вокруг, открылись моему внутреннему взору сразу же. И я увидел, что в районе солнечного сплетения на теле ламии нечто вроде бледной воронки, которая высасывала энергию и жизнь девушки и по силовому потоку, полупрозрачной нитке, отправляла все это в дольний мир.
Как бы на моем месте поступил простой маг или древний имперский воитель? Без понятия. Ну, а что касается меня, то я выхватил свой черный ирут из метеоритного железа. На миг замер, и крест накрест нанес два быстрых косых удара по бледной нити.
– Ширх-х! Ширх-х! – клинок рассек воздух и невидимый магический энергопоток оборвался. Отири, которая находилась в беспамятстве, дернулась, скорчилась, замерла в позе эмбриона и застыла на камнях. К ней тут же вновь бросились чародеи и стали оказывать девушке помощь. А мне показалось (или не показалось), что из дольнего мира на меня кто-то посмотрел. И что характерно, я даже услышал отголосок чужой мысли с оттенками эмоций, ни добрых и ни злых, а каких-то усталых и равнодушных:
«Мошка! Глупая смертная мошка! Зачем ты ей помог? Зря! Все зря, ибо конец один!»
Глава 4
Ваирское море. Остров Данце. 25.06.1406.
Только что прошел очередной совет. Мои офицеры и вассалы сделали доклады о том, что творится в их вотчинах. Мы обсудили планы на ближайшее время, подвели итоги, немного поспорили и разошлись. Все как обычно, кроме одного момента. После того, как братья Дайирины, Виран Альера, Рикко Хайде, Эри Верек и летописец Тим Теттау вышли, в кабинете остался лейтенант Бор Богуч.
Молодой русоволосый мужчина в темно-зеленом егерском мундире, кеметский партизан, с которым я познакомился в предгорьях Маира, когда искал наследие имперских магов-воителей, расположился напротив меня, и я задал ему вопрос:
– Итак, Бор, ты подумал над моим предложением?
– Да, господин граф, – лейтенант согласно мотнул головой.
– И каков твой ответ?
– Я принимаю его.
– Чем тебе предстоит заниматься, понимаешь?
– В общих чертах.
– Дай расклад, как ты его видишь.
Богуч помедлил, вздохнул, собрался с мыслями и доложил:
– Мне предстоит сформировать и возглавить отдельный отряд, который будет заниматься исключительно поисковыми операциями. Вроде тех, которые проводились дружиной в провинции Вентель, горах Аста-Малаш, Северной Пустоши и Герцогстве Мариенском. Подразделение будет состоять из трех десятков воинов, которые готовы выполнить любой приказ своего сюзерена и могут держать язык за зубами. Мы будем подчиняться только вам и никому другому. Цели для поиска определяете вы, а нам предстоит проводить разведку объектов и осуществлять изъятие хранящихся в не разграбленных тайниках и схронах богатств. При этом личный состав отряда, ни при каких обстоятельствах, не должен обозначать свою принадлежность к дружине графа Ройхо.
– Правильно. Но помимо этого твой отряд будет являться моим личным резервом, про который будут знать только Хайде, Рамиро Бокре, графиня и мой брат Трори. Официально все бойцы, которых ты сочтешь достойными для службы в своем подразделении и ты сам, будете отпущены на покой, и создадите в графстве Ройхо собственное поселение.
– Ясно. Полная секретность. Только не совсем понятно, при чем здесь Трори.
– Иногда, он будет участвовать в ваших рейдах и походах.
Лейтенант помялся и спросил:
– А смысл?
Можно было бы и не отвечать. Но Бор хоть и молод, но кое-что в своей жизни видел и далеко не глуп. Он предан мне, ибо я спас его родственников и друзей, которые живут вольной жизнью в пределах моего родового владения. И я ему верю, а иначе не поставил бы лейтенанта на столь важное направление как поиск древнего наследия. Поэтому с ним можно было быть откровенным, и я ответил предельно честно:
– Видишь ли, Бор, у меня два брата. Айнур в военном лицее, постигает науки и готовится стать офицером, а Трори при мне, и отправлять его на учебу я не собираюсь. Однако он должен получить образование. И по этой причине я постоянно двигаю его с места на место. Сначала он с Керном покрутился, и кое-что у него перенял. Потом в боях поучаствовал и свел близкое знакомство с герцогом Гаем. Сейчас при мне адъютантом, с самыми разными людьми общается, документацию ведет и с летописцем в библиотеке работает. Позже Трори поможет графине управлять родовым владением. Ну, а затем и с вами побегает. Все это бесценный опыт, не теория, а практика, которая в будущем ему обязательно пригодится.
– Понятно, – Бор шмыгнул носом и поинтересовался: – Когда я смогу взглянуть на карты с указанием объектов поиска и ознакомиться с описанием того, что в них находится?
– Хочешь убедиться, что схроны действительно существуют?
– Да, – офицер замялся и, несколько смутившись, добавил: – Извините Ваша Милость, но слишком все это неожиданно. Ладно, один тайник, другой, третий. Это можно понять. Но в большое количество схронов без объяснения того, кто и зачем делал закладки, поверить достаточно сложно.
– Ну, посмотри.
Из ящика стола я вынул тубус, в котором находились карты Мистира, Анвера и Эранги. Не спеша, я раскатал наклеенные на тонкую кожу листы и поверх них бросил дневник со своими записками по наследию Черной Свиты императора Квинта Первого. Богуч глазами пробежался по каждой карте, пролистнул тетрадь и, подняв на меня взгляд, спросил:
– И сколько всего объектов?
– Пока полторы сотни. Сто десять на Эранге, восемнадцать на Анвере и двадцать два на Мистире. Половина, а то и больше, наверняка, пустышки.
– Я могу снять с карт копии?
– Только после того как сформируешь отряд и создашь базу.
– Как скажете, господин граф. Формирование отряда начну незамедлительно.
Сказав это, Богуч уложил карты и дневник обратно в тубус, аккуратно положил его передо мной и встал.
– Можешь идти, – отпустил я Бора.
Коротко кивнув, лейтенант вышел, а я убрал карты на место, оглядел кабинет и направился на выход. Сегодня мне предстояла еще одна встреча, пропустить которую я не мог.
Вскоре я был на улице и зашагал в сторону порта.
Близился вечер. С моря задувал свежий прохладный ветерок, который приносил со стороны порта запахи соли, рыбы, смолы, сосновых досок и специй. Горожане: корабельщики, рыбаки, портовые грузчики и мелкие торговцы спешили домой. На перекрестках стояли патрули из наемников. Где-то невдалеке был слышен неразборчивый женский крик, но не испуганный и тревожный, а какой-то домашний. Видимо, жена встречала подгулявшего муженька упреками и поминала свою загубленную молодость и жизнь, так что беспокоиться не о чем.