Ошибка маленькой вселенной (СИ)

Билеты купить не удалось, и она чуть не пропустила трансферный автобус. С тяжелым сердцем заселилась в отель. Задернула плотные шторы, включила кондиционер, и забылась тревожным сном, свернувшись клубком под одеялом.
Утром на сердце стало полегче. Первым позвонил Саша — еще до завтрака, она только успела выйти из душа. Говорил, что скучает, и что нашел няньку — чтобы сподручнее было с малышкой. Потом позвонила Мама. У них тоже все было отлично. Светка гоняла бабочек в огороде, передавала привет.
Ольга привела себя в порядок, и вышла на завтрак. Шведский стол накрывали на широкой веранде под навесом, прямо возле пляжа. Можно было любоваться морем, и наслаждаться шумом волн. Еще можно было начать день с бокала шампанского или коктейля, но эту опцию она решила приберечь на вечер.
Весь день она провела на пляже, благоразумно использовав зонтик, и полтюбика хорошего защитного крема. Продолжала смотреть сериал в телефоне. Хотела запостить фото в инстаграм — пусть подружки видят, что у нее тоже все это есть: и пляж, и море, и шампанское по утрам при желании. Но потом передумала. Кто-то увидит Сашку в городе, пойдут слухи.
На вечер из всех видов развлечений, доступных в отеле, Ольга неожиданно для себя самой выбрала йогу. Никогда раньше не интересовалась этими практиками, над подружками подтрунивала — и вот, обстановка и душевное состояние потребовали чего-то нового. Да и в порядок себя привести было бы неплохо: после родов идеальные линии ее живота так и не восстановились полностью. На бедрах появились первые тревожные признаки целлюлита; вены на ногах тоже пострадали от постоянного напряжения и отеков. Тело, как и душа, определенно требовало внимания.
Инструктором по йоге оказалась настоящая индианка по имени Кавита. Она была удивительно изящной и обаятельной женщиной, с невероятной грацией и огромными карими глазами. Занятие проводилось на хорошем английском языке. Кроме Ольги, пришли три пожилые немки, и француженка неопределенного возраста. Поначалу они отнеслись осторожно к новенькой, но потом, в ответ на ее доброжелательность, открылись, и начали свободно общаться.
Занятие Ольге очень понравилось. Вроде бы ничего особенного они не делали — но в теле появилась приятная ломота, как после часа прыжков на какой-нибудь зумбе в ее фитнесе. При этом внутри, на душе, стало прозрачно-светло. Наверно, дело было в необычной музыке и благовониях, которыми пользовалась инструктор. Они создавали совершенно особенное настроение.
После практики Кавита предложила Ольге и другим девочкам поехать в пустыню, на ритуал Приветствия Солнцу. Йогини ехали вместе с другими отдыхающими, в составе большой группы: это был двухдневный тур вглубь страны с обширной экскурсионной программой. Конечно, Ольга согласилась.
Автобус был комфортабельным, кондиционер работал без перебоев, гид оказался очень образованным и знающим — рассказывал много интересного про историю своей страны. Вечером они остановились в отеле на краю пустыни. Кавита собрала девочек на короткую практику, чтобы подготовить к ритуалу. А уже в три часа ночи их разбудили — пришла пора выезжать, чтобы успеть встретить рассвет на солончаках.
Автобус остановился там, где вся земля до горизонта была покрыта насыщенным солевым раствором, в котором отражались звезды. Когда начался восход, это зеркало стерло границу между землей и небом. Практика Сурья-Намаскара проходила как будто вне обычного мира, где-то в волшебном пространстве, где только и можно услышать собственное сердце и душу. Это утро что-то навсегда изменило в Ольге; кажется, впервые в жизни она почувствовала себя по-настоящему свободной.
К вечеру они углубились в пустыню. Настолько, что даже вода в кранах отеля, где они остановились, была соленой. Прохладный душ взбодрил, а вечерняя практика с девочками только добавила энергии. Спать совершенно не хотелось. Хотелось движения и приключений.
В отеле предлагали полеты на дельтапланах и ночные туры по пустыне на квадроциклах. От дельтапланов Ольга отказалась. Риск показался несоразмерным удовольствию. А вот квадроциклы — почему бы и нет? На ресепшн она уточнила как попасть на очередной заезд, и направилась в указанное место, на площадку, где стояли машины.
 
Но дойти до площадки она не успела.
Он стоял посреди широкой, хорошо освещенной веранды у бокового выхода из отеля. На нем были камуфлированные военные штаны, черные ботинки и зеленая футболка. Спортивная фигура, иронично-любопытный взгляд светло-голубых глаз на смуглом молодом лице; от этого взгляда ее сердце пропустило удар.
Краснея, еще надеясь вернуть остатки самообладания, она улыбнулась, и, опустив глаза, попыталась обойти его по широкой дуге.
— Пошли со мной! — Сказал на английском, широко улыбнувшись.
Она хотела возмутиться, сказать в ответ какую-нибудь грубость, уйти, гордо подняв голову. Но поняла, что не в силах. В нем было что-то, из-за чего сознание начинало путаться, в голове сами собой возникали ужасно неприличные картины — но за них при этом было совершенно не стыдно. Он был совсем рядом, и она почувствовала его запах. Что-то мужское, надежное, отчего слабели и подгибались колени.
— А… обратно приведешь? — Только и смогла она выдавить.
— Посмотрим, — ответил он, и протянул ей руку, помогая спуститься по ступеням веранды.
Он отвел его к странной конструкции на четырех колесах. Вроде это был автомобиль, но с жесткой трубчатой рамой вместо кузова, кое-где обтянутый выцветшим брезентом. Впрочем, кресла оказались очень комфортабельными, с развитой боковой поддержкой, и пятиточечными ремнями безопасности. Они полетели по барханам, сквозь звездную ночь. Прохладный сухой ветер трепал ее волосы и ласкал разгоряченную кожу.
«Кто ты? И откуда?» — Шептала она, отвечая на его горячий поцелуй.
Он не отвечал, пронзая ее взглядом светлых глаз, в которых искорками играли звезды.
Они любили друг друга, пока Солнце не позолотило край пустыни далеко на востоке.
«Кто ты?» — повторила она вопрос, когда они, вконец обессиленные, лежали, обнявшись, на сухом песке. В этот раз он ответил: «Военный. Служака. Сегодня я выжил в страшной битве».
Потом они разговаривали так, как будто расстались вчера, как будто знали друг друга много лет. Про жизнь. Про детство. Обо всем, кроме будущего.
Когда он высадил ее у отеля, она спохватилась, что даже не спросила его имени. Они расстались как будто на минуту — привести себя в порядок в комнатах отеля. Но больше никогда не увиделись.
Конечно, она пыталась его найти. Расспрашивала местных про парня, который катается на странной машине — но те только непонимающе пожимали плечами.
Остаток отдыха был заполнен отголосками ослепительного счастья, и горечью потери. Странно, но чувству вины там места не нашлось. Ольга понимала, что, случись эта встреча вновь — она ни за что бы от нее не отказалась; это было нечто выше ее воли; возможно, нечто, выше вообще всего на этом свете.
После возвращения с мужем как-то наладилось. Он стал более внимательным, галантным. Поддерживал ее во всем — словно это он, а не она должен был загладить вину за обман и измену.
А через пару недель Ольга узнала, что беременна. У нее с самого начала не было никаких сомнений, чьего ребенка она носит под сердцем. Но муж принял мальчишку, ничего не заподозрив. Даже имя ему выбрал — Дима, в честь своего любимого деда. Поначалу казалось, что все обойдется; ее тайна останется тайной. Только потом она начала замечать некоторые тревожные звоночки — муж уделял дочери заметно больше внимания, баловал ее, никогда не кричал, всегда был терпелив с ней и выдержан. А Димке от отца частенько доставалось — причем за разные мелкие проступки, на которые обычно родители и внимания-то никакого не обращают.
После гибели дочери все стало совсем плохо. Боль от потери ребенка вдруг разбудила застарелое чувство вины. И однажды дошло до того, что муж прямо обвинил ее в том, что на нагуляла сына на стороне. Ему вроде как сон такой приснился.